Моя чужая. (Не)вернуть любовь (СИ) - Орфей Диана

— Вот козел. Прости.

— Ничего. Знаешь, я ведь сама дура. Влюбилась по уши…

О, как знакомо!

— …Тамир был таким… моим, понимаешь? Любовь с первого взгляда. Вообще не понимала, что делаю. Да и его семья никогда бы не приняла, кхм, православную.

— Так он…

— Мусульманин, да. У него монгольские корни. И хоть мать была русской, но такой, — прищелкнула пальцами. — Очень обработанной. Фанатично прямо. Она меня невзлюбила больше всех. Говорила, что я для Тамир всего лишь игрушка. А женится он на правильной девушке, а не на шлю… — запинается, — ну, ты поняла, в общем. Так и произошло.

— Боже, — выдыхаю, качая головой. — Мне очень жаль.

— Не стоит. У меня самая прекрасная девочка на свете.

Да, я видела фото дочери Ульяны. И еще тогда подумала, насколько у нее специфическая внешность. Очень красивая смесь получилась. Слегка раскосые глаза, фарфоровая кожа и копна темных волос.

Ульяна обмолвилась, что Дашеньке предлагали съемке для модного журнала. Но пришлось отказаться — Тамир мог увидеть знакомую фамилию, догадаться и отобрать ребенка. Или бывший вдруг дал бы о себе знать.

Обоих этих мужчин Ульяна видеть категорически не хотела.

— Я надеюсь, жена ему будет под стать, — шиплю рассерженно. — Ульяна, понимаю, что еще рановато, но, может, заглянем в детский отдел?

Ужасно хочется хотя бы подержать крохотные распашонки. Покупать не буду — бессовестно трушу и боюсь сглазить. Лучше уже после родов.

— Давай, — расцветает Ульяна.

И мы обе направляемся к магазинчику. Но уже около самых дверей я резко сдаю назад.

— Лучше потом, — бормочу тихо и, развернувшись, иду прочь.

За стеклянной дверью стоит очень знакомая девушка — сама Юлия Оболенская. И в ее руках крохотные детские вещички.

Глава 27

Демьян

Понедельник — день тяжелый, но у меня отличное настроение. Юлия уехала в Москву, с врачом встречается. Есть у нее прикормленный спец, который должен выставить ложную дату зачатия. Уже почти бывшая жена опасается, что биологический отец ребенка начнет что-то подозревать. Заодно мы договорились, что Юлия начнет обрабатывать Оболенского насчет «расстаться по-хорошему» и «любовь прошла».

Не сказал бы, что доверяю ей полностью, но Юлия выглядит заинтересованной стороной. И действительно боится Тимура. А еще ненавидит.

Мне это только на руку.

Как и новости о Валентине, которая оказалась той еще крысой.

И почему я не удивлен, что Девка оказалась в койке Агатова? У нее же на лбу написано, что она ищет папика. Вот только Владиславу Марковичу плевать на эту дуру — у мужика еще несколько пассий, которых он навещает время от времени.

Законом не запрещено, конечно, а вот репутация может пострадать — главное, преподнести в нужном свете.

Из машины буквально выпрыгиваю и сразу же к Аленке. Но едва делаю шаг в кабинет — натыкаюсь на прохладный взгляд, приправленный едва различимым кивком.

— Полагаю, ты насчет Валентины, — выдает сухо.

Хорошее настроение исчезает как по щелчку. Да что случилось? Еще в субботу нормально ведь общались.

— Не только, — начинаю осторожно.

Наверное, мне не нужно лезть, ведь… А, да какого черта?

— … Что-то произошло? — спрашиваю, даже не пытаясь играть в джентльмена.

Аленка слегка вздергивает брови. На носике опять очки, и смотрит так… как в первую нашу встречу в ресторане.

— Ничего не случилось.

Ага, как же. Внутри потихоньку закипает ярость.

— Я обидел?

Аккуратные брови изгибаются еще больше.

— Нет.

— Врешь.

Аленка вспыхивает. Я чувствую ее злость, как свою собственную, но как же хорошо она научилась держать лицо.

— Демьян, у меня мало времени. Или ты рассказываешь, или уходишь.

Да какая муха ее укусила?! Лихорадочно вспоминаю, где я мог накосячить. Но нихрена не получается!

Гнев ищет выход. Желание несколькими резкими фразами вывести Аленку на эмоции жжет в груди, но, протяжно выдохнув, отступаю.

