В далёких краях (СИ) - Разящий Владик

– Я не буду требовать ни у кого из согласившихся возврата этих средств, но… – продолжил я секунд через десять, когда у них в головах отложилась значительность озвученной суммы. – Каждый, кто примет моё предложение, будет обязан отслужить клану и мне сто лет, что будет подтверждено клятвой Хаосу. Желающим разорвать соглашение потребуется выплатить в десять раз больше озвученной мною цифры, – я вновь замолчал на некоторое время.

– Да, это огромное число, но оно в полной мере отражает ваши потенциальные возможности и бонусы при получении подобных уровней самыми первыми в нашем Княжестве! Как я уже сказал – у вас полчаса на принятие решения, после чего я объявлю о самых ближайших планах тем, кто останется тут, – временно закончил я, спустился с трибуны и отозвал в сторону Саню.

– Это предложение так же распространяется и на тебя, как и на всех остальных членов Ближнего Круга. Несколько часов назад семеро из него уже принесли мне клятву и получили свои пятисотые уровни.

– Семеро? Учитывая, что нас всего восемь, я остался последним… – верно подсчитал он.

– Да, у тебя так же есть тридцать минут. Но, если ты откажешься, мне придется сместить тебя на иную должность. Сам понимаешь… – не завершил я фразу, давая ему шанс самому придумать оправдание, которое я не озвучил.

Таймер в верхнем правом углу зрения исправно отсчитывал таящие секунды…

С темными эльфами все прошло совсем иначе. Каждый из них и так приносил мне клятву о вечном служении. Самые старые сделали это ещё в тот момент, когда почившая уже Танириэль вступила в клан. Новые – перед обращением, повторяя эту клятву после получения новой расы.

Первым делом я прокачал тех, с кем больше всего знаком, включая свою личную гвардию и телохранителей. Следом – тех, за кого поручились эти дроу, и так далее. Глупо думать, что клятва способна сделать из каждого эталон верности и работоспособности. Пусть каждый из них и проходил бешеную проверку перед тем, как я над ним работал, но некоторые умудрялись скрывать свои тайные пристрастия и очевидные минусы.

Так, например, этот мир увидел первого беспробудного пьяницу-дроу, который пустился во все тяжкие после получения желаемой расы. Откатить, к сожалению, его обратно до человека невозможно, но первородные забрали его куда-то к себе, обещая исправить его за пару месяцев. Кто такие первородные? Так мы называет тех дроу, которые попали ко мне на службу ещё при Танириэль, до того момента, пока у меня не появилось звание «Короля дроу».

Не буду описывать степень изумления, гнева, недовольства и ещё кучи других эмоций того самого Ближнего Круга, о чьем созыве и я объявил, после объявления о подобном усилении армии. Мне казалось, что вот-вот начнется первый в истории Княжества бунт против меня, организованный моими ближайшими помощниками, но, поспорив несколько часов, все успокоились и, если не согласились с моими доводами, то, хотя бы, приняли их и моё решение.

Неким буфером послужило то, что я прокачал хотя бы их, как и отобранный Мирузом десяток магов разума. Они и будут заниматься хранилищем опыта. Если бы не это, то пришлось бы показывать все плюсы диктатуры от моего лица, посылая всех нафиг.

Ровно тридцать минут спустя окончания своей речи я вновь поднялся на трибуну и медленно осмотрел стоящих напротив существ.

Две тысячи. Ровно столько стояло напротив меня судя по моему радару. А это значит, что никто не ушел, отказавшись от моего предложения.

– Ну что ж…

Астрал

– …давай теперь коротко про переговоры, – сказал Велиал, с непроницаемым лицом выслушав историю Азатромана.

– Если выразить одним словом – плохо. С предыдущим императором было проще, мы почти договорились о содействии, которое полностью совпадало с вашими планами. С Азезелем все иначе. Он открыто симпатизирует вашему главному жрецу, который и вытащил его из тюрьмы, вернув на трон…

– У тебя, как ты уже сказал, не получилось победить нашего князя, хотя мы снабдили тебя всем, что только возможно.

