Охотники за умами. ФБР против серийных убийц - Джон Дуглас

Чарльз Соулт был признан виновным в убийстве первой степени, а Майк после просьбы о помиловании направлен в заведение для душевнобольных. Шеф полиции Ридер публично заявил, что мы оказывали им содействие в поимке преступников и достижении их признания. А нам повезло в том, что местный партнер был знаком с нашими методами и понимал, в чем заключается процесс сотрудничества между полицией и Квонтико.

В результате этого сотрудничества удалось поймать убийцу и его сообщиника до того, как они решились на новое преступление. Шеф Ридер и его люди вернулись к своим непосредственным обязанностям — поддержанию правопорядка в Логане, штат Пенсильвания. А я — к своим ста пятидесяти текущим делам, надеясь, что случай с Бучем-Чарльзом Соултом поможет мне хотя бы в одном из них легче войти в образ преступника и жертвы.

10. У каждого своя ахиллесова пята

Как-то вечером много лет назад, сразу после окончания моего неудачного обучения в колледже в Монтане, мы ужинали с родителями в пиццерии «Золотой поток», что в Юниондейле на Лонг-Айленде. Я только собрался проглотить кусок ароматной сырной смеси, как мать внезапно спросила:

— Джон, у тебя были женщины?

Я чуть не поперхнулся и с трудом протолкнул пиццу в горло. В середине 60-х годов матери не задавали таких вопросов своим девятнадцати — двадцатилетним сыновьям. Покосившись на отца, я заметил, что он сидел с каменным лицом. Вопрос матери застал врасплох и его.

— Ну, так как же? — не отступала она. Моя мать недаром носила фамилию Холмс,

— Гм… да… мама, были.

Её лицо скривилось от отвращения.

— Кто она такая?

— Да так… вообще-то их было несколько… — аппетит, с которым я пришёл в пиццерию, начисто пропал.

Я не сказал, что одна из них — лет пятнадцати — жила в доме для незамужних матерей в Бозмене. Хорошо еще не ляпнул, что я их всех расчленил, а трупы попрятал по их собственным подвалам.

— И которую ты намереваешься взять в жены? — продолжала допрос мать.

Я снова повернулся к отцу. Выручай, па!

— Видишь ли, Долорес, сейчас на это смотрят не так серьезно.

— На это смотрят всегда серьезно, — отрезала мать и снова обратилась ко мне. — А что если твоя будущая невеста спросит, были ли у тебя женщины до нее?

Я застыл, не дожевав куска пиццы:

— Скажу ей правду.

— Ни в коем случае! — воскликнул отец.

— Что ты имеешь в виду, Джек? — вскинулась мать. Ну-ка, папа, выкручивайся!

Допрос окончился неловкой для всех патовой ситуацией. Но из того вечера я так ничего и не вынес. Кое о чем из прошлого рассказал Пэм сам, о другом она догадалась, но, вопреки опасениям матери, согласилась выйти за меня замуж. Много позже, уже на службе в ФБР в качестве психолога и специалиста по тяжким преступлениям, вспоминая допрос матери, я внезапно осознал, что и теперь, обладая колоссальным аналитическим опытом, я повёл бы себя во время той инквизиции не лучшим образом. Потому что она поймала меня на уязвимом месте — правде.

Приведу другой пример. С тех пор как я стал официальным специалистом по подготовке психологического портрета, мне поручили самостоятельно отбирать и готовить учеников, и поэтому с моей группой у меня складывались тесные отношения. Некоторые из них сами стали звездами. Но если бы меня попросили определить лучшего из последователей, я бы назвал Грега Купера. Послушав на семинаре Кена Лэннинга и Билла Хэгмейера, Грег оставил престижную должность начальника полиции в Юте и поступил в ФБР. Он отличился в региональном отделении в Сиэтле, но по-прежнему мечтал о Бихевиористическом подразделении в Квонтико. Из Сиэтла он запросил мой анализ дела об убийце с Грин-Ривер, а когда я приехал на телепередачу с участием зрителей «Жизнь в погоне», вызвался поработать моим шофером и гидом. Я стал начальником Исследовательского подразделения поддержки, а Грега перевели в резидентуру ФБР в округ Ориндж, и оттуда я его вызвал в Квонтико.

Попав в подразделение, Грег поначалу делил подвальный кабинет без окон с Джаной Монро, которая прежде была офицером полиции и детективом по расследованию убийств в Калифорнии. Кроме всяких других замечательных качеств, Джана была потрясающе красивой блондинкой. И любой другой мужчина обрадовался бы такому назначению. Но Грег оказался истинным мормоном, прямодушным человеком и добрым семьянином. У него было пятеро очаровательных детишек и сногсшибательная жена Ронда, для которых переезд из солнечной Калифорнии в сонную, жаркую, дождливую Виргинию сам по себе являлся жертвой. Каждый раз, когда жена спрашивала о соседе по кабинету, Грег всячески увиливал и менял тему разговора.

