Я – обычный - Владислав Жеребьёв

– Это просто сон какой-то. – Распахнув первую пирамиду, Марик расплылся в блаженной улыбке. – Пещера Али-Бабы и гарем турецкого султана в одном флаконе.

– Да, – кивнул я, доставая со стойки АКСУ и взвешивая его в руке. – Замечательная, надо сказать, комната, особенно в современных реалиях. Я уж, сколь от оружия далек, а и то чувствую себя ребенком, на ночь запертым в магазине сладостей.

– А это что? – Закинув свой АК за спину, Марик вытащил на божий свет странный продолговатый автомат с толстым длинным дулом.

– Видел я что-то у внутряков, – припомнил я, – их часть напротив нашей стояла. Палили они там из всего, что не приколочено на ближнем полигоне. Вроде как «ВАЛ» называется. Для бесшумной стрельбы оптику повесить тоже можно. Только мы его брать не будем.

– Это почему? – расстроился Марик.

– Сложный слишком, патроны – экзота, канал ствола при выстреле аж на шесть боевых упоров запирается. Ты себе вообще представляешь, что такое боевой упор?

Веснушчатый отрицательно замотал головой.

– Вот и я не особо, – улыбнулся я. – Нам бы разбор-сбор обычного «калаша» осилить, а ты такое.

«Калашниковых» насчиталось восемь, и, навьючив ими несчастного Марика, я отправил его на первую погрузку. Больше всего, конечно, порадовали цинки с патронами, которые стояли в углу аккуратными зелеными столбиками по пять в каждом, а еще больше порадовал пулемет. То, что это именно пулемет, а не очередная причуда нашего российского автомата, понять было немудрено. Наряду с длинным дулом и увесистым прикладом, оружие имело стальные опоры, позволявшие, впрочем, легко переносить смертоносную игрушку.

– Возьмем для солидности, – пояснил я Жене, указывая на свою находку. – В хозяйстве не помешает, а для веса нашего отряда так вообще красиво. К пулемету так вот запросто и не сунешься, а он у нас раз и есть.

– Красота, – подтвердила девушка, – только я такую тяжесть не попру.

– Цинки будешь таскать?

– Нет, конечно. – Закинув винтовку за плечо, Женя взяла в руки автомат и воинственно передернула затвор. – Я вас прикрывать буду, чтоб ни одна муха не пролетела.

– Ну да, ну да, – закивал я, уяснив для себя, что помощи от этой девчонки не дождешься, и, закинув пулемет на плечо, пошагал к выходу. Следующие полчаса мы только и делали, что пыхтели, матерились и перетаскивали добро из оружейки в кузов старенького грузовика. Марк в нетерпении вертелся на сиденье, то и дело поглядывая сквозь маленькое окошко в кабине на все прибывающие и прибывающие трофеи.

– Хороший улов, – одобрил он при виде меня с пулеметом на плече. – Там еще таких нет?

– Нету, – отмахнулся я, – и слава богу. С такой дурой не особо и побегаешь.

– Да ты чего?! – поразился охранник. – Приятный во всех отношения РПК, да и тяжелее «калаша» килограмма на три, не больше.

– Вот ежели ты такой здоровый, – вздохнул я, ставя оружие на доски кузова, – то тебе его и поручим.

– Не, – покатился со смеху Марк, – я человек пожилой, мне тяжелое таскать нельзя.

Отмахнувшись от весельчака, я принялся принимать жестянки из рук Марика и протаскивать их вглубь.

– Это откуда взял? – ахнул я, держа в руках бронежилет. Черный, легкий, несколько карманов по поясу, легко заменяющий разгрузку.

– Там нашел, – админ отстраненно махнул рукой куда-то в сторону Москвы. – Там еще есть.

– Много?

– Штук пять.

– Тащи все.

Оставив Женю прикрывать площадку погрузки, я пошел вслед за Мариком и вскоре стал счастливым обладателем еще четырех бронежилетов неизвестной мне мо-дели.

– Как хомяк, – лыбился я, таща найденное в кузов. – Все в нору.

– Зачем нам столько? – поинтересовался Марик, волоча еще один цинк. – У нас же бойцов раз-два и обчелся.

– Про запас. – Сбросив бронники, я вытер пот со лба. Поодиночке легкие, вместе все четыре получились весьма весомым грузом и заставили попотеть.

– Все равно не понимаю, зачем нам броня от мертвецов, – пожал плечами админ. – Тяжесть только, маневр ухудшает.

– От мертвецов, конечно, не нужно, – согласился я, проталкивая находку вглубь, – а вот от остальных может пригодиться. В конце концов, на тушенку выменяем, если уж совсем им применения не найдем.

Дождавшись пока все наконец погрузятся, Марк врубил двигатель.

– Куда дальше?

