Цена человечности: Торг - Владислав Вольнов

   Через полчаса я вернул книгу на место, и зашагал вдоль книжных полок в поисках чего-то более адекватного. Демоны и серьёзная литература очень плохо сочетаются. Глядя на Сараша, это не так заметно, но вот читая такие книги... Глядя на заголовок, ожидаешь найти в книге формулы и описание этих самых разрушительных заклинаний, а на поверку оказывается, что автор просто рассказывает истории, где использовались эти заклинания. Причем, со вкусом, в деталях расписывая, как огненный шторм накрыл целый город, заживо сжигая его защитников и беспомощных жителей. И никаких тебе формул и детального описания заклинаний. Такое я мог и на Земле почитать. Но не успел я присмотреть что-то более достойное для чтения, как учитель пришёл в себя. Что-то он быстро, ещё и часа не прошло.

   - Хотя если этим мертвецом будет управлять маг, то он действительно сможет через него колдовать, используя резерв мёртвого чародея. Но как видишь, всё равно необходим разум, пусть даже и через посредника. Единственное, на что способны неразумные создания, волею случая или по чьему-то умыслу наделённые магической силой, так это высвободить её в едином порыве, разрывая своё энергетическое тело и калеча себя. В бою от такого проку почти нет. Но довольно на сегодня о мертвецах. Иди потренируйся, а мне нужно провести кое-какие расчёты.

***

   Снова тренировочный зал. Вместо меча в руке дротик, из тех, я прихватил из оружейной Джараха, а к стене прислонён футляр с остальными. Несмотря на полное отсутствие практики обращения с этим оружием, сейчас тонкое древко порхает между моими пальцами, повинуясь малейшим движениям. Будто всю жизнь этим занимался. Прекратив играться, я сделал пару шагов в направлении круглой мишени в конце зала, и метнул дротик. Резко и мощно, как когда-то. Рука не должна была дрогнуть, а глазомер - подвести. Однако это случилось, и дротик, хоть и попал в мишень, но вошёл далеко от центра. Как и следующий, и все остальные. Когда я просто стоял перед мишенью, и старался успокоиться, в зал вошёл Сараш.

   - Что опять случилось? От тебя так и разит злостью.

   - Как вы находите меня в такие моменты? Следите?

   - Не говори чепухи. Я просто чувствую такие эмоции, как... акулы в твоём мире чувствуют кровь в воде. Капля крови приманит акулу, а вспышка гнева - демона, - в иной ситуации я бы даже разозлился от того, насколько тщательно Сараш препарировал мою память, но сейчас мне было не до этого.

   Обведя взглядом весь зал, учитель, наконец, заметил утыканную дротиками мишень. Ни один не попал в малый круг размером с яблоко.

   - Неплохие броски, кстати. Но как я понимаю, когда-то ты умел лучше. А сейчас не можешь, и бесишься из-за этого, - повинуясь Сарашу, дротики покинули мишень, и, отлетев подальше, вновь вонзились в неё, на этот раз прямо в центр, едва не повторив знаменитый трюк Робина Гуда. - Кем он был?

   - Сильнейшим из своего народа. Великим воином. Я помню почти всю его жизнь, и могу повторить почти все его приёмы с мечом, даже с этой оглоблей. С копьём и щитом, наверняка, тоже. Но движениям недостаёт точности и силы. Для своего времени, Гектор был просто великаном.

   - В этом нет ничего необычного. Можно сказать, у вас на двоих была одна душа, но тела-то разные. Твои руки просто не помнят, как бросать это копьё, и ничего с этим не поделаешь. Нужно вспоминать. У тебя есть с кого брать пример, нужно лишь отточить движения и вернуть былую силу. Дело времени.

   Когда Сараш ушёл, я ещё некоторое время пометал дротики, пытаясь делать всё в точности так, как я это помню. Но чего-то не хватает, и дротики эти странные. Нужно кое-что поискать в оружейной комнате. Стоит заметить, что, несмотря на пренебрежение холодным оружием, учитель не только не притеснял мои занятия, но и хранил целые залежи смертоносных орудий в отдельной комнате. По большей части, это были трофеи и подарки. Оружейной заведовал раб по имени... да я понятия не имею, как его зовут. Сам он своего имени не называл, а Сараш обращается к рабам, просто тыкая в них пальцем и раздавая указания.

   Хотя этот раб особенный. Он демон. Я так и не сподобился узнать у Сараша, что же должен натворить демон, чтобы оказаться в таком незавидном положении, а сейчас этот вопрос меня внезапно очень заинтересовал. Ведь демон это не представитель смертной расы, а рабство здесь не имеет срока, оно навсегда. Вот и получается, что подобные рабы обречены на вечное служение. Чтобы придумать участь хуже, придётся изрядно напрячь фантазию.

   Добравшись до оружейной, я окликнул того самого раба, стоявшего неподалёку.

   - Открывай, мне кое-что нужно.

   - Конечно, господин, - торопливо распахнув дверь и пропустив меня вперёд, он ту же подскочил ко мне, - что вас интересует?

   - Мне нужно копьё примерно в мой рост и большой круглый щит.

   - Идите за мной.

   Он повёл меня между стеллажей с многочисленным оружием. Едва ли его было меньше, чем в малом арсенале у Клауса. Теперь я смотрел на оружие не как человек, пару месяцев назад взявши й в руки меч, а понимал суть каждого из них. Совершенно другие впечатления, не то что при выборе меча останавливаться на том, у которого самая удобная рукоять.

   Когда показалась стойка со щитами, я даже немного замедлил ход. Пройдя мимо балкеров, огромных павез, малых круглых и треугольных щитов, я остановился перед теми, что были мне знакомы. Большие круглые щиты, закрывающие весь корпус, шею и бёдра. Цельнометаллические и с деревянной основой. Если припасть на одно колено, прикрывшись таким щитом, можно переждать целый шквал стрел, открыты остаются разве что стопы. Не так ли застрелили Ахилла? Хоть я и не видел его смерти, но... стрела в пятке? Знаменитая ахиллесова пята. Если бы его и впрямь искупали в водах Стикса, держа за ту самую пятку... но ведь я знаю, что он не был полубогом. Хотя и на обычного человека не был похож. К тому же, никто здесь и словом не обмолвился о существовании Стикса.

   Так может быть, первая стрела угодила в пятку, заставив его раскрыться, а затем он словил его с десяток оперённых приятелей? Или вся эта история целиком - плод воспалённого воображения? Не знаю, но мне трудно поверить, что он мог пасть от меча. Хотя возможно, во мне говорит гордыня. Желание возвеличивать того единственного, что одержал верх над Гектором, чтобы на его фоне и сам Гектор выглядел ещё сильнее, чем он был на самом деле.

   Проведя пальцами по выпуклой поверхности щита, усеянной следами от многочисленных ударов, я снял его со стойки, и взял в левую руку. Как влитой. Будто всю жизнь таскал с собой эту приятную тяжесть. Поиски копья тоже не задержали меня надолго. Прихватив оружие, я вернулся в тренировочный зал.