Предсказание - Елена Козак

Луна добралась и до лица мага. Фред вздрогнул:

— Этого просто не может быть!

К поляне приближалась Элен. Неужели испуганная девочка, невесть как оказавшаяся в лесу, всего лишь маска. Джахал! Он же сам уличил ее во лжи, а теперь сомневается. И зачем он спасал ее вчера в лесу? Ха-ха, спасал! От кого? Да духи, наверняка, сами были б радешеньки от нее избавиться. Фред похолодел: а ведь именно он привел этого монстра к людям, а, значит, сам, как бы выписал индульгенцию на убийства. Мужчина крепче сжал нож. Ну, ладно, посмотрим кто кого.

Девушка приблизилась еще на пару сиг. В ее походке, во взгляде было что-то странное.

— Что бы это могло быть? — мужчина мотнул головой — да какая разница. Через секунду другую она умрет.

Фред приготовился к прыжку — сделай еще пару шагов, что бы я мог…, - пронеслось в голове у него.

Но Элен этого не сделала. Девушка просто подняла глаза перед тем, как пройти вперед. Фред окаменел: ее глаза были абсолютно пусты. В них не выражалось ничего. Элен смотрела прямо на мужчину, но не замечала его. Девушка вообще ничего не видела. Она не осознавала, что делает, повинуясь инстинктам и… силе.

Элен сделала шаг в сторону. Фред сорвался с места: нужно было ее остановить. Девушка, стоящая перед ним, не была тем магом, который уничтожал людей. Но сила шла именно к ней, на то, что бы привести ее в этот лес, в ловушку к магу. Что же она такого натворила? Кому нужна настолько сильно, что жизни двадцати пяти людей меркнут в сравнении с…?

А к демонам! Главное, ее остановить и попытаться вернуть силу ее законным владельцам.

Фред схватил Элен за руку и повернул к себе. Вокруг было столько силы, что мужчина смог зачерпнуть и себе кусочек. Хотя и неосознанно. Так что, сейчас он чувствовал себя гораздо лучше, чем несколько минут назад.

— Стой! — крик Фреда, казалось, пронесся по всему лесу (он немного не рассчитал силы). Но Элен его не услышала. Девушка все так же решительно направлялась вперед. Ее не могло ничто остановить. Фред был гораздо сильнее физически, но это ничего не решало. Элен пользовалась чужой силой и бездумно рвалась вперед.

Из последних сил Фред удалось прижать ее к дереву. Но что делать дальше?

Мужчина ударил девушку по лицу. А как еще привести ее в себя? В прошлом если Фреду и надо было привести кого в чувство, он использовал нюхательные соли, или глупый сказочный прием — поцелуй. Но те обмороки были просто игрой, приводимые в исполнение ради того, что бы на симулянтку обратили внимание. Сейчас же все было взаправду и требовало решительных действий.

На миг лицо Элен утратило свою безжизненность, в глазах промелькнули чувства (кажется, раздражение и… радость), разум.

— Ты…, - Элен не договорила. Глаза вновь застелила пелена. Девушка дернулась, вырываясь с державших ее рук, и вновь застыла, стала послушной марионеткой в руках кукловода.

Если она еще раз вырвется, придется воспользоваться кинжалом. Выбора не будет, — отстраненно подумал мужчина.

Его вновь накрыло презрение к самому себе. Элен была ни в чем не виновата. Девушка просто оказалась не в то время не в том месте. Но сейчас на одной чаше весов лежала одна жизнь, а на другой двадцать пять. На жалость времени не было.

Фред сжал кинжал в руке, но снова не успел применить его.

Как можно уничтожать такое прекрасное невинное создание, как можно мешать ему? Зачем я это делаю? — в мозг ворвались чужие мысли. Они подавляли волю. Пытались помешать.

Пальцы мужчины разжались. Нож полетел в траву. Фред не обратил на это внимание. Одной рукой он все еще пытался удержать Элен, а другой коснулся виска.

Убирайся из моей головы. Убирайся, — мысленно кричал мужчина, но не мог произнести ни слова в голос. В мозг хлынул целый поток чужих мыслей и чувств. Фред начал забывать кто он и где, но на затворках сознания все еще теплилась мысль: "не отпускать". И какая разница кого, главное не отпускать.

Тела начали сближаться…

Холод, боль и вкус чьих-то губ. Я открыла глаза. Первое, что я увидела, было лицо Фреда: бледное, осунувшееся, холодное

— Он жив, — мелькнула мысль. На лице начала проявляться улыбка — хотя, синяки под глазами, бледное, как у покойника лицо — в гроб и то краше кладут. Я начала улыбаться еще сильней, а потом пришла другая более здравая мысль:

— А какое мне собственно дело? Ну, жив, и жив, ну, мертв и… Нет, пожалуй, лучше жив.

Я провела рукой по губам:

— А какого…, ладно этот вопрос оставим на потом.

Я огляделась вокруг: "Неужели, снова лес?"

— Что случилось? — я посмотрела на Фреда. К мужчине начали возвращаться силы. Лицо утратило свою бледность, исчезли синяки, бессмысленный блеск в глазах. Фред вновь начал походить на человека, а не на покойника, или призрака.

— Нас это тоже волнует, — донеслось за моей спиной — кто ты такая?

Я обернулась, что бы понять с кем имею дело. Это однозначно был не голос Грэга. Его я бы узнала. На меня смотрело довольно большое количество людей. Я не успела ничего сказать, подавленная их численностью.

— Она с нами, — Фред все же пришел в себя и помог мне.

Спасибо!

— А разве ты шла с нами? Откуда взялась? Знаешь, лес не самое подходящее место для такой, как ты?

Как же я люблю слова: "такая, как ты". От них веет холодом и презрением. И так и хочется заявить: "а какое вам дело?". С другой стороны вопрос: Откуда я здесь взялась? — очень интересен и заботит меня саму. Если бы я только знала ответ на него. Последнее, что я помню — это ужасное волнение, которое не покидало меня ни на минуту, это заход солнца, это…

— Я очень волновалась и поддалась панике, — наконец произнесла я, решив не заострять внимание на некоторых деталях. Ведь в целом все сказанное — правда. А нюансы…, да кого они волнуют? Помимо Фреда, конечно, который вновь буравил меня глазами.

В глазах людей промелькнуло что-то вроде презрения к моему страху и глупости, которую я совершила, придя в лес в одиночку. Как будто я сама этого не знала?!

Но их мнение мне было безразлично. Я была уверена, что избежала гораздо большей опасности. А презрение — подумаешь, напугали. Неприятно, конечно, но не смертельно.

— Я думаю, нам пора возвращаться, — сказал Фред и отошел от меня на несколько шагов.

Со стороны его маневр был мало заметным, но я сразу почувствовала страх. Пока он был небольшим, но грозил в любую минуту разрастись до небывалых размеров. Мне теперь что, не отходить от Фреда ни на шаг?!

— Ради нее? — еще один презрительный кивок в мою сторону.

Я начинала тихо ненавидеть этого человека с длинной бородой и усами. Какое он имеет право на свое высокомерие. Да и вмешательство в чужую жизнь никогда не вело к добру. И, кажется, он мне отвечал взаимностью (я ему не нравилась). Хотя и не понятно почему. Мы видимся первый раз в жизни. Или не в первый? Да нет, глупость.