Месяцев через шесть после того, как Грег поступил в наше подразделение, Ронда появилась на рождественской вечеринке. Меня в то время в городе не было, но живая от природы Джана на празднике, конечно, присутствовала и, сообразно ситуации, надела тонкое, короткое, облегающее ярко-красное платье с глубоким вырезом.

Когда я вернулся, мой заместитель Джим Райт, взявший на себя руководство Программой составления психологического портрета, доложил, что после вечеринки между Грегом и Рондой произошла настоящая баталия. Женщине неприятно было узнать, что её муж все дни напролёт делит помещение с красивой, очаровательной и напористой агентом-женщиной, которая чувствует себя одинаково свободно и на полигоне и на танцевальной площадке. Пришлось попросить секретаря оторвать Грега от дел и передать, что я хочу его немедленно видеть. Он выглядел озабоченным. Грег всего шесть месяцев работал в нашем подразделении. Он давно о нем мечтал и хотел проявить себя с наилучшей стороны. Я оторвал взгляд от письменного стола.

— Грег, прикройте дверь и садитесь, — мой тон не предвещал ничего хорошего, и он стал еще настороженнее. — Я только что разговаривал по телефону с Рондой, — продолжал я. — Насколько я понимаю, у вас с ней проблемы?

— Вы разговаривали с Рондой? — Грег не глядел на меня, а уставился на телефон прямой связи с директором.

— Видите ли, Грег, — я постарался, чтобы мой голос прозвучал наставнически-успокаивающе, — я бы и хотел вас прикрыть, но поскольку вы с Джаной повели себя в открытую, я ничего не могу сделать. Ронда, по-видимому, знает, что происходит у вас с Джаной…

— У нас с Джаной ничего не происходит! — пролепетал он.

— Я понимаю, что наша работа постоянно приводит к стрессам, но у вас потрясающе красивая жена и очаровательные дети. Не кидайтесь этим.

— Джон, это вовсе не то, о чем вы думаете, — продолжал оправдываться Грег, — и не то, что подозревает она. Верьте мне, — он все время смотрел на телефон, словно старался сосредоточиться и испепелить его взглядом. На лбу у него выступил пот, на шее вздулась сонная артерия. Он быстро доходил до кондиции.

И тут я бросил валять дурака:

— Ну, что, несчастный, вы еще смеете претендовать на роль допрашивающего? — в то время Грег готовил главу о ведении допроса для учебника классификации преступлений. — В чем вы виноваты?

— Клянусь, Джон, ни в чём!

— И тем не менее я вас сумел расколоть. Вас — абсолютно невиновного. Вас — бывшего начальника полиции, столько раз самого ведущего допрос. Обвёл вокруг пальца, как младенца. Что вы на это скажете?

По лысеющей голове Грега покатился пот облегчения. Тогда он ничего не сказал, но про себя все, что надо, отметил. Мне удалось провернуть с ним эту штуку, поскольку когда-то ее успешно проделали со мной и при случае проделали бы опять. Мы все уязвимы. Неважно, сколько человек знает, какой у него опыт и сколько он провел успешных допросов. Неважно, что он владеет их методикой. Можно поймать каждого, если знать его уязвимое место. Я понял это после одного из своих первых случаев и впоследствии постоянно пользовался — и не только для наглядной демонстрации ученикам. Тогда я впервые «инсценировал» допрос.

Специальный агент Роберт Лиери из Рома, штат Джорджия, описал по телефону детали ужасного случая и просил заняться им в первую очередь. За неделю до этого в Адэрсвилле, что в тридцати минутах езды от Рома, пропала Мэри Фрэнсис Стоунер, живая, симпатичная двенадцатилетняя девочка. Школьный автобус оставил ее у дорожки, ведущей к расположенному примерно в ста ярдах в глубине дому, и с тех пор ее больше никто не видел. Позже ее тело нашли в десяти милях в лесистых «аллеях любви». Юноша и девушка заметили яркую желтую курточку, натянутую на голову жертвы, и, ничего не трогая (важная деталь), сообщили в полицию. Причиной смерти послужил удар тупым предметом по голове. Вскрытие установило, что череп был проломлен большим камнем, а на фотографиях с места преступления прямо рядом с головой жертвы виднелся залитый кровью булыжник. К тому же на шее виднелись следы пальцев, по которым установили, что душивший стоял сзади.