"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

Вдруг рама в одном из окон затрещала, и на улицу высунулся толстый ствол луппера. Яркий луч полоснул по тому месту, где укрылся один из нападающих. Как по мановению волшебной палочки, матрос превратился в скелет, который через секунду рассыпался на отдельные косточки. Следующий выстрел из луппера достал другого мусорщика. Его кости со стуком осыпались на дорожку, а череп закатился в кусты.

Че-Че плашмя упал на мягкую почву, не желая быть слишком удобной мишенью. В его голове что-то отчетливо щелкнуло, и неожиданно микрофоны заработали в штатном режиме. До этого момента робот страдал некоторой глухотой. Зато теперь он опять прекрасно слышал биение сердец укрывшихся в траве матросов и людей, спрятавшихся в избушке. Защитников домика было двое, а стрелял только один. Кто же второй?

Этот вопрос особенно озаботил Че-Че, когда он увидел, что Дэв подтащил свой миномет и готовится обрушить огненный шквал на бревенчатую вражескую цитадель. Кто второй? В принципе, это мог быть кто угодно, но этот человек не стрелял. Возможно, он ранен. Его пульс зашкаливает за сто девяносто ударов в минуту. А может быть, это заложник? Или заложница?

Внезапно сердце второго забилось еще быстрее, а пульс первого прервался. Че-Че оторвал свое железное брюхо от земли и направился к избушке, мечтая о том, чтобы его расчеты оказались верными. За его спиной послышались предостерегающие крики. Мусорщики заорали, пытаясь образумить сумасшедшего робота, но он их не слушал. Точнее, не слышал — микрофоны опять забарахлили. Че-Че неуклюже выломал забаррикадированную изнутри дверь и вошел внутрь. Первое, что он увидел, — это сидяшая на полу Мульетта. Ее лицо украшал свежий кровоподтек, и она постоянно стирала тыльной стороной ладони кровь, струящуюся из уголка губ. Слава бросился к ней:

— Они пытали тебя?

— Что значит «они»? — сварливо спросила Мулька. — Он был один, и он вовсе меня не пытал. Он защищался.

Рабыня махнула рукой в сторону тела, лежащего рядом с подоконником. Это был имперец с майорскими нашивками. Из его груди торчала рукоять кинжала.

— Я уговаривала его сдаться. — Она набросила одеяло на свои обнаженные плечи. — Но этот вояка не хотел меня слушать. Пришлось его убить, пока Дэв не приволок свой миномет. А ты неплохо выглядишь, чурбан.

— Меня немного подремонтировали, — засмущался польщенный робот.

— У нашего механика кривые руки, и растут они из того же места, что и ноги, но я тобой займусь, когда закончится вся эта суета.

— Я буду счастлив. — Че-Че учтиво поклонился. Мульетта захохотала.

— Никак не могу привыкнуть, что у тебя живой мозг. Интересно, сколько стоит новое нормальное тело? Наверное, целое состояние.

— А их разве продают? — Че-Че с незнакомым ему до этого интересом разглядывал лицо рабыни и радовался тому, что она не может определить по покореженным видеокамерам в его глазницах, как пристально он на нее смотрит.

— На черном рынке можно купить всё, — убежденно сказала она. — И, пожалуй, я куплю тебе новое тело, но для этого мне придется второй раз продаться в рабство. Так что тебе нужно будет немного подождать. — Мульетта поднялась на ноги и посмотрела на свои босые пятки. — Подай-ка мне ботинки, — попросила она.

— А где они? — засуетился Че-Че.

— Да вон, на майоре. Размер не мой, но лучше, чем ничего.

Робот быстро расшнуровал и стянул обувь с мертвеца.

— Да, пять лет прошло, как я в рабстве, — посетовала Мульетта и вздохнула.

Че-Че галантно встал перед ней на одно колено и начал натягивать трофейный ботинок на ее ступню.

— Как ты стала рабыней? Тебя похитили?

Госпожа Кронк удивленно посмотрела на робота, но безропотно протянула ему и вторую ногу. Хотя он и умудрился исцарапать ее икры дрожащими железными пальцами, девушка всё стерпела молча, воздержавшись от своего обычного сарказма.

— Нет, я добровольно подписала контракт. Маме нужна была операция. Она не могла рожать, и всей семье грозила смерть от голода.

