Звезды без глянца - Клэр Нейлор

Боже, святые небеса! Что же она раньше-то молчала?

— Я всеядная. Буду ждать с нетерпением. В смысле буду рада помочь. До завтра! — Я помахала ей ладошкой и буквально поскакала по коридору, вспоминая, не забыла ли сказать, что очень, очень неравнодушно отношусь к шарикам из креветок в кисло-сладком соусе.

Я свернула налево с Лоурел-Каньон и поохала вдоль узких улиц, раньше служивших убежищем хиппи. Теперь тут стояли дома не меньше чем за полтора миллиона, с тремя ванными. К несчастью, в эти полтора миллиона не входили места для парковки. К тому же гулять тут можно только рядом с домом, если не хочешь угодить под колеса, а из-за того, что улицы слишком узкие и на них может уместиться лишь одна машина, здесь постоянные заторы. Тем не менее место уединенное, с удобными дорогами-каньонами. Некоторые находят их привлекательными.

Я следовала инструкциям Алексы и продолжала восхождение. В Лос-Анджелесе так заведено: чем успешнее ты становишься, тем выше забирается твое жилище. По всей видимости, Ноэл преуспевал, потому что моя «хонда» карабкалась на холм минут десять. Наконец я отыскала номер 106 и припарковалась в конце длинного ряда восхитительных автомобилей, которые привезли своих хозяев на де-придурковатость Ноэла. У меня возникло смутное подозрение, что были среди них и те, кто жаждал покритиковать Ноэла не из добрых побуждений. Если бы его семья вздумала продавать билеты, могло бы прийти куда больше народу. Я предчувствовала, что под предлогом исцеляющего гнева наружу могли вырваться паршивенькие факты, так что почти весь остаток дня маялась — оставить или не оставить Алексе сообщение, что я не приду? Но перед соблазнами мистера Чоу не может устоять ни одна девушка. Я никогда не смогу позволить себе заказать там столик, не говоря уж о том, что поесть там — это мечта, которой не дано осуществиться, так что это был мой единственный шанс узнать вкус еды из прославленного ресторана.

Единственный — если, конечно, я не соглашусь на свидание с Бобом, однако это вряд ли. Боб все еще не мог успокоиться и звонил мне сегодня, спрашивал, не хочу ли я сходить с ним на открытие галереи. Своим предложением он поверг меня в ступор — я и понятия не имела, что в Лос-Анджелесе существуют галереи и что о таком невинном публичном мероприятии, как их открытие, можно говорить так извращенно, как сказал он. Не желая рисковать вторично — откуда я знаю, может, на сей раз он решит снять игровой фильм и установить для этого камеры в ванной, — я вежливо отказалась. Но он перезвонил. Я повесила трубку. Надо мной нависла Виктория, чтобы вот-вот на меня наорать. Но самое страшное было в том, что он решил, будто я его дразню. Забавный человек. Интересно, согласился бы кто-нибудь провести для него коррекцию придурковатости, хотя, по-моему, он уже дошел до последней стадии безумия, так что желающих найдется мало.

Я прошла по гравиевой дорожке, обрамленной живой изгородью из самшита, и стала искать звонок. Но дом Ноэла представлял собой воплощенную мечту минималиста, так что найти его мне не посчастливилось. Архитектор, похоже, взял обычный одноэтажный домик, покрыл его стены серым бетоном, увеличил окна и заменил ничем не примечательную осмоленную кровельную плитку на крыше медными панелями. Каменная лестница из сланца вела к гладкой двери без ручки и довершала общую картину неприветливого дзэнского сада. Так и не обнаружив нигде поблизости ни звонка, ни дверного молотка, я ударила кулаком по белой деревянной глади, вознося молитву Будде о том, чтобы выбраться отсюда оказалось проще, чем добраться сюда, просто на случай, если мне придется уносить ноги.

Я ждала, пока мне откроют. Через несколько секунд из-за двери появилась Алекса и бросилась тискать меня в своих крепких объятиях.

— Элизабет, как я рада, что ты пришла!

В этом доме не было никаких ненужных прибамбасов вроде прихожей, поэтому мы сразу оказались в просторной представительной белой гостиной Ноэла, где двадцать с лишним человек увлеченно поглощали пельмени и верхушки латука.

— Прошу внимания, это Элизабет, — провозгласила Алекса. — Та самая, которая рассказала мне историю с мусором.

Некоторые из жующих с сочувствием посмотрели на меня. Послышались сочувствующие реплики.

— А Ноэл уже пришел? — Неожиданно мне стало страшно. А вдруг он меня возненавидит? К сожалению, он не пил и не принимал наркотики, значит, будет в абсолютно трезвом уме и вечер этот запомнит в деталях и не забудет до конца своих дней. Я решила быстренько перехватить кусочек-другой китайской еды, а потом под шумок, когда он появится, незаметно выскользнуть из дома. Я подошла к столику и принялась наполнять тарелку. Ко мне присоединился какой-то человек в монашеской одежде и стал методично накладывать в свое блюдо исключительно вегетарианские продукты, пока я стояла и разглядывала его облачение, гадая, к какому ордену он может принадлежать. Одежда на нем была лилово-красная и походила на ту, которую носят священники, но у него не было пасторского воротника и скуфейки.

