Отвхранительная работа - Рэм Астра

— Кирилл!

— Егор!

— Заткнитесь оба! — не выдержала Мирра — Хватит распоряжаться мною! Я вам не кукла! У меня есть свои мозги! Не решайте за меня, что мне делать!

— Прости — понурились мы, убирая руки, от шей друг друга.

— Садитесь и слушайте, что вам скажет существо с мозгами, а не с одними кулаками вместо оных.

Мы послушно сели по углам небольшого диванчика и принялись слушать.

— Значит так. Вы говорите, что яйцо можно получить только добровольно, да?

Мы с Кириллом синхронно кивнули.

— Тогда, раз он так сильно хочет меня, мы сделаем так. Вы отдадите ему меня, а он вам яйцо.

— Но — попытался возразить я.

— Мочи Егор, я ещё не закончила — она поднялась с кровати и начала мерить комнату шагами, сложа руки за спиной — Вы с яйцом покидаете негостеприимные стены, а Егор прыгнет и забирает меня от этой жабы, все счастливы и довольны, мысль понятна? — остановилась она и упёрлась в нас пристальным взглядом.

— И почему я до этого не додумался — постучал Кирилл себя по лбу.

— Потому что мужчины часто думают не тем местом — фыркнула вампирша — Вот теперь Егор, можешь возражать.

— Аааа — открыл я рот, но сказать так ничего и не смог.

— Понятно — поставила она на место мою нижнюю челюсть и села между нами — Вижу, возражений не имеется, тогда давайте обговорим некоторые детали.

— Смотрю, вы приняли решение — встретил нас довольным оскалом Свинс, сидя на своём огромном кресле уже в тронном зале дворца.

— Вы правы, Ваше Величество. Приняли — легко поклонился ему Кирилл — Мы согласны.

— Но удовольствия от такого решения не имеем — пробубнил я себе под нос. Пусть я и согласился на этот вариант, но кто сказал, что мне он нравится?! Мне он чертовски не нравиться! Вот только кто я такой, чтоб за неё что-то решать, даже не муж.

— Ты что-то сказал, граф? — нахмурился король.

— Вам показалось — сложил я руки на груди.

— Ваше Величество, ваша плата — Кирилл поднёс к нему маленькую квадратную коробку, размером с пакет молока.

Король предвкушающи глянул на Мирру, облизнулся, вытер об себя жирные руки, которыми до этого жадно поглощал куски мяса, схватил коробку, запихал ей под трон — А она?

— Её получите, когда мы получим яйцо — встал я перед Миррой, показательно сжимая рукоять меча (знаю, что китайскими пачками владею лучше, чем им, но Свинс то об этом не знает).

— Нее, мы так не договаривались — замахал он пальцем, разбрызгивая капли жира по сторонам — Вы мне её сейчас даёте и только тогда получаете яйцо.

Я заскрипел зубами и собрался вытянуть меч (зачем только? Пристрелить его наглою рожу и делов). Мирра нежно взяла меня за руку — Не надо, мы всё уже обговорили, не будем ничего менять из-за маленькой неожиданности — прошептала она мне на ухо.

— Будь осторожна — в ответ зашептал я — Будет распускать руки, оторви их ему — сжал её руку.

Она широко мне улыбнулась и пошла к Свинсу — Теперь ваша очередь Ваше Величество.

— Конечно, моя дорогая — вскочил он, нагло обнял за талию и похлопал по заду. Я еле сдержался, чтобы прям щас не оторвать ему руки.

— Прошу следовать за мной — важно зашагал король из зала.

Свинс устроил нам подробную экскурсию по его нечистотам. И чем глубже мы в них забирались, тем ароматней и разнообразней они становились. Кирилл шёл за мной и старательно одёргивал за камзол, каждый раз, когда эта свинья начинала распускать руки, мягко говоря.

— Егор, да что с тобой? — в очередной раз одёрнул меня Кирилл.

— Ничего — огрызнулся я — Всё просто великолепно.

— Уверен? — поравнялся он со мной — А то такое чувство, что ты того и гляди вгрызешься ему в горло не хуже Мирры. Уж не ревнуешь ли ты?

— НЕТ! — проговорил я сквозь зубы — Она Рэя любит.

— Она рассказала? — удивленно вздёрнул он брови.

— Мы с ней ночью поговорили по душам и всё обсудили. И вообще Кирилл, не лезь не в соё дело.

— Как хочешь — отстал он от меня, снова пойдя сзади — Тогда не веди себя как ревнивый муж, заставший в своей пастели другого мужчину.

Захотелось развернуться и познакомить его с моим кулаком, но против правды не попрёшь, а он абсолютно прав, так что пришлось сжать те самые кулаки до их побеления и идти дальше, стараясь не смотреть на Мирру в объятьях Свинса.

Вот заберу этот омлет и выскажу ему всё, что я о нем думаю. И повезёт ему, если мой рассказ ограничится лишь парой оторванных конечностей и небольшой грудой развалин. А если не повезёт… но лучше ему об этом пока не знать, а мне кончать над этим думать.

— Ваше Величество, нам ещё долго? — ну не могу я больше на это безобразие не обращать внимание.

— А вы куда-то спешите? — высокомерно оглянулся он.

— Нет — натяжно улыбнулся я.

— Но очень бы хотелось — тихо добавил Кирилл.

— Тогда зачем спрашивать? — он крепче стиснул Мирру, которая была в неописуемом восторге от такой компании, а в глазах у неё отражалось всё, что она с ним сделает, когда этот кошмар закончится (с наслаждением окажу ей пассивную, а особенно активную помощь в таком чудесном деле).

Свет в коридоре постепенно мерк, а количество факелов освещающих это безоконное пространство не увеличивалось, и мы брели в полумраке, постепенно превращающейся в беспроглядную тьму. Я автоматически перешёл на ночное зрение (кстати, мне так никто и не объяснил, почему я могу видеть в темноте, хотя на этот счёт у меня имеется одна теория, но о ней потом).

— Пришли господа — застучал король в железную дверь — Добро пожаловать в моё хранилище — громким, горделивым голосом продекламировал он.

Дверь со скрипом начала медленно открываться, в глаза ударил яркий свет, а в нос затхлый воздух. В проемё вырос двухметровый детина с дубиной в руках. Здоровяк поприветствовал короля широкой улыбкой, большая часть которой посвящалась обнимаемой им Мирре.

— Ваше Величество — бодро затарахтел он — За время вашего отсутствия происшествий не было!

— Да, да — отмахнулся от охранника Свинс.

Тот быстро отступил с прохода, пропуская любимого монарха и провожая нас подозрительным взглядом, закрыл дверь и пошёл следом.

Хранилище Свинса соответствовало общей обстановке замка, не считая отсутствия куч мусора, золота, серебра, драгоценностей и чего угодно ценного. Какие-то старые облезлые шкафы, сундуки, ржавые доспехи и оружие, четыре заспанных элемента бандитской наружности, плюс один за моей спиной и посреди этой красоты возвышался невысокий помост с яйцом на нём.

Бордово — зелёный комок размерами с взрослого щенка немецкой овчарки, непонятной формы вызвал у меня ещё большее отвращение к нему. И зачем оно Филиппу? Или у него такое извращенное чувство прекрасного?