Несбыть - Елена Капитонова

Зачистка кухни заняла не больше минуты. Кризис остался позади, и Дарк снова чувствовал себя в форме.

Он спрыгнул со стола и огляделся. На трех больших жаровнях шкворчали, шипели и булькали котлы и сковородки. Повсюду виднелись следы лихорадочной работы над изысканными блюдами. Возле самого выхода на тележке красовался зажаренный целиком лебедь, в которого слуги начали втыкать перья, но пока оперили только один бок. Охотник вразвалочку подошел к дичи и с презрением свернул ей шею. От одной мысли о том, как воспримет результат вредительства высший вампир, в груди разлилось уютное тепло.

В дверях показался пенек на ножках. По бокам от спила торчали покрытые волосками уши, а глаза вращались так, будто сейчас вывинтятся из коры.

— Ты что за хрен? — весело спросил его Дарк, ни разу не видавший такого уродства.

— Господин сказал: «Нельзя». Полежать надо спокойно. Слаб совсем, лечим.

— С господином и его лечением мы еще разберемся, — пообещал Охотник. — А пока тащи сюда мои вещи, если не хочешь пойти на растопку жаровен.

— Зачем их тащить? — задергал ушами пень. — Под столом лежат. Вовсе не интересно. И не трогали. Сам туда уронил. Ножи если только. Чтобы не поранился.

Арбалет и сумка со снаряжением действительно нашлись под разделочным столом. Дарк пересчитал кинжалы, рядком разложенные на кафельном полу, и удовлетворенно кивнул головой.

— А теперь веди меня к хозяину замка.

Существо скосило глаза на приставленный к коре арбалет и вздохнуло:

— Надоело, целый день. Все время угрожают. Устал от такого.

Пенек закрыл глаза и со стуком повалился на пол. Дарк от души пнул его ногой, от чего тот прокатился несколько метров и ударился об стену, не подавая признаков жизни.

Ладно, сам разберется. Главное, он уже в замке. А то, что проводница сбежала, стоило ему вырубиться, так иного от нее ожидать и не приходилось. Сочтутся при встрече.

Полутемный коридор за дверью кухни через несколько шагов вывел Дарка к развилке. Слева веяло жаркой сыростью, справа по стенам рос густой, покрытый бурыми каплями мох. Пока Охотник размышлял, куда ему двинуться, развилка, будто издеваясь, приоткрыла по центру еще один проход — хорошо освещенный и сухой.

— Можешь захлопнуться, — разочаровал проказницу Дарк. — Я не дурак, чтобы поддаваться на столь очевидные провокации.

Стена со вздохом сомкнулась.

— Так-то, — с угрозой сказал ей Охотник, по-прежнему разрываясь между направлениями.

— Подумаешь! — высказался один из камней на уровне его лица. Звуки доносились из небольшой дырки по центру. — Видали мы таких.

— А ну повтори, — потянулся за ножом Дарк.

Препирательства с булыжниками не входили в программу вечера, но спускать хамство он не собирался.

— Еще и дурак. Или глухой, — констатировал камень. — Тьфу, развелось на земле идиотов.

От стены отлетело несколько капель и приземлилось мужчине на лицо. Пока Охотник с отвращением утирался, камень перед ним заворочался и развернулся другой стороной. Нижняя ее часть была нежно-розовой и округлой, с небольшой трещинкой посередине.

— Ах ты ж тварь! — ударило в голову Дарку, и он с остервенением приложил по кладке кулаком.

— Ой, боюсь-боюсь, — раздался из стены приглушенный голос. — Чеши лучше, не халтурь там.

— А как тебе щекотка серебряным ножичком?

Коридор наполнился отчаянным скрежетанием. Охотник изо всех сил расковыривал кладку.

— Щекотку переношу спокойно, — подал голос камень, но отчего-то заерзал.

— Ага! — пропыхтел Дарк, подключая к делу вторую руку.

Еще один нож воткнулся в щель с другой стороны камня. Левой он владел хуже, но ручеек песка посыпался и оттуда.

Разговорчивый булыжник задергался, а потом рывком повернулся в первоначальное положение, разинул дырку и заорал тонким голосом:

— Караул, братцы, наших бьют! Други мои, держите его! Накажем обладателей серебряных ножей, выковыривающих нехорошие слова на многовековой кладке!

Стены вокруг пришли в движение. Камни оживали, начинали копошиться. Некоторые из них попискивали, другие басом выкрикивали оскорбления.

Обиженный камень продолжал верещать дурным голосом. Стены зашевелились активнее, детали кладки стали выпрыгивать с насиженных мест, целя в Охотника. На затылке вспухла очередная шишка, из царапины на лбу потекла кровь. Дарк выхватил факел из висящей сбоку металлической подставки и, не разбирая дороги, понесся прочь по коридору.

— Братки! Мочи его дымовушкой! — летел ему вслед голос проклятого камня.

Падающие со стен факелы шипели на полу и топили коридор в клубах черного едкого дыма.

Сказать Резцу в ответ что-нибудь язвительное Фея не успела. На нее навалились сзади и оттащили к стене. Кто-то по-хозяйски уселся на спину и заткнул рот отвратительной на вкус тряпкой. Другие скрутили руки, перетянув их пеньковой веревкой. Баньши попробовала извернуться и щелкнуть пальцами, однако кисти были крепко связаны. На измочаленном конце шпагата болталась сургучная печать с гербом Графа. Разглядеть агрессоров не получалось. Тот, что сидел у нее на спине, дергал за волосы и вынуждал смотреть только вперед.

— Ммм мемму ме-ме, — попыталась озвучить собственное негодование девушка.

Белый кролик с интересом подвигал ушами и, хотя вряд ли что понял, проявил прозорливость и освобождать рот девушке не стал.

— Наконец от тебя хоть какая-то польза! — К длинноухому присоединился кряжистый коротышка и хлопнул его по загривку.

Костлявые пальцы уродца дрожали от возбуждения, а огромные раскосые глаза с жадностью рассматривали добычу из-под спутанных грязных волос. В правой руке он держал деревянный посох.

— Братство отметит помолвку Мирового Зла небывалым деликатесом. На ужин сегодня фея. Мало кто из нас помнит, каковы они на вкус.

Рот говорившего почти не закрывался, даже когда тот замолкал. Мешали кривые клыки, росшие на нижней челюсти так, будто нетрезвый зубной лекарь повтыкал их туда наугад с закрытыми глазами и для верности через левое плечо. Завершала прекрасный портрет главаря надвинутая на лоб грязная шапка. Цвет ее определялся с трудом — то ли бурый, то ли зелено-коричневый.

— Мамай-ме мо-о-мо-вим-мя, — предложила договориться Фея, не оставляя надежд на речевую коммуникацию с захватчиками.

Предложение вышло бы конкретнее, знай она вид напавшей на нее нечисти. Оставалась возможность разыграть карту главного злодея. Предложение объединить силы в борьбе против Графа не сработало с несбытью, но могло заинтересовать оборванца с его пушистым питомцем. Стали бы ребята ныкаться по подвалам, будь они с хозяином на короткой ноге. Как он там сказал? «Держится на особом положении только благодаря тому, что некоторые тут очень любят все ирландское»? Ну напрягись, кто они такие, эти земляки? Определишь вид, поймешь, как с ними справиться.