— Как вам фэн-шуй в этом доме? По-моему, очень удачный, — сказал он. Значит, не священник.

— Я в фэн-шуй мало понимаю, но когда я стучала в дверь, внутри у меня поселилось какое-то умиротворение, — сказала я. Не совсем честно, к тому же декор здесь ни при чем. Свое волнение я бы отнесла к тому, что мне предстояло занять место на церемонии разрушения жизни.

— Вы очень проницательны. Меня зовут Ли, я консультант Ноэла по фэн-шуй. Я ходил с ним по всем домам, которые он намеревался купить, и от моего решения зависело, выберет он это место или нет. Здесь потребовалась серьезная перепланировка, прежде чем он даже коробку для обуви перенес через порог.

— Да, много усилий. А что вы сделали с этим домом?

Он засмеялся и закатил глаза в притворном ужасе.

— Вы себе не представляете, Элизабет! Этот дизайнер по интерьерам пытался всучить его нам как есть. Причем по очень приличной цене. Стены были темно-красные, и ни намека на водную стихию!

— А разве красный — это плохо? Я думала, в Китае считается, что он приносит удачу? — робко спросила я, надеясь, что не допустила кощунства.

— Но не в спальне же, дорогая. Это убивает желание. Ты понимаешь? Вынимает стержень из карандаша.

Я поняла, на что он намекал.

— Да, неприятно. А при чем здесь вода?

— Деньги. Струящаяся вода способствует притоку денег. Предыдущий хозяин был банкротом. Прежде чем Ноэл въехал сюда, я добавил фонтан перед парадной дверью и этот шедевр дизайнерского искусства — в его столовую.

Он поманил меня за собой, и я вошла в соседнюю комнату. Ноэл удалил часть крыши и приспособил на ее место кусок зеркального листового стекла. Прямо под ним он устроил кабину со скамьями, как в ресторане, и создавалось впечатление, что она окружена облаками. Одна из стен тоже была убрана и заменена на стеклянную, по которой, как по водопаду, стекала вода. И, наслаждаясь пиццей, можно было спиной опираться на стену — хотя такая святотатственная еда, как пицца, вряд ли когда-либо могла появиться в этом священном храме. Я уселась за стол, устремила взгляд в небеса — вид был немного затуманенный, но какая разница? — и прислушалась к журчанию воды. Было такое чувство, будто я сижу в аквариуме. Поистине гениально. Хотя Ноэл — говнюк, вкус у него неплохой. На какое-то мгновение мне даже захотелось поменяться с ним местами.

— Ты творишь невероятные вещи, просто потрясающие, — сказала я. — Я на мели, но однажды ситуация изменится, и мне бы хотелось иметь твою визитку, чтобы разыскать тебя.

Ли самодовольно осклабился, без единого намека на насмешку. Он знал, как быстро люди достигали успеха в этом бизнесе, и не собирался смотреть в зубы кляче, тем более что она вполне могла обернуться и дареным конем.

— Звони мне в любое время, сладкие щечки. Может, я выкрою минутку и проведу консультацию у тебя в доме. — Он рассмеялся. По доброте душевной.

Я простодушно ответила улыбкой:

— Да, забавно. Спасибо, Ли. — Я хотела было отвесить ему поклон или сделать что-то в этом роде, но тут вмешалась маленькая брюнетка, жена Ноэла, Сэнди, которая заметалась по комнате, как оса в банке, стараясь всех усадить:

— Скорее, все садитесь в круг — Ноэл пришел!

Все бросились к стульям, а я решила устроиться на подлокотнике софы, подальше от зловещего кожаного стула, который они выбрали для подсудимого Ноэла. Я не хотела оказаться на линии огня, если ему вздумается на кого-нибудь обратить свой гнев.

Мы сидели в напряженной тишине, прислушиваясь к щелчку ключа в замке. Вот Сэнди подошла к двери. Вот они поздоровались. О Боже, как похоже на сцену у дантиста в «Марафонце» — становится больнее только оттого, что знаешь: вот сейчас, сейчас!..

— Привет, крошка. До чертей измотался! Я думал, у тебя сегодня кружок вязания. Какой-то хрен меня подрезал, но я… — Ноэл, войдя, бросил свой кожаный дипломат от Гуччи на кушетку а-ля морг. Жену он даже не поцеловал, приготовившись проследовать мимо нее дальше. Наверное, обычно он спрашивал, что на обед, но сегодня он не успел этого сделать. Увидев устремленные на него со всех сторон взоры, он остановился как вкопанный посреди гостиной. — У тебя вечеринка? — Он выглядел озадаченным и растерянным.