Нечеткая грань - Михаил Март

— Сейчас уже поздно извиняться. Поезд ушел. Точнее, он уйдет вместе со мной. Я еще не знаю, в какую сторону. Сяду на ближайший, а там видно будет.

Вербицкий искренне пожелал ей удачи и ушел. Впервые он угодил в лужу. Думал, что в лужу, а его накрыло с головой нечистотами.

Кристина спустилась вниз, взяла бутылку вина, бокал и отправилась на веранду.

Появление старого «Жигуленка» стало для нее неожиданностью, а когда из машины вышел Сергей, она не могла скрыть радость.

— Сережа! А я решила, ты забыл про меня!

— Как ты могла так подумать? Скитался по углам, боялся нос наружу высунуть. Но теперь дело закрыто. Я узнал о твоем трудном положении и подумал, что смогу тебе хоть чем-то помочь.

— Хочешь вернуть мне мой кошелек? Кристина сбегала в дом, принесла второй бокал.

Куда подевалась ее заносчивость, насмешливый тон, снисходительная улыбка. Теперь это была обычная женщина, и это ей очень шло.

— Ты мог бы мне помочь, если бы поехал со мной, — сказала она, не сводя с Сергея глаз.

— Я птица свободная, здесь меня ничего не держит. Меня вышибли даже из вонючего подвала, — Сергей вздохнул.

— Деньги у меня есть. Я должна найти мужа. Мне помогает очень талантливый прохвост, ему удалось установить, что Митя жив. Следы ведут в Лондон. У тебя есть загранпаспорт?

— Конечно есть.

— Визы он устроит за один день. У него связи везде и всюду. Через день или два мы уедем. Я схожу с ума. Еще неделя в этом проклятом доме и полезу в петлю.

— Ну-ну, держи хвост пистолетом. Теперь я с тобой, в обиду никому не дам. Надо найти мужа, значит, найдем. Надо убить? Значит, убьем.

Кристина налила себе вина и выпила его залпом.

— Убийство не подойдет. Он должен умереть в результате несчастного случая, тогда я получу все его деньги. Ты себе не представляешь, о какой сумме идет речь!

— Деньги всем нужны, только я о них не думаю. Но если в Лондоне найдут труп человека, погибшего от кирпича, упавшего с крыши, кто его опознает?

Вдруг при нем не будет документов? Тихо похоронят на кладбище для бомжей. Может, он живет под псевдонимом, под чужим именем?

— Степан окажется случайным свидетелем. Он заявит, что знает этого человека, скажет, что летели одним самолетом или познакомились в кафе. Пару раз гудели вместе. Помнит, что он русский и даже имя запомнил, и город, где тот жил.

— Свидетеля можно купить, самим необязательно участвовать в опознании. Пусть посольство разбирается и наводит справки. Тебе же надо будет в срочном порядке вернуться в Россию и засветиться. Так, чтобы тебя могли найти и пригласить на опознание.

Кристина закурила.

— Пришла бы мне в голову эта идея чуть раньше, я уже была бы миллионершей.

— Почему ты со мной не посоветовалась?

— Ты же сказал, что соблюдаешь закон.

— Когда желудок пуст, думаешь о колбасе, а не об уголовном кодексе.

— Теперь я стала умнее. Задним числом. Но еще не все потеряно, я верю в свою звезду. Я создана для счастья, а не для страданий!

На аллее появился Степан Негода. Невзрачный мужичок вышел на лужайку и направился к дому.

— Это тот самый прохвост, Сережа, сейчас я вас познакомлю. Ему можно доверять, он знает, за что работает.

— Надеюсь, — усмехнулся Сергей, когда Кристина пошла навстречу шибздику. Нет, не зря он согласился на эту аферу, будет, что вспомнить. Вдруг лицо детектива стало серьезным. «А если она и впрямь получит наследство?» — подумал он. Этот вопрос занозой впился в его мозг.

15

Крутов зашел в гостиничный номер, где проживал Вербицкий. Следователь собирал чемодан.

— Уезжаешь, Илья?

— А ты думал, я останусь у вас навсегда? Дело сдано в архив, Кристина уехала, и о ней все уже забыли. Красотка хапнула миллион, может начинать жизнь с чистого листа в любой точке нашей страны. Но я уверен, она обоснуется в Москве, где ее муж купил недвижимость. Она все еще его жена и имеет право пользоваться собственностью мужа.

— Ошибаешься, Илья. Она уже не жена Петляра. Все наше расследование выеденного яйца не стоит. Нас оставили в дураках, и я об этом узнаю в последнюю очередь.

Вербицкий сел на край кровати.

— Ну-ка, ну-ка, а если поподробней?

— Поговорим в дороге. Каждая минута на счету. Илья надел пиджак, и они вышли из номера.

Только после того как машина тронулась, подполковник вновь заговорил.

— Дмитрий Петляр вернулся, он в своем особняке.

— Вернулся? Черт! Но зачем? Я давно догадывался, что он жив, но какой смысл совать голову в пасть тигра?

— Он так не думает. Петляр в городе третью неделю, — оформляет развод с Кристиной. Несмотря на ее отсутствие, суд принял его заявление и встал на сторону истца. Сегодня было принято решение о расторжении брака. Нам повезет, если мы застанем этого хитреца.

