Как пережить измену - Джеймс Воган

Расторжение брака лишь усилило бы сознание того, что все действительно происходило и повлияло на всю мою жизнь. Я бы перестала быть замужней женщиной и вследствие этого вела бы совсем иную жизнь, но мне все равно пришлось бы сталкиваться с Джеймсом (и нашим прошлым) из-за детей. Меня терзали противоречивые чувства - я страдала из-за воспоминаний и хотела убежать от них, но не желала сдаваться после всей проделанной мною работы. Стоявшая передо мной дилемма казалась неразрешимой. Я точно попала в ловушку.

В конце концов меня охватило такое отчаяние, что я подумала, не следует ли мне убежать из дома и сменить фамилию - то есть буквально начать новую жизнь. Это казалось единственным способом бегства от мучительных напоминаний, неизбежных, пока мы с Джеймсом остаемся вместе. Думаю, единственная причина, по которой я дошла до такого состояния, заключалась в том, что я ничего не предпринимала в отношении моих чувств. Я говорила о них, но это совсем не то, что выражать их действиями - например, кричать, швыряться вещами, пытаться причинить Джеймсу боль. Я не хотела делать все это, но испытывала потребность сделать что-то.

Ближе всего я подошла к совершению какого-то шага летом 1975 года. Мы получили гонорар за совместную консультационную работу. Джеймс находился в отъезде. У нас была вторая машина - старая, в неважном состоянии. Я подумала, что вправе взять этот автомобиль и гонорар и начать новую жизнь.

Меня остановили некоторые моменты. Во-первых, я боялась потерять контакт с детьми. Во-вторых, верила, что все в конце концов наладится. Главным основанием для надежды были неизменное понимание и поддержка со стороны Джеймса во время моей внутренней борьбы. Он не говорил мне: "Возьми себя в руки, сколько можно переживать?" Или: "Сколько ещё раз мы должны возвращаться к этому?" Или: "Я больше не в силах об этом говорить; я уже сказал тебе все, что мог". Он ни разу не произнес нечто подобное. Если бы он сделал это, думаю, мы бы не одержали победу. Он продолжал любить меня, беседовать со мной и оказывать мне поддержку. Он видел, какие отчаянные усилия я прикладываю, как успешно принимаю все разумом и как трудно мне справиться с эмоциями.

Мы проводили много часов в беседах о наших чувствах, пытаясь справиться со всей ситуацией. Постепенно нам становилось легче справляться также и с эмоциями. Не знаю, добьемся ли мы когда-нибудь полного успеха в этом. Но я верю, что процесс работы над этой книгой значительно способствует отдалению от тягостного опыта и повышению контроля над нашими чувствами.

Некоторые люди спрашивают, почему я пыталась все наладить. Они считали, что мне следовало уйти. Я очень ясно понимаю, почему осталась с мужем. Когда Джеймс рассказал мне о своих романах и осознал боль, которую они причиняли мне, он стал буквально другим человеком. Таким мужчиной, о каком я могла только мечтать. Честным и искренним, беззаветно любящим, готовым сделать все от него зависящее, чтобы поддержать мои жизненные устремления. Он хотел, чтобы я была счастлива, какую бы жизнь я для себя ни выбрала.

Я понимала, что, возможно, никогда не найду человека, который будет так любить меня. Я бы совершила глупость, уйдя от Джеймса после того, как он качественно изменил свой способ общения со мной. Мне бы хотелось, чтобы он всегда был таким - тогда мне не пришлось бы совмещать в моем сознании два разных образа. Но подобное мышление столь же нереалистично, как мечты о вечной идиллии. Ни один человек не получает от жизни все, чего он хочет. Жизнь с Джеймсом дает мне больше, чем могла бы дать любая другая.

Вероятно, я буду всегда желать, чтобы всего этого никогда не произошло с нами. Ницше сказал: "То, что меня не убивает, делает меня сильнее". Первые три года я думала, что это может убить меня, но этого не случилось. Сегодня благодаря пережитому я - более сильная личность, и наши отношения также стали более крепкими. Это вовсе не значит, что я бы не предпочла обойтись без такого опыта. Я вспоминаю один плакат, который когда-то видела: "Если жизнь предлагает тебе лимон, сделай лимонад". Мой опыт был горьким лимоном, но я создала из него нечто весьма позитивное. Ничто не воодушевляет меня так, как обретенная нами честность.

Меня не раз спрашивали: "Как вы можете снова доверять ему?" Теперь я доверяю его честности - верю, что он никогда не обманет меня. Если бы Джеймс дал мне совершенно конкретное обещание относительно того, что он будет или не будет делать, я бы не смогла верить ему. Никто не знает абсолютно точно, что он сделает или не сделает. Но Джеймс обещал мне быть честным.

