Капитан. Наследник империи - Виктор Дубчек

— Алмазы! — заорал он дурным голосом, жестом сумасшедшего сеятеля расшвыривая драгоценности вокруг себя, — бриллианты из Якутии! Налетай! Алмазы! За демократию!

К тому моменту, как в дело пошло содержимое второго мешочка, на Манежке бушевала настоящая битва.

«Булыжник — оружие пролетариата», с удовольствием подумал капитан, поднимая руку. К тротуару тут же вильнула машина — на удивление приличный «японец».

— На Куусинена? — спросил Немец, наклоняясь к приоткрытому окну.

Пуля ударила его в левую лопатку.

Он сполз по капоту, пытаясь вытерпеть слепящую боль и перекатиться хотя бы на бок. Сломанное зеркало повисло на разноцветных проводках.

Второй выстрел перебил позвоночник чуть ниже пушистого воротника.

— Вот так я и вернулся, — сказал капитан, отщипывая ещё ломоть сыра. — Говоришь, спички не нужны вам?

Глава 11. Снова Скрябин

— Правильно, — подтвердил сударь капитан, — только тут вот какая штука: меч-то у меня выбило ещё первым попаданием. Я его в левой руке держал, а когда в спину зацепило…

Кави придержал коня.

— Но к исходу… фатального свойства привёл лишь второй выстрел?

— Сложно сказать, — хмыкнул Немец. — На втором я потерял сознание, это факт. А там — кто знает. Может, и ещё добивали.

— Ежели предположить, что Вы оказались в состоянии всё же подобрать Пагди пред самым наступлением мараны…

— Исключено, — покачал головой сударь капитан, — говорю же: выбило меч из руки. Он перелетел через капот… да, «железной кареты». И упал на проезжую часть. Не, ну парень-то я лихой, в отключке и с хребтом перебитым — мог и перепрыгнуть, как полагаешь?

— Я полагаю, — медленно произнёс Кави, — что теперь можно с великой определённостью утверждать: Пагди истинно признал Вас.

— Это как? — спросил капитан, ловко спешиваясь перед самым входом в шатёр. В искусстве верховой езды он и впрямь за последнее время преуспел изрядно. Предупреждённые часовые молча посторонились, давая доступ к лёгкому пологу.

— Надеюсь, мы немедля убедимся в правоте моего суждения, — тихо ответил Кави, вслед за Немцем входя в шатёр и склоняя голову. — Ваше Высочество?

— Высочество, — сказал сударь капитан, с привычно хозяйским видом осматриваясь по сторонам.

— Капитан, — сухо ответствовал Содара, — эльф.

Лорд-Хранитель с явным облегчением расправил плечи и повернулся к обступившим его людям:

— Благодарю всех. Малый Совет свободен.

Лейтенанты принца с поклонами покидали шатёр. Из знакомых Кави лиц на Совете присутствовал только Твур — как всегда, в одеяниях гражданского покроя и расцветки; как всегда, благородный комендант с подозрением оглядел вновь прибывших персон. Эльф с чистой теплотой улыбнулся старому соратнику, мало что не физически воспринимая исходящие от того волны бдительности.

Содара манием руки призвал к себе Немца и Кави. Дождавшись укромности, принц безо всяких околичностей обратился к сударю капитану:

— Снова?

— Да, — просто ответил капитан.

— Ты уверен, что на сей раз тебе удастся?

Немец пожал плечами.

— Чего гадать-то. Идти по-любому придётся. Да и не внагляк иду — Дурта мне инструкцию зачитал.

О да; Кави присутствовал при выяснении обстоятельств, приведших к переходу сударя капитана в мир Земли. Будем надеяться, достойный мудрец верно толкует регламент обращения с норовистым мечом. По крайней мере, Дурта с уверенностью ручался за то, что при правильном соблюдении ритуала Пагди должен не только перенести своего владельца, — живого и невредимого, — в то место, кое тот сочтёт наиболее для себя родным и приютным, но и обеспечить подобающее хронирование. В прошлый «выход» расхождение в темпах течения времени между Вишвой и Землёй составило существеннейшую величину: по личным ощущениям самого Немца, в своём мире он провёл едва ли более половины часа…

Это обстоятельство, правду молвить, изрядно напугало всех причастных к рискованной затее: а ну как путешествие сударя капитана за чудесным лекарством займёт столь много времени, что само возвращение его в Вишву сделается бессмысленным?.. Но нет, Дурта решительно клялся всеми известными сурами, что при должном обращении с Пагди дальнейшее подобное расхронирование исключено.

— Пойми же, эльфийский ты дикарь! — вопиял достойный мудрец, запуская пальцы в рыжие свои волосы, — Тот самый Карг, который, как утверждаешь, ты принёс с собою из грядущего… кстати, когда наконец?.. да! тот самый Карг — всего лишь набор правил, определяющих способ добиться от Пагди нужного проявления мистической силы меча Адинамов. Не столь, впрочем, самого меча, сколь… хотя… да! Ты понимаешь, что Пагди существует как бы одновременно во всех мирах и во всех временах?

— Полагаю, о достойный Думья, — уместно соглашался Кави, — что оснований сомневаться во множественности миров и времён у нас более не осталось.

— А это означает лишь то, что и твой приход из иного времени, и появление капитана, — нечего ухмыляться! — и малые расхождения в протекании времени меж гранями наших миров — всё это суть проявления одних и тех же проявлений Пагди, только что в различных проявлениях этих проявлений… эээ…

Кави встряхнул локонами, отвлекаясь от свежих, и, — что греха таить, — приятных впечатлений. При всей самовосторженности Дурты, отказать достойному мудрецу в целеустремлённости никак нельзя; равно как немыслимо было бы лишить его права считаться первым знатоком законов человеческого колдовства… пусть и в грядущем. Что же; разобрался тогда — разберётся и сейчас.

— От лица Варты, — с подобающей торжественностью выпрямился над штабным верстаком Лорд-Хранитель, — желаю тебе удачи, капитан.

— Ваше Высочество, — осторожно вступил в беседу Кави, — нам потребуется Пагди…

— Там, в пирамиде, — почти рассеянно ответил Содара. — К слову, эльф. Я последовал вчерашнему совету и… «припахал»… да — «припахал» твоих городских сородичей к работе в полевом госпитале. Теперь уже в обоих госпиталях. Эльфы действительно полностью невосприимчивы к чуме, посему я желал бы обсудить возможность привлечения и…

Кави переглянулся с Немцем. Сударь капитан шагнул к дальнему пологу и вынул из стойки меч.

— Ваше Высочество, — осторожно заметил Кави, — сударь капитан взял Пагди.

— Я вижу, — с недоумением сказал принц. Сейчас он хмурился, но лишь слегка, словно не вполне был уверен, что и в самом деле следует испытывать настороженность.

— Меч династии Адинамов в руках у человека из другого мира, — вкрадчиво сообщил эльф.