Продолжение записок сумасшедшего анимешника, который переехал в Японию, стал мастером боевых искусств и решил превратить реальную жизнь в аниме (СИ) - "Swfan"

Разумеется, всё это было совершенно неважно, ведь он больше не собирался представать в этом образе и вообще на публике… Но всё равно сам он голосовал за Чёрного гонщика.

Были и более детальные обсуждения: в твиттере, на 2сhannel и других социальных площадках. Люди гадали, кто такой на самом деле был таинственный капитан? Правда ли он был капитаном? Действительно ли он был японцем? И самое главное: были или нет у него сверхчеловеческие силы?

Вспоминали удивительный забег, который он устроил. Обитатели интернета с лупой анализировали кадры последнего. Нашёлся математик, который составил геометрическое уравнение, длинной на целую страницу, в котором доказывал, что обыкновенный человек не в состоянии бежать с такой скоростью; затем другой геометрик заметил явную ошибку в его уравнениях. Споры были оживлёнными, но преобладающая позиция…

На самом деле не имела особого значения.

Нужно нечто большее, нежели вещественные доказательства, чтобы заставить человека поверить в сверхъявственное.

Для этого нужен удар под дых.

Коу знал это на собственном опыте.

Иной раз он читал все эти дебаты с таким увлечением, что невольно забывал, что речь в них шла, собственно, про него; в такие моменты он становился уверен, что ничего подобного невозможно, вещей за гранью нормального не бывает, и всё это обыкновенный трюк.

А может быть и постановка.

Собственно, да, существовала фракция людей, которые говорили, что происшествие было подстроено, террорист и герой действовали вместе, и вообще весь теракт представлял собой грандиозное театральное представление.

Фракция эта была неполярной.

Разумеется, их версия была наиболее бредовой.

Затем, а главное как могли устроить такую мистификацию?

Сам Коу только горько улыбнулся, читая всевозможные теории приверженцев данной версии о том, как могли провернуть такое представление: канаты, адреналин и так далее, и тому подобное.

Ему бы хотелось, чтобы всё это действительно было большой шуткой, но это было не так. Судьба всего мира действительно висела на волоске, и блаженны были те, кто этого не знал…

Наконец Коу отложил телефон и посмотрел в окно.

С высокого пасмурного неба медленно падали снежинки…

Когда он добрался до храма, крышу последнего покрывал тонкий слой чистого снега. Царила совершенная, почти необычайная тишина. Он едва не вздрогнул, когда под ногами у него заскрипели ступеньки.

В самом помещение оказалось на удивление тепло — работал генератор. Дыры в потолке и в стенах были заделаны, и всё равно через них проникал ясный белый свет. Сенсей сидел возле стены, поглаживая одним пальцем черепашку, а другой рукой листая записную книжку.

Иной раз Коу размышлял, что именно было в ней записано. Рабочие дела? Нечто связанное с обязанностями Стражей? Или просто —мысли? Сенсей был совершенно не похож на человека, который стал вести дневник; в то же время после встречи в кафе, где мужчина предстал перед ним в совершенно новом образе, Коу понял, что совершенно ничего про него не знает.

— Сегодня раньше обычно, — заметил Сенсея, закрывая книжку — хлоп, — приподнимаясь.

— Да, я знаю… — пробормотал Коу.

— Не терпится вернуться к тренировкам? Идём. Сегодня у нас в программе ледяные ванны.

Коу кивнул. Потом замялся на некоторое время и, когда мужчина был уже одной ногой на веранде, сказал:

— Сенсей…

— Хм?

— Я бы… хотел поговорить.

Сенсей остановился.

— О том, что вы говорили… Про обязанности Стража, — с этими словами Коу приподнял голову и посмотрел на мужчину.

Последний пристально разглядывал его некоторое время, — Коу старался не дрогнуть под напором его чёрных глаз, — и наконец кивнул:

— Слушаю.

— Я… — Коу набрал побольше воздуха в лёгкие и произнёс: — Я согласен. Я хочу быть Стражем.

Пауза. Молчание. Белая пачка.

Мужчина щёлкнул зажигалкой, зажёг сигарету, — всё это он делал предельно неторопливо и, по правде сказать, Коу был не совсем уверен, испытывал он в это время облегчение или тревогу, — и наконец спросил:

— Почему?

