Цикл «Аратта». Книги 1-7 - Мария Васильевна Семенова

— Так и есть, — со вздохом подтвердила Аюна. — Я сама уже о том думала.

— Ты не только прекрасна, как солнечный день, но умна и проницательна. Раз мир неумолимо меняется, что нам остается? Молить Исварху, чтобы он остановил время и обратил необратимое? Или же признать его мудрость и вести корабль в новой воде? Не искать той, что уже утекла.

— Ты и сам поразительно мудр для ди… Для вождя лесного народа, — покраснев, быстро поправилась царевна.

— Когда я служил в столице, мои глаза и уши были открыты для вековой мудрости арьев, — пропустив мимо ушей оговорку, ответил Станимир. — Я приходил в храм и слушал, как твой дядя рассказывает о тайнах Исвархи, о судьбе и предназначении, о путях небесных духов и людей. И теперь я знаю — Господь Солнце свел наши жизни не случайно. Он желает, чтобы мы дали миру новый порядок. Такой, какого не было прежде. Мы вместе перешли эту реку. И вместе мы сможем свершить любую его волю!

— У нас говорят — Исварха любит смелых! — сверкнув глазами, ответила воодушевленная Аюна.

— Так и есть, моя прекрасная госпожа… — Князь подбросил в костер сухую ветку и, глядя в пламя, произнес: — Когда меня избрали военным вождем лесных вендов, я взял новое имя. Станимир — устроитель, тот, кто созидает. Я хочу строить, а не воевать. Но если придется…

— А что означает другое твое имя? — тихо спросила царевна.

— Вейлин? Оно очень древнее. Гусляры поют, что некогда все венды были единым родом, пришедшим с заката. От тех времен почти не осталось памяти. Они говорили на другим языке, от которого уцелело лишь несколько слов и имена вождей, что передаются по наследству… — Он поднял взгляд на девушку. — Ты тоже можешь звать меня Вейлин, если хочешь.

Аюна жарко покраснела, сама не понимая почему.

— Станимир — имя для всех. Вейлин — для братьев и родичей. Для своих.

— …Эй, Аоранг! Ты меня вообще слушаешь?

— Нет, — мрачно ответил мохнач.

— Так послушай, бестолковый мохнач! — зашипела ему в ухо Янди. — Сейчас у нас случай, который может больше никогда не представиться. На теле Станимира увидят следы когтей Рыкуна и решат, что дикий зверь убил князя и унес Аюну. Искать ее никто не будет. Скоро вернутся воины, твою царевну увезут, и больше ты ее не увидишь! Не теряй времени!

— Нет, — вновь покачал головой Аоранг. — Она улыбается. Ей хорошо. Зачем я буду стирать радость с ее лица?

— Ты рехнулся?! Ты проделал весь путь, чтобы поглядеть, как чужак обнимает твою любимую?

— Без толку принуждать птицу петь в неволе.

— Уж лучше она помрет в клетке у Станимира! Или ты хочешь дождаться, пока сюда явятся накхи? Они и сейчас наверняка прячутся где-то поблизости. Уж не сомневайся, эти прикончат Станимира, как оленя, и утащат твою царевну к Шираму. И ты ей ничем помочь не сможешь! Самое глупое, что можно сейчас делать, — это сидеть в кустах и вздыхать! Встань, защити ее!

Аоранг упрямо наклонил голову:

— Спасать кого-то силком — неправильно это…

— Умолкни!

Янди прислушалась, приложила к земле руку…

— Так и есть, — с досадой сказала она. — Сюда движутся всадники. Много. Уходим, мы опоздали. Теперь вовсе неведомо, получится ли тебе снова встретиться со своей ненаглядной царевной! Идем, пока Рыкун коней не переполошил…

* * *

— Ну конечно, ты же все решил! — не умолкая, шипела Янди, когда они уходили все дальше в лес, отыскивая место для ночевки. — Аюне так радостно с этим вендом, он ее оберегает, с ним она в безопасности! А еще он князь, в отличие от тебя! И уж куда привлекательнее внешне — тут и говорить не о чем…

— Не поучай меня! — огрызнулся Аоранг, сумрачный, как грозовая полночь. — Я смотрел своими глазами. Их сердца глядят друг в друга, словно летние зори…

— Может, еще песню о них сложишь?

— Царевна вольна сама выбирать судьбу. Кто я такой, чтобы ей мешать?!

— И что ты теперь будешь делать?

— Не знаю. Но дальше с тобой не пойду.

— Ах, он не пойдет!

— Да. У каждого из нас теперь свой путь. Я не хочу идти с тобой. Ты вся сочишься ядом!

— Что ж, иди! — бросила Янди. — Не знаю, далеко ли уйдешь! Для любого в этой земле ты не просто чужак — урод с зубастой кошкой! Но мне нет дела, сколько ты проживешь! Однако, прежде чем мы расстанемся, я хочу кое-что рассказать тебе о красавчике Станимире.

— Я не хочу слушать. Ты отравишь каждое слово…

— Правду, только правду! — ехидно протянула лазутчица. — Ведь ты же чуешь, где правда, где ложь. Как только услышишь, что я лгу, — разворачивайся и уходи…

Аоранг мрачно посмотрел на девушку:

— Ладно, говори.

— Ты ведь знаешь, что Станимир был сотником вендской стражи?

— Был, и что с того?

— А почему при дворе больше нет вендской стражи, ты знаешь?

— Святейший Тулум как раз тогда отправил меня в дальнее странствие…

— Тогда я тебе расскажу. Был в вендской страже десятник по имени Варлыга. Уж не знаю, чего он не поделил с главным ловчим Кирана, но между ними завязалась схватка. Варлыга выбил ловчему глаз, но и сам был ранен. Ему бы к сотнику своему за помощью броситься — тот бы его, может, спрятал… Однако Варлыга после той схватки попросту исчез. Сперва, видно, в Нижнем городе схоронился, а потом, как раны зажили, по-тихому вернулся в вендские земли. Потом, много позже, его разбойничью ватажку разгромили под Мравцем… Сейчас где-то на Великом Рву кайлом машет и тачку катает…

Это исчезновение очень встревожило Станимира. О том, что Варлыга лишь случая ждет, чтобы поквитаться с Каргаем, он наверняка отлично знал. А вот куда десятник пропал потом? Уж не в дворцовые ли пыточные подвалы угодил, и что он там расскажет? Видно, было что рассказать. Станимир вовсе не хотел, чтобы его голова приветливо улыбалась въезжающим в Верхний город…

Но тут, на его удачу, настала осень. В это время в столице гостила родня Кирана — мать, сестры, племянники… Когда пошли затяжные дожди, Киран решил отослать их домой, в южные земли. Для безопасности он выделил им стражу. Самую надежную, из вендской сотни. Такой возможности Станимир, уж конечно, упустить не мог. Родичи Кирана не сразу заметили, что везут их вовсе не на юг…

— Откуда ты обо всем этом знаешь? — недоверчиво спросил Аоранг.

— Погоди, я все расскажу. Когда из Двары не пришло вестей о прибытии знатного семейства, Киран обеспокоился и послал ловчих искать следы. Каково же