— О чем нам с ним разговаривать? — покачал головой Вербицкий

— Не знаю, Илюша. Петляр — вот кто убийца. А жертва — художник. Мы не с того бока начали. Он узнал об измене и наказал всех. Миллионеры умеют мстить. Нерадивого художника убил, жену оставил почти ни с чем, а сам исчез. Разбирайтесь, мол, ребята, сами.

Вербицкий погладил подбородок, словно хотел убедиться, что утром побрился.

— Прокол. Петляр не мог знать, что в доме художника спит девушка. Не мог знать, что гроза разбудит ее в три часа ночи. Авария произошла не раньше двух, когда прилив залил весь берег. Он убил художника или не он, я не берусь утверждать. Но в машине лежал труп. Мы считали, будто на заднем сиденье валялся мертвый олигарх. И тоже прокололись. Сколько Афанасию потребовалось бы времени, чтобы переложить деньги из чемодана в сумку, столкнуть с обрыва машину и после этого пешком вернуться домой? Раньше четырех он прийти не мог. Но тогда бы его увидела Даша. Ему же надо было зайти в дом за лопатой, вырыть яму и закопать деньги. Столько дел невозможно сделать за один час, с двух до трех.

— Художник в дом не вернулся, — согласился Крутов. — Петляр его сбросил в пропасть.

— Кто же закапывал деньги? — спросил Вербицкий.

— Сообщница, несуществующая дочка.

— Больше некому. А потом Петляр исчезает и ждет окончания спектакля. Теперь, когда Кристина уехала, он со спокойной душой возвращается и подает документы на развод с неверной женой.

Крутов ударил ладонью по рулевому колесу.

— Но как мы сможем это доказать?

— Не торопи события, Валера, поживем — увидим. Во всяком случае, Петляр нас не ждет. Фактор неожиданности тоже важен в нашем деле. Меня еще одна деталь смущала. Труп унесло в море, а легкая куртка осталась на месте. Почему? Рукав застрял в щели на стыке спинки и сиденья. Как? Рукав втиснули в щель, и сделать это мог только Петляр. Уж он-то знал о приливах и отливах.

— А вот эта мысль мне уже нравится.

— Только не лезь в пекло поперед батьки, Валерий Георгиевич. Наше дело слушать, а не высказываться. У нас нет санкции на арест, мы едем на беседу к уважаемому олигарху и будем ему очень благодарны, если он нас примет и выскажет свое мнение о случившемся.

— Любезничать я не умею.

— И не надо. Расслабься, у тебя морда красная от напряжения. Дело в архиве, мы с тобой действуем по собственной инициативе, и нас могут послать к чертовой матери. Агрессия тут не поможет.

Машина въехала на знакомую лужайку и остановилась возле клумбы. Представшая сыщикам картина не воодушевляла. На веранде попивали вино «погибший» Петляр и знаменитый адвокат Сатановский, им прислуживала Роза.

— И этот хлыщ здесь, — поморщился Вербицкий. — С таким тягаться бесполезно.

— Ты о Сатановском? Странно. Что бы ему здесь делать?

— Работает на Петляра, чего тут непонятного.

— Но он же вытащил из болота его жену, — удивился Крутов.

— И это понятно. Петляр не ставил перед собой цель засадить Кристину за решетку. На свободе ей будет не легче, она ведь привыкла к роскоши. Ну пошли.

— Нам надо представляться? — спросил Крутов, поднявшись на веранду.

— Нет, господа, — улыбнулся Петляр. — Я уже наслышан о шумихе, которую вы подняли вокруг моей персоны. Оказывается, о своих отъездах я должен ставить в известность прокуратуру. Присаживайтесь. Роза, приготовь кофе гостям. Долго вы собирались, я ждал вас раньше.

— Все правильно, господин Петляр. Вы ни перед кем не обязаны отчитываться, — кивнул Вербицкий.

Сатановский, потягивая сигару, с ухмылкой поглядывал на гостей. Заметив это, Петляр сказал:

— Не обращайте внимания на моего адвоката. Он не будет вмешиваться в разговор, я не нуждаюсь в защите. Прошу вас, присаживайтесь.

— Что вы можете сказать об аварии на двадцатом километре? — спросил Вербицкий.

— Если говорить по совести, господа, вы начали следствие, не имея на то оснований. Найденная на берегу машина без жертв, без свидетелей не дает повода для вмешательства прокуратуры и уголовного розыска в дела обычной дорожной милиции. Что же произошло? А ничего. Вашему высокому начальству позвонили влиятельные люди и высказали свое подозрение, будто меня убили. Причина их беспокойства мне понятна. Они были убеждены, что моя жена убила меня. Моя ошибка заключается в том, что я уехал, никого не разуверив в этом. Ошибка моей жены в том, что она не стала выносить сор из избы и не сказала вам о нашей ссоре накануне. Но и ей я ничего не сказал о своем внезапном отъезде. И это все, господа. Результат налицо — ваше следствие зашло в тупик. Вас нельзя в этом обвинить, вы честно выполняли свой долг.