– Времени вагон, – я посмотрел на часы, прикидывая момент, когда солнце, войдя в зенит, нагреет улицы настолько, что мертвяки наконец активизируются на полную катушку. – Часа три еще до жары, так что дуем прямиком в магазин, тот, откуда Николая забирали.

– В магазин, – Марк с сомнением закусил губу. – Это в тот, что ли, где детки мертвые за забором?

– В тот, – сконфузился я. – Но делать-то нечего. Жратвы там навалом, хоть и консервированной, а без нее нам никак.

– Может, другие варианты найдутся? – кинул последний козырь охранник. – Жутко уж очень, когда они вот так стоят и смотрят на тебя, будто укоряют. Не было, мол, тебя, дядя, рядом, смотри, что вышло.

Почесав пятерней затылок, я крепко задумался. Из других стопроцентых вариантов был разве что здоровенный гипермаркет с подземной парковой в трех кварталах от центра. Но его местоположение и обилие бешеных как внутри, так и снаружи, не давали повода сомневаться, что взять трофей можно будет разве что на танке. А магазин Николая, запертый с парадного входа, с черного был обнесен стеной и забором. Если уж и забрело несколько мертвяков, так Женя из кузова своей новой игрушкой поможет в пять секунд.

– Нет, – решил я, – в магазин. Не осилить нам ничего другого, а там добро под ногами.

– Хорошо, – вздохнул охранник и принялся выезжать на улицу. Пробираясь по узкому проезду, Марк все-таки умудрился задеть несколько автомобилей, прилежно взвизгнувших сигнализациями, и, сшибая по пути нерасторопных шатунов, покатил прочь из делового центра.

– Что за дети? – осторожно поинтересовалась Женя.

– Дети, – поморщился я. – Отвратное зрелище. Подумал бы раньше, тебя бы точно не взял. Там, метрах в ста, не больше, детский садик. Район спальный, люди с утра детей приводили, ну и кто куда. Представляешь себе картину?

– Не могу, – честно призналась девушка. – Даже не то что не могу, просто страшно картинки такие у себя в голове рисовать.

– Вот и Марк сомневается, – пояснил я. – Гадкое там место, но другого нам с нашими силами век не видать.

Всю дорогу до склада ехали молча. Каждый думал о чем-то своем, вот только кто о чем, сказать было сложно. Марк что-то бубнил себе под нос, как будто убеждая себя в чем-то или споря с неведомым собеседником. Женя отвлеклась от печальных мыслей и сейчас увлеченно комплектовала обойму винтовки семимиллиметровыми патронами из предварительно вскрытого цинка, а Марик, развалившись на матраце, напевал что-то незнакомое. Иногда он начинал вскидывать руки, будто бы дирижируя оркестром, иногда тряс головой, как на рок-концерте, в общем, маялся дурью.

На душе у меня было сейчас особенно неспокойно. Ну никак не выходил из головы тот покойник с крыши. На автомат, себе на лоб, на автомат, себе на лоб. Вздрогнув, я наконец выдрал себя из этой вязкой зыбкой пелены и, схватившись за карту, принялся вновь изучать маршрут. Десять раз уже было все оговорено. Сотни раз мы тренировали все возможные нештатные ситуации, от вала мертвечины до пробитого колеса. Мною лично было проложено три обходных маршрута, на случай серьезных заторов на дорогах, и казалось, что карту я уже знаю наизусть. Тут направо, за длинной зеленой пятиэтажкой перевернутая «газель», перегородившая две полосы, так что не гнать, а ехать аккуратно в крайнем левом ряду. Дальше разграбленная автозаправка. Не наших рук дело, мы-то все культурно выносили, и Женя дверь ящиком привалила, а тут выбитые стекла, остовы от колонок и все еще горящие языки пламени. Столько горючки на ветер, это не голову надо иметь, а пустое ведро на плечах. Отличаемся мы все-таки от тех, что позже нас тут были, в выгодную сторону отличаемся. После нас все чисто и гладко, а после них пепел. Ну и кто после этого мародеры? Так, стоп. Колонка горит, да и машины вон стоят недалеко, три внедорожника типа наших, только что-то на борту намалевано. Непонятно, то ли череп, то ли просто рисунок…

– Всем приготовиться к бою, – заорал я и, повернувшись к Марку, резко крутанул руль влево, заставил грузовик накрениться и подставить под пули деревянный борт.

– Твою мать, Марик, жив? – Марк ударил по педали акселератора, заставив мотор надсадно взреветь, и машина рывком пошла вперед.

– Жив, – охнул Марик, спешно надевая бронежилет. Делать это лежа было ой как непросто, однако скептически настроенному админу это не мешало. – Что это было?

– Не уйдем, – сморщился я, видя, как взметаются вверх стрелки прибора. – У них там джипари импортные, враз догонят.