— Не вижу связи. По-моему, чем меньше семья, тем она богаче.

— Мама вынашивала чужих детей за деньги.

На крыше избушки что-то грохнуло. На головы рабыни и робота посыпались щепки.

«Идиоты! — подумал Че-Че о мусорщиках. — Решили, что если я не вышел, значит, меня убили».

Он подхватил рабыню на руки и выскочил наружу. Мульетта испуганно прижалась к его груди, и робот несколько раз споткнулся на ровном месте. Этого с ним никогда не случалось раньше. За его спиной прогремел еще один взрыв — избушка взлетела на воздух. Вокруг начали падать бревна. К счастью, ни одно из них не упало на Че-Че.

— Извини, — послышался чей-то крик.

Робот отвел видеокамеры со съежившейся у него на руках девушки. Минный Дэв стоял рядом со своим смертоносным орудием и виновато разводил руками.

— Я не знал, что ты еще жив, — сказал он.

Штаб был последним местом в лагере, которое еще не обыскали люди Жака. Из двухэтажного здания никто не стрелял, поэтому штурмовые группы не соизволили осмотреть его. Жак решил заняться этим лично. Его мусорщики были слишком заняты. Они обезоруживали имперских солдат и занимались сбором трофеев, а точнее, грабили и мародерствовали. На войне как на войне.

Едва Жак вошел в двустворчатые двери, как сразу же споткнулся о два трупа. Похоже, что здесь всё-таки поработали его матросы. Хозяин «Эльсидоры» прислушивался. Ни малейший шорох не нарушал мертвую тишину в здании. Каждую секунду ожидая нападения, он поднялся на второй этаж и застыл от удивления. Стараясь не двигаться, он осмотрелся. Пол, перила и верхние ступени выглядели так, будто были сделаны из пластилина, а потом расплавлены на солнечном свете. Нестерпимо воняло аммиаком. За искаженным до неузнаваемости косяком виднелась комната. И там все предметы носили следы непонятного воздействия. Совсем недавно здесь творилось что-то невообразимое.

Жак сделал шаг назад и только сейчас увидел лежащего на полу Дэна. Забыв об опасности, гигант бросился к нему. В груди однорукого зияла дыра, а в скрюченных пальцах он сжимал бластер. Землянин умер с оружием в руках, как настоящий воин. Жак поднял Дэна. Он не мог оставить его лежать здесь одного. Перекинув через плечо еще совсем мягкое и теплое тело, гигант увидел какие-то знаки на полу. На сплавленных в единый монолит досках можно было разобрать черные буквы: «Элька там». Слова были написаны по-русски, но Жак уже немного изучил родной язык своей любимой женщины и понял, что однорукий перед смертью пытался сообщить ему о судьбе Элеоноры.

Жак задохнулся от чувства невыразимой благодарности, и, хотя он не знал, где это «там», у него появилась надежда. Надежда, которая была сейчас ценнее жизни. Гигант стремительно сбежал по ступеням. Внизу он столкнулся с Виктором. Витя был хорошо упитан и прилично одет, но первое, что бросалось в глаза, — его совершенно лысая голова и полное отсутствие бровей и ресниц.

— Ты откуда здесь? — удивленно спросил хозяин «Эльсидоры».

— Я вернулся. Эфедрина не достал, но, похоже, он уже не нужен. — Витя потер белую кожу на своем лице и, заметив непонимаюший взгляд Жака, пояснил: — Меня тут немного поджарили. Пришлось сделать пластическую операцию. А где Элька?

Гигант решил оставить более подробные расспросы до лучших времен, хоть вид Виктора и то, как он медленно говорил, будто подбирая слова на совершенно незнакомом языке, показалось ему очень подозрительным.

— Вот он знает. — Жак показал на тело Дэна. — Че-Че, быстро сюда, — крикнул он проходившему мимо роботу.

Тот поставил на землю обутую в один ботинок Мульетту Кронк, которую всю дорогу нес на руках, и быстро подбежал к хозяину «Эльсидоры».

— Ты можешь оживить его хотя бы ненадолго? — спросил Жак, укладывая на траву труп Дэна. — Я хочу поговорить с ним.

Сейчас стало видно, что культя Дениса измазана в чем-то черном, и гигант понял, что его штатный крысолов и бывший каратель писал свое послание, пачкая обрубок в обуглившейся ране на груди.