Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

попыталась смягчить отказ: — Извини, Карл, это у меня вырвалось от удивления. Мы так давно с тобой знакомы — я просто никогда не представляла себе тебя в таком плане.

— Я мог бы изменить твое представление. — Вид у него был легко ранимого мальчишки. — Давай попробуем.

Ответ был по-прежнему «нет», но она с минуту помедлила. Карл был интересный мужчина, обаятельный, хорошо зарабатывающий, местная знаменитость. Большинство одиноких женщин, приближающихся к сорока, ухватились бы за такой шанс. Но ее ни в какой степени не тянуло к нему. Даже если бы она не отдала сердце Стэнли, ей не улыбалось бы проводить время с Карлом. Почему?

Через секунду она уже знала ответ. Карл не был человеком порядочным. Раз он мог исказить правду ради сенсации, он будет бесчестен и в другом. Он не чудовище. Мужчин таких, как он, много, есть и некоторые женщины. Но Тони не могла быть в близких отношениях с такой пустельгой. Разве можно целоваться, и поверять тайны, и перестать сдерживаться, и отдаться всем телом человеку, которому нельзя верить? Сама эта мысль была неприятна.

— Я польщена, — сказала она. — Но нет.

Однако он не собирался сдаваться.

— По правде говоря, ты всегда мне нравилась, даже когда была с Фрэнком. Ты наверняка это чувствовала.

— Ты флиртовал со мной, как и со многими женщинами.

— Это было другое.

— А ты разве не встречаешься с этой девушкой-метеорологом? Помнится, я видела вашу фотографию в газете.

— С Марни? Ну, это никогда не было серьезно. Я с ней общался главным образом для рекламы.

Похоже, напоминание об этом романе вызвало у него раздражение, и Тони подумала, что Марни, наверное, прогнала его.

— Мне жаль это слышать, — посочувствовала Тони.

— Прояви сочувствие действием, а не словами. Поужинай со мной сегодня. Я даже заказал уже столик в «Ля шомьер».

Это был шикарный ресторан. Он наверняка сделал заказ некоторое время назад — скорее всего чтобы пойти с Марни.

— Сегодня я занята.

— Надеюсь, ты не вздыхаешь больше по Фрэнку?

Тони не без горечи рассмеялась.

— Какое-то время было дело — я была дурочкой, но сейчас прошло. Совсем прошло.

— В таком случае есть кто-то другой?

— Я ни с кем не встречаюсь.

— Но кем-то интересуешься. Это не почтенный профессор, нет?

— Не говори глупостей, — сказала Тони.

— Но ты покраснела, нет?

— Надеюсь, что нет, хотя любая женщина, которая подверглась таким расспросам, не может не покраснеть.

— О Боже, ты увлеклась Стэнли Оксенфордом. — Карл не умел принять отказ, и лицо его исказилось от оскорбленного самолюбия. — Конечно, Стэнли вдовец, верно? Дети у него подросли. И столько денег, которые можно тратить вдвоем.

— Это уже оскорбительно, Карл.

— А правда часто оскорбляет. Ты действительно любишь тех, кто высоко летает, верно? Сначала Фрэнк, самый скоропалительно вознесшийся детектив в истории шотландской полиции. А теперь миллионер, ученый-предприниматель. Гоняешься за звездами, Тони!

Надо было это прекращать, пока она не потеряла самообладания.

— Спасибо, что пришел на пресс-конференцию, — сказала она. Протянула руку, и он машинально пожал ее. — До свидания. — Повернулась и пошла прочь.

Ее трясло от злости. Он испоганил самое сильное чувство, какое у нее было. Ей хотелось удушить его, а не идти куда-либо с ним. Тони пыталась успокоиться. Случился крупный профессиональный промах с ее стороны, и она не могла позволить чувствам помешать ей выправить ситуацию.

Она подошла к столу дежурного у входа и сказала старшему охраннику Стиву Тремлетту:

— Будьте здесь, пока все не уйдут, и проследите, чтобы никто не пытался бродить по зданию без разрешения. — Какая-нибудь смелая ищейка может попытаться проникнуть в засекреченные помещения «на хвосте» — дождаться кого-то, имеющего пропуск, и войти следом.

— Это уж предоставьте мне, — сказал Стив.

Тони почувствовала, что успокаивается. Она надела куртку и вышла на улицу. Снег пошел сильнее, но она все равно могла разглядеть демонстрантов. Она подошла к будке охранника у ворот. Трое служащих столовой раздавали горячее питье. Демонстранты временно перестали выкрикивать лозунги и размахивать плакатами — они смеялись и болтали.

И все телекамеры снимали их.

«Отлично все прошло», — подумала Тони. Почему же она в такой депрессии?

Она вернулась в свой кабинет. Закрыла дверь и постояла, наслаждаясь пусть минутным, но одиночеством. Она хорошо провела пресс-конференцию, думала Тони. Она защитила свое начальство от Осборна. И идея дать горячее питье демонстрантам чудесно сработала. Было бы, конечно, неразумно праздновать, пока не ясно, какое все это получило освещение, но Тони чувствовала, что все принятые ею решения были правильными.

Так почему она так подавлена?

Частично из-за Осборна. Любая встреча с ним не может не понизить настроения. Но главная причина — Стэнли. После всего, что она для него сделала сегодня утром, он исчез, по сути, даже не поблагодарив ее. Вот как это бывает, когда ты босс, подумала она. К тому же Тони давно знала, насколько важна для него семья. А она всего лишь коллега — ценимая, приятная, уважаемая… но не любимая.

Зазвонил телефон. Она какое-то время смотрела на аппарат, возмущаясь его веселым звоном, не желая отвечать. Затем сняла трубку.

Это был Стэнли — он звонил из машины.

— Почему бы вам не заскочить ко мне этак через час? Мы бы посмотрели новости по телевизору и вместе узнали свою судьбу.

Настроение у нее мгновенно улучшилось. Ей казалось, что выглянуло солнце.

— Конечно, — сказала она. — Я с радостью приеду.

— Нас могут и распять рядом, — сказал он.

— Я почту это за честь.

Полдень

По мере того как Миранда продвигалась на север, снег шел все гуще. Крупные белые хлопья падали на ветровое стекло «тойоты», и их тотчас стирали длинные