– Не совсем. Была бы у меня мифриловая броня…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Нет! Рано её доставать, иначе придется делиться и усиливать и так практически неконтролируемого инквизитора, – категорически отверг Велиал.

– Он получил то, за чем шёл. Сколько ему осталось до полной сборки?

– Не знаю, этот сет умудряется скрывать о себе информацию даже от меня. Но, думаю, не так и много, что меня печалит.

– Знаешь, что он ему даст? – заинтересовался Азатроман.

– Понятия не имею, это и настораживает больше всего…

Глава 22

Македонский напряженно вглядывался в боевые позиции ощетинившейся европейской армии, не опуская вниманием и полупустой центр.

Небольшой выжженный круг, который столь эффектно отлетел на пару сотен метров назад, напрягал древнего полководца. Зрение, которое сильно изменилось после воскрешения, показывало ему множественные колебания насыщенной темной энергии, что уходила вглубь на десятки метров, пронизывая землю и собираясь в странные узоры.

«Если бы не присоединившиеся атланты, отложил бы старт атаки. Ещё и Ареноис как-то странно выглядел, утверждая, что все будет в отлично».

Раздавшиеся взрывы в авангарде атакующих отрядов заставили полководца открыть начавший свои записи лог битвы.

– Не переживай, – заметил остекленевший взгляд советник. – Наши маги давно научились находить закопанные в земле мины. Ни одного убитого или раненного, преждевременная детонация. Против качественных колдунов весь этот порох и взрывчатка, которым необходима искра для взрывания, абсолютно бесполезна.

– Уверен, что наши потомки не изобрели чего-нибудь более хитроумного? – скептически спросил Македонский даже несмотря на то, что потерь действительно не было.

– Как раз и узнаем. Или ты переживаешь о погибших, которые воскреснут в любом случае? Наша империя распростерлась на половину мира ещё в те времена, когда о добром мече и хорошем коне могли мечтать лишь единицы. Мы первыми использовали фалангу, покоряя десятки стран. Все наши в курсе о изнуряющей жаре, о том, насколько холодно бывает в пустынях ночью. Мы мылись песком, прижигали раны огнем и не знали о обезболивающих. Что эти изнеженные клоуны, которых ты называешь «потомками», могут нам противопоставить?

– Ты забыл один из главных постулатов – никогда не недооценивай врага, – процедил Македонский, всем своим видом показывая, что разговор окончен, возвращаясь к контролю за армией, готовый в любую секунду разразиться десятками приказов, которые спасут любое положение.

«Засекли перемещение крупной груды металла. Судя по классификации – порядка четырех сотен танков, выдвигаться?», появилось в отдельном чате сообщение от разведчиков.

«Да, Ареноис оставлял под этот случай двести воинов. Берите их, нашу резервную группу, и выдвигайтесь навстречу. Не дайте им появиться в самый разгар боя и ударить нам в спину или во фланг», приказал Македонский.

«Принято».

«Отчеты каждые пять минут после начала боя».

«Понял. Отправляемся».

Македонский выдохнул с легким облегчением. Стала понятна причина отсутствия у противника тяжелой бронетехники, о которой он гадал несколько часов. Пришлось даже наехать на верховного мага, обещая оторвать тому голову в случае его ошибки.

А что делать? Пусть во времена его правления и присутствовали некие фрагменты магии, но, судя по всем легендам и историям, это были редкие затухающие единичные случаи. Бабки-повитухи, способные на лечение от запоров и болезни зубов, не больше. Даже о некогда водящихся на территории древней Греции и Италии фавнах с сатирами никто не вспоминал в те годы столетиями.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Человек, который сейчас стал верховным магом, раньше по звездам пытался определять судьбу и, хоть и преуспел в этом, но стопроцентного доверия точно не вызывает. Ставить же на эту должность кого-то из живущих нынче существ Македонский пока не хотел, хоть и приглядывался к некоторым перспективным кандидатам, которые пока проигрывали «звездочёту» лишь в уровнях.