Режим гроссадмирала Дёница. Капитуляция Германии, 1945 - Марлиз Штайнерт

и др. Они были включены в управление разведкой правительства рейха, созданное 13 мая под временным начальством капитана кригсмарине фон Давидсона. В инструкции, данной ему Шверином фон Крозигом, обязанности службы капитана излагались следующим образом:

«Обязанности управления разведки состоят в получении и оценке необходимой политической, экономической и военной информации, как внутренней, так и внешней, и отчетов для использования всеми членами правительства рейха и его отделов. Оно также должно распространять и публиковать речи, объявления и доклады всех типов, какие могут быть выпущены или которые понадобятся отдельным министрам рейха и их отделам».

Управление разведки вначале комплектовалось за счет вермахта («национал-социалистический управленческий штат», отдел пропаганды и военнослужащие подразделений пропаганды), частично из персонала бывшего министерства иностранных дел и частично — за счет III управления РСХА.

Тогда как отделам временного правительства в целом не хватало персонала, в штате управления разведки, согласно отчету от 23 мая 1945 г., составленному статс-секретарем Шверина фон Крозига, было 59 человек (помимо 109 военнослужащих унтер-офицерского состава и рядовых), среди которых было 26 мужчин и 33 женщины плюс 2 водителя и 1 член Женской вспомогательной службы ВМС.

Олендорф написал Шверину фон Крозигу, приложив доклад, в котором объяснялись преимущества «разведслужбы сфер жизни» (то есть III управления РСХА), созданной им. Это, как заявлял он, имеет особенную важность в государстве фюрера, которому недоставало парламентских и публичных институтов. Этой службе отводилась роль источника информации для лидеров государства в отношении настроений и взглядов народа — то есть практически функции заменителя общественной критики. Для сохранения объективности было желательно обеспечить независимость такой службы от правительства, администрации и всяких групп лоббирования. Материал должен оцениваться и обобщаться небольшой группой специалистов; фактическими информаторами, однако должны быть неоплачиваемые работники, привлекаемые из всех слоев общества. Эта служба должна строиться не по подобию шпионской системы Фуше, а по образу британской секретной службы, нечто вроде «джентльменского соглашения», какое когда-то планировал Гейдрих.

Доклад Олендорфа был проанализирован Дёницем и Шверином фон Крозигом. Оба сошлись во мнении, что его передача союзникам, как предлагал Олендорф, «на начальном этапе нежелательна». Они удовлетворялись получением оценок сообщений от прежних членов СД, ныне используемых управлением разведки.

Доктор Вильгельм Штуккарт, статс-секретарь, унаследовал от Гиммлера пост министра внутренних дел 3 мая. Он был высококвалифицированным государственным служащим, который с образцовым качеством выполнял любую задачу, поручавшуюся ему властью, независимо от ее моральности. И в плане своей профессиональной карьеры, и в отношении преданности своей стране он был типичным примером тех германских чиновников, которые присоединились к национал-социалистическим победителям и не только приветствовали, но и претворяли в жизнь действия режима.

Когда удача покинула рейх, даже этот доблестный патриот пришел к выводу, что настало время положить конец национал-социалистскому господству. Однако это его убеждение не привело ни к каким реальным действиям.

Являясь министром иностранных дел в Фленсбурге, Штукарт возглавлял вторую по величине службу (тринадцать членов и девять сотрудников). Одним из его подчиненных был его прежний коллега, государственный секретарь доктор Леонардо Конти, покончивший с собой, когда возникла угроза ареста. В целом деятельность Штуккарта во временном правительстве ограничилась подготовкой нескольких юридических памятных записок и дискуссиями с Контрольной комиссией.

Безоговорочно самым важным в Фленсбурге было министерство продовольствия рейха. Дёниц предложил, а Шверин фон Крозиг согласился оставить прежнего министра Герберта Бакке. Он был как специалистом в своем деле, так и убежденным национал-социалистом, чьи услуги режиму были бесценны.

Как уже упоминалось, зимой 1944/45 г. Бакке встревожила быстро ухудшающаяся обстановка, и он стал совещаться с Шверином фон Крозигом и Дорпмюллером. Советский прорыв под Баранувом (имеется в виду Висло-Одерская операция, начавшаяся 12 января 1945 г. ударом с Сандомирского плацдарма на левом берегу Вислы; на правом, восточном берегу напротив этого плацдарма находится город Баранув-Сандомерски. — Ред.) и последующее продвижение русских войск вынудили его принять суровые меры на продовольственном фронте и сократить рационы. В телеграмме 25 января 1945 г. всем руководителям аграрной отрасли германских земель приоритет отдается поставкам продовольствия в города и индустриальные районы.

Помощником у Бакке был Ганс Йоахим Рикке, его статс-секретарь и также старый член партии с карьерой во многих отношениях такой же, как у Штукарта и Бакке. С осени 1944 г. он входил в круг людей Шпеера. Еще 18 сентября Рикке издал указания продовольственным службам земель воздержаться от уничтожения и поддерживать, насколько возможно, работу производственных предприятий. В меморандуме, озаглавленном «Экономика продовольственной ситуации» и датированном 24 февраля 1945 г., освещено сложившееся катастрофическое положение и дается прогноз сокращения продовольственного рациона на 35 % с 9 апреля, под этим подразумевалось, что «вермахт сможет воевать, но большая часть населения уже не будет полностью пригодна для работы». Когда Гитлер никак не отреагировал на это, Рикке вместе со своим министром и Шпеером решились на дальнейшие меры. Внутри своего министерства Рикке делал все, что мог, чтобы люди были накормлены, даже если произойдет ожидаемая катастрофа с транспортом. В соответствии с уже направленными в адрес аграрных руководителей земель указаниями, приоритет в создании резервов и запасов продовольствия был отдан городам и промышленным районам. Всех призывали ограничить разрушение и парализующие действия в том, что касается продовольственной промышленности. В качестве контроля выполнения исполнительной директивы Шпеера по указу Гитлера от 30 марта, где приказывалось «продолжать производство до самого последнего момента даже при самых тяжелых обстоятельствах», Рикке требовал, чтобы снабжение индустриальных предприятий продовольствием поддерживалось независимо от обстановки; это делалось из соображений, как он заявлял, что цель может быть достигнута с помощью парализующих мер в противоположность уничтожению, и запасы, которые нельзя будет вывезти, должны раздаваться населению. Приоритет был отдан сохранению предприятий по производству азота, вырабатывающих удобрения для сельского хозяйства, снабжению производства горючим и ремонту сельскохозяйственной техники.

7 апреля Шпеер с трудом добился от Гитлера приказа, чтобы мосты взрывались лишь в случае оперативной необходимости, чтобы транспорт поддерживался на ходу до самого последнего момента, чтобы все установки, железнодорожные линии, промышленные запасы, мастерские и средства связи почт, железных дорог и частных компаний должны быть, прежде всего, парализованы, а не уничтожены. Рикке немедленно издал вслед за этим приказ, относящийся к его сфере, с требованием как можно дольше сохранять транспорт, используемый для перевозки продовольствия. И Шпеер, и Рикке уточняли и разъясняли свои указания личными посещениями руководителей аграрного сектора земель на западе Германии.

Имея поддержку Шпеера, Рикке не ограничивался одними лишь мерами, направленными на облегчение судьбы народа; он также стремился к раннему окончанию войны и внутренним переменам в рейхе. В его канцелярии проходили дискуссии с участием обергруппенфюрера СС Хильдебрандта вместе с Бакке, Шпеером и доктором Хупфауэром из министерства вооружений, когда