— Не знаю, что ты придумала, но ладно… К делу так к делу. Валентина спит с Агатовым.

— Вот же… — Аленка ругается и хлопает ладонью по столу.

Слышать крепкое словечко от нее настолько непривычно, что я на мгновение зависаю. От былой злости не остается следа. Хочется расхохотаться, а потом… Ослабляю удавку галстука. Терпение Ястребовский. Ты опять в немилости, хотя фиг его знает, что послужило причиной.

— Да, именно так я и подумал, когда их увидел. Вот, — достаю несколько снимков и передаю ей. — Агатов просто окрутил лохушку и через нее доставал инфу.

— Засужу эту тварь, — Аленка рычит разъяренной тигрицей и вскакивает на ноги.

— Стой!..

Едва успеваю перехватить ее у двери.

— …Спугнешь ее — и мы потеряем ниточку к Агатову! — шепчу торопливо, а сам дурею от окутавшего меня облаком аромата.

Твою мать… Как же Аленка пахнет вкусно! Летом, сладким ветром и травой… В голове фейерверк, а реакция… Черт! Вполне характерная. Только бы не заметила!

Насладиться не успеваю, Аленка бьет в плечи. Больно так!

— Жену свою лапай, — цедит зло.

Что? Нифига не понимаю… В голове все еще шумит

— Какую? — туплю, пытаясь прийти в себя.

— Беременную!

Опа… Встряхиваю головой, но Аленку только сильнее стискиваю. Не пущу пока не поговорим.

— Вот так осведомленность… А ты знаешь, что она не от меня беременна?

***

Давлюсь воздухом, не в силах поверить услышанному. Это шутка такая?!

— Руки убрал, — пытаюсь освободиться, но вместо этого Демьян играючи толкает меня к стене, а сам нависает сверху.

— Ага, уберу. Сразу после того, как поговорим нормально. А то видно у тебя привычка такая — сбегать.

Вспыхиваю, понимая, на что намекает Ястребовский.

— Чья бы корова мычала, — шиплю, вновь толкая в твердокаменные плечи. Только куда ж мне против Демьяна!

— Ну так мычу вот, — ухмыляется нагло. — Видишь, не стыдно признаться, что супруга моя налево сходила с последствиями.

— А мне какая разница? Это твои проблемы.

Лукавлю. Когда я увидела Юлию, то как будто в прошлое попала. Сразу вспомнила, что и я могла стать мамой, а получилось вон как. Ну и разозлилась немного. Ястребовский мне про развод заливал, а у самого пополнение в семействе наметилось.

— Да, это мои проблемы, — соглашается Ястребовский. — Проблемы, как скрыть от Оболенского левак его дочурки. Потому что иначе будет скандал, а Юлия до сих пор любит отца своего ребенка. Хоть он и мудак редкостный.

Черт! Совершенно не знаю, как относиться к сказанному! С одной стороны испытываю постыдное облегчение, а с другой досаду. Мне должно быть все равно!

— Ну надо же, ты прям Супермен местного разлива. Кому еще помогаешь?

Демьян щурится. На высоких скулах играют желваки.

— К счастью, на этом все, — и отходит в сторону. — Просто не хочу недомолвок между нами.

— Какие недомолвки? Ты женат.

— Ненадолго.

Фыркаю, но, вместо того, чтобы выйти из кабинета и лично оттаскать Валентину за патлы, возвращаюсь за стол.

— Нужно предоставить девушке немного ложной информации, — хватаю ручку и прикусываю кончик. А глаза Ястребовского почему-то темнеют.

— Уже работаю над этим. Но Агатов вполне мог начать сманивать и других работников.

Проклятье! Как знала, что эта встреча ничего хорошего не несет. Слишком быстро Агатов тут объявился! Наверняка он и раньше задумывался о том, чтобы прибрать фирму Артура к рукам.

Паника медленно перекрывает кислород. Как мне справится? Угрозами? Подкупом? Все это кажется таким нелепым…

— Алён… — голос Ястребовского звучит словно сквозь вату. — Не переживай, справимся.

И пальцев осторожно касаются другие — сильные и горячие.

Поднимаю взгляд на Демьяна. Не заметила даже, как подошел.

— Ты не обязан, — отнекиваюсь, но звучит жалко.

— Но я правда хочу помочь.

— Зачем?

Этот вопрос не дает покоя. Заставляет нервничать, искать двойное дно. А может, и он на Агатова работает? Медленно выдыхаю — так и до паранойи недалеко.