— Я понял это тогда, в башне…

С этими словами перед Коу за секунду пролетела вереница образов: мужчина в маске, монстры, кровавая бездна на месте лица, гнилостный запах… и вместе с тем сила держаться, заложники, мальчик… «Дядя — вы пришли спасти нас?..»

— Это… Правильно, — наконец проговорил Коу.

— Правильно… — прошептал Сенсей. — Тоже верно. Хороший ответ. Так и быть, ты принят.

— Так просто? — удивился Коу.

— Нет.

— Эм?..

— Садись, — сказал мужчина, возвращаясь на место возле стены.

Коу присел на грубые деревянные доски в позе самурая — случайно получилось — и приготовился слушать.

— Стать настоящим, именно настоящим Стражем непросто, — заговорил Сенсей. — Для этого нужно пройти экзамен.

Глава 48

Экзамен!

— Экзамен?

— Верно. А ещё получить одобрение Совета. Собственно, процедура следующая…

Сперва тебе нужна рекомендация настоящего Стража, который согласится стать твоим наставником. После этого на некоторое время ты становишься «подмастерья». Оруженосцем. Формально, ты ещё не являешься Стражем, но всё равно считаешься частью нашего ордена.

Этот «подготовительный» этап продолжается, пока твой наставник не решит, что ты готов пройти экзамен. Некоторые готовы сразу. Другим требуются годы или десятки лет.

— Десятки лет? — растерянно проговорил Коу.

— Именно. Проблемы?

Он помотал головой.

— Здесь всё упирается в экзамен. Вообще проходить его разрешается раз в год. Провалишься, — мужчина пожал плечами. — Не повезло.

Коу растерянно кивнул.

Он понимал, что стать Стражем будет непросто, и в то же время не ожидал, что процесс может растянуться на десятки лет.

— Обычно наставник сам определяет, готов или нет его подмастерья пройти экзамен.

— А я готов? — немедленно спросил Коу.

— Хм… — мужчина задумался и медленно заговорил: — В данный момент вероятность у тебя примерно… три процента.

— Что я его пройду?

— Что ты останешься жив.

Коу сглотнул.

— Впрочем, если тебя это интересует, парень, становиться полноценным Стражем вовсе не обязательно, чтобы приносить пользу. Подмастерья тоже бывает полезны. Согласен?

—…Да, — серьёзно кивнул Коу.

— Ну ладно. Тогда пошли, — приподнимаясь сказал мужчина.

— Куда? — следуя примеру спросил Коу.

— Тренироваться.

— Эм… а не нужно…

— Чего? Церемоний? Нет. Церемонии положены только полноценным Стражам. С подмастерьями немного проще. Разве что придётся назначить тебе полноценное жалование…

Мужчина цокнул языком и вышел за дверь.

Коу остался стоять на месте.

Лишь несколько секунд спустя он пришёл в себя и пробормотал:

— Жалование?..

…

…

…

Реализм.

А вернее сказать правдоподобность.

Чрезвычайно важные штуки, если хочешь, чтобы в твою историю поверили… или по крайней мере не задавали глупые вопросы, которые на самом деле не имеют ни малейшего значения:

А сколько героям платят за их геройства? На что они вообще живут? Как решают свои финансовые вопросы?

Некоторым людям действительно такое интересные; другие просто любят докапываться до таких вещей, чтобы действовать автору, который прекрасной понимает, что всё это имеет даже меньшее значение, чем процесс борьбы героя с геморроем, на нервы.

С большим удовольствием я бы не стал даже думать о таких вещах… Если бы писал историю. Я, однако, пытаюсь воплотить её в реальности; нет, я пытаясь перевоплотить реальность в историю, а это заставляет идти на некоторые уступки в угоду т. н. реализму.

Самые прекрасные стихи пишутся с линеечкой; самая пламенная музыка всё равно требует ноткой карты. История — проекция. Чтобы она заработала, следует настроить проектор. Быть может, именно эта чисто механическая работа по перестройке реальности — а не её отрицанию — и приближает меня к моему идеалу в его телесном воплощении; в противном случае он бы и дальше оставался замком в облаках за решётчатым окном камеры с мягкими белыми стенами…