Главное основание для веры в эту честность - это то, что он не просто обещает. Он хранит верность своему слову. Без колебаний отвечает на любые мои вопросы... о чем угодно. Не пытается избегать тем, которые могут расстроить меня. Готов к откровенному обсуждению любой темы. Джеймс заработал мою веру в его честность и помог мне справиться с болью теми долгими часами, которые потратил, отвечая на мои вопросы.

Джеймс:

В августе 1973 года, во время перелета из Питтсбурга в Хилтон-Хэд, я записал мои мысли относительно доверия. Они родились благодаря раздумьям о возникновении доверия вообще и о моих отношениях с Пегги в частности. Эти представления кристаллизовались и влияли на мои поступки в течение четырех или пяти лет, не становясь при этом настолько сильным, чтобы полностью изменить мою приверженность двойной морали. Прошло ещё шесть месяцев, прежде чем я со всей ясностью увидел расхождение между моими убеждениями и поступками. С той январской ночи 1974 года, когда я признался во всем Пегги, я стал жить согласно изложенным ниже принципам. То же самое можно сказать и о Пегги... Это изменило многое. Наше взаимное доверие - опора и пристанище, позволяющие устоять на ногах в нестабильном мире.

Пожалуйста, верь мне

Пожалуйста, верь мне, чтобы я мог любить тебя более свободно.

Твое доверие - необходимое условие моего развития; без него я не могу быть самим собой.

Твое доверие дает мне свободу... силу... помогает открывать тебе мою душу... делает меня более богатым... уверенным в себе... помогает принимать себя.

Я хочу верить тебе. Я буду верить тебе, если ты любишь меня.

Я нуждаюсь в ясном выражении твоей любви ко мне.

Я поверю тебе, если ты захочешь поделиться со мной чем-то... Я хочу знать, кто ты, что ты чувствуешь, чего хочешь, что думаешь... о жизни, любви, обо мне.

Я поверю тебе, если ты наберешься смелости и захочешь открыться мне... Мы будем меняться и расти вместе, не испытывая страха.

Я хочу, чтобы ты участвовала в процессе моего развития. Я буду стараться принимать тебя такой, какая ты есть, и помогать тебе стать такой, какой ты хочешь быть. Пожалуйста, разреши мне это.

Я никогда не буду причинять тебе боль ради самой боли, но готов говорить болезненную правду, стараясь способствовать твоему росту.

Я буду сообщать тебе о моем доверии... глазами, прикосновениями, выражением лица... словами.

Мое доверие к тебе будет расти и становиться сильнее, меняясь качественно.

Оно должно обновляться, отражая происходящие с каждым из нас изменения.

Если я потеряю твое доверие, ответственность за это ляжет тяжким бременем на мои плечи.

И все же я останусь более богатым духовно вследствие того, что пользовался им. Я не совершу преднамеренно ничего такого, что способно лишить меня твоего доверия.

Если я буду испытывать к тебе глубокое доверие, моя любовь к тебе будет более глубокой.

Доверие - хрупкая вещь.

Возможно, когда-нибудь я сделаю или скажу нечто такое, что заставит тебя усомниться в моем доверии.

Пожалуйста, поделись со мной этими сомнениями и выясни мои мотивы. Я не хочу терять твое доверие.

Доверие, которое мы можем создать, не имеет пределов. Каждый раз, когда ты демонстрируешь твое доверие ко мне, моя любовь к тебе становится более глубокой, а я становлюсь сильнее.

Доверие к тебе позволяет мне больше доверять себе и другим.

Когда я доверяю моим чувствам и внутренним импульсам и действую в соответствии с ними, это обычно приносит успех. Делать это порой нелегко. Твое доверие помогает мне поступать так.

Сейчас я нуждаюсь в твоем доверии. Вечно бегущее время никогда не позволит нам знать друг друга полностью.

Но время не в силах встать на нашем пути. Мне довелось обрести глубокое доверие после четырехчасовой откровенной беседы. Мне также доводилось ощущать отсутствие доверия после четырехчасовой совместной работы.

Мне нет нужды знать все о том, какой ты была или какой можешь стать. Позволь мне узнать тебя сейчас, и я буду верить тебе сегодня.

Я знаю, что нам необходимо уделять какое-то время друг другу; и все же наша способность верить друг другу, похоже, почти не зависит от этого времени.

Доверие порождает душевный комфорт, недоверие - душевную муку.

Когда я испытываю глубокое взаимное доверие к тебе, мне кажется... будто время останавливает свой бег... мы прикасаемся к чему-то исключительно ценному... реализуем все лучшее, что есть в наших душах... ощущаем наше единение со всем миром.