Пусть не кончается любовь - Джина Джексон

Кэтлин пережила несколько секунд паники: она падала вниз… но затем ее ноги уперлись в камни. Замеченные ранее уступы не выдавались слишком сильно, поэтому, как понимала Кэтлин, ей следовало быть очень осторожной.

Лучше всего будет снова лечь на живот и лишь затем дотянуться до часов.

Ей потребовалась целая минута, чтобы принять нужное положение. Уже быстро темнело. В голове мелькнули слова Дэйна, что темнота в горах наступает мгновенно. Действительно, краткие сумерки уже переходили в ночь. Как только солнце зашло за горы, наступил мрак. Кэтлин протянула дрожащую руку, и пальцы ее сомкнулись на часах. Достала!

По-прежнему дрожащими пальцами она сунула драгоценность Джоан в карман рубашки с эмблемой ранчо и потратила еще мгновение на то, чтобы плотно застегнуть его на пуговицу. Затем она поднялась на ноги и внимательно осмотрела куст, за который держалась, спускаясь. Теперь ей нужно было крепко за него ухватиться и подняться наверх. В безопасность.

Потянувшись к нему, Кэтлин ощутила тревогу. Куст оказался вне пределов досягаемости. Чтобы дотянуться до него, ей придется подпрыгнуть. Другого выхода не было. Но сможет ли она это проделать? Разумеется, сможет. Если она не хочет провести на обрыве всю ночь, у нее нет выбора.

Она приказала ослабевшим ногам перестать дрожать – ведь если дрожь не прекратится, она потеряет равновесие, – и подпрыгнула. Держась за куст, она стала карабкаться по отвесной круче. Кэтлин почти добралась до цели, когда вдруг раздался жуткий звук, от которого ее охватил безотчетный неодолимый ужас. Это был визг, громкий, какой-то потусторонний, леденящий кровь… И прозвучал он совсем рядом.

И она стала падать назад, в пространство, размахивая руками, пытаясь схватиться за куст… но его вывернуло с корнями, и удержать он ее не мог. Жуткий визг прозвучал снова, когда Кэтлин тяжело ударилась о камни. Нога ее подвернулась, слепящая вспышка боли лишила возможности соображать… А потом внезапная тьма накрыла ее, милосердно унося страх и сознание.

Звезды уже ярко сияли в темном небе, когда Дэйн подъехал к коралю. Он передал Воина Джесси, приказав хорошенько обтереть его и поставить в конюшню, и бегом направился к главному зданию ранчо. Завтрашнюю экскурсию придется отменить. Не было никакого смысла рисковать. Им не удалось увидеть дикую кошку даже издали, хотя ее жуткие крики доносились отчетливо. В надежде, что она покажется после захода солнца, Джейк, Слим и Тревор остались в горах. Все они были хорошими стрелками и наверняка прикончат ее, если только заметят. Остальные парни помогли им поставить палатку и разгрузить резервные ружья и амуницию. Они расчистили полянку и собрали достаточно хвороста, чтобы хватило на всю ночь, и перед отъездом разожгли костер. С рассветом Дэйн собирался ехать туда на джипе, чтобы отвезти еду и другие припасы. Лагерь решили разбить около Стоуни-Пойнт и держаться близ него, пока не застрелят кугуара. Никто не хотел рисковать безопасностью гостей ранчо.

Крики кугуара пугали лошадей, поэтому их было решено отвести назад. Даже Воин прижимал уши и в испуге закатывал глаза. Джип подъехал к дому как раз тогда, когда Дэйн подходил к нему. Всадники с запасными лошадьми следовали за ним.

– Вам лучше сразу поесть и пораньше лечь спать, – посоветовал Дэйн собравшимся вокруг него работникам. – Утром я возьму с собой Ллойда и Дикса. Мы выезжаем на рассвете.

– Неужто поедем верхом? – спросил Дикс. Он проработал у Беллы больше шести лет и был опытным работником ранчо.

– Нет. Лошади слишком боятся диких кошек. Мы возьмем джип.

После того как планы были обговорены, Дэйн предупредил ребят, чтобы они не проболтались гостям, и направился в главный дом ранчо. Ему нужно было найти Кэтлин. Пока они не избавятся от кугуара, ей с Джибби придется придумать какое-нибудь занятие для гостей рядом с домом.

Дэйн вздохнул с облегчением, сворачивая за угол к огороженной территории, отведенной для барбекю. Джибби стоял за буфетной стойкой кухонного фургона, а гости, смеясь и переговариваясь, толпились у специально для них поставленных длинных столов. Он подождал, пока последний гость наполнит свою тарелку, и подошел к Джибби.

– Повезло?

– Нет. – Дэйн покачал головой, что заметно встревожило Джибби. – Я оставил там на ночь Джейка, Слима и Тревора. Они будут дежурить посменно. Утром я беру с собой Дикса и Ллойда, и мы едем на джипе их сменить.

– Поганая ситуация?

– Угу. Пока существует опасность, будем держать гостей здесь, рядом с домом. Сможете вы с Кэтлин чем-нибудь их занять?

– Конечно. Нет проблем, – кивнул Джибби. – Она, должно быть, поехала за чем-нибудь в город. Когда я привел сюда фургон, то обратил внимание, что нет ее «эксплорера».

– Хорошо. – Дэйн вздохнул и направился в главный дом. Он просил Кэтлин, чтобы она оставляла ему записку, когда покидает ранчо. В обычное время его бы не встревожило, что она отлучилась, но сейчас время было выбрано ею неудачно. Конечно, она этого не знала.

К двери кабинета была прикреплена записка, и Дэйн удовлетворенно кивнул. Молодец! Она четко следовала его инструкциям. Он сорвал записку, прочитал и остолбенел. Кэтлин в одиночку отправилась на Стоуни-Пойнт! В записке говорилась, что она все объяснит по возвращении. Это очень важно, и пусть Дэйн не волнуется. Она будет дома до темноты.

Но было уже темно, а Кэтлин еще не вернулась! И Стоуни-Пойнт находился всего в полутора милях от места, где был замечен кугуар. Не тратя времени на рассуждения о том, что могло помешать Кэтлин вернуться, Дэйн бросил записку и сломя голову помчался к кухонному фургону.

Как же холодно! Она промерзла до костей, но щиколотка горела огнем. Как же может быть так холодно, если она дома в мягкой постели тети Беллы, под теплым уютным покрывалом. Надо снова покрепче заснуть. Тогда она согреется, и ей не придется думать о том, как ей страшно и как ей хочется, чтобы пришел Дэйн, и обнял ее, и спас от… От чего? Спас ее от чего?!

Кэтлин моргнула, открыла глаза… Мгновенно вернувшаяся память принесла страх и отчаяние.

Кто-то смотрел на нее с вершины утеса. В лунном свете Кэтлин разглядела контуры гибкого тела. Кугуар! Большой кугуар! И он смотрел на нее…

У Кэтлин перехватило дыхание. Она не заплакала только потому, что от ужаса спазм сжал ей горло. Знает ли дикая кошка, что она, Кэтлин, здесь, внизу? Если Кэтлин может видеть ее, то и та может видеть Кэтлин. И вообще здесь дело не в зрении. Кошка может ее почуять!

Но кугуар просто наблюдал за ней. Уставился прямо на нее! Наверное, раздумывает, прыгать на нее или не прыгать. Сможет он сюда спрыгнуть? Кэтлин содрогнулась. Может быть, ей притвориться мертвой? Говорят, это помогает, но она не была уверена, что сумеет проделать это достаточно убедительно, чтобы обмануть кугуара.