Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

братцу очень повезло. ОПЯТЬ. Всего лишь пару синяков и несколько царапин, да небольшое носовое кровотечение.

— Тобиас сам виноват. Нечего было провоцировать моего брата, угрожая его невесте и матери. Но мне очень жаль, что Терренс не успел хорошенько навалять очередному продажному жополизу и превратить его в кусок кровавого мяса.

— Кстати, твой братец дерется по-детски. Просто ужасно! У него та же физическая подготовка, что и у Трентона и тебя самого. Мог бы запросто прикончить его, но в итоге уже через пару минут валялся на земле после того, как помахал руками как бешеная истеричная девчонка.

— А может, Трентон сам сдох раньше времени, но не хотел это признавать и свалил якобы из-за того, что дядюшка приказал ему не убивать Терренса? Вдруг его хватило ненадолго, но сказал вам всем, что это типа мой брат не умеет драться и сдох первым.

— Этот псих умеет только выпендриваться, а на деле он такое же жалкое говно, как и ты сам. Мы все удивляемся тому, что он снискал такую славу среди сопливых глупых девок. Ведь он не сделал ничего такого, чтобы стать великим… Стать идолом, которому все будут поклоняться.

— Уж поверь, он добился гораздо большего, чем мой дядя, ты и вся эта шайка вместе взятые, — уверенно заявляет Эдвард. — Его успехи заслуженные, и он честно работал, чтобы получить все то, что у него есть.

— Когда эта тварь сдохнет, его очень быстро забудут. Точно так же, как никто не будет заострять внимание на убийстве семьи МакКлайф, к которому принадлежит этот придурок.

— Не смей ни к кому приближаться, — сухо говорит Эдвард. — Клянусь, я точно грохну всех вас, если только узнаю, что хотя бы один тронул моих брата, мать и будущую невестку или эту девушку. Если хотя бы волос упадет с их голов, то не ждите от меня никакой жалости. Я превращусь в чудовище. Не буду им лишь казаться, а действительно им стану, чтобы отомстить.

— Ой-ой-ой, как страшно! — закатывает глаза Эрик и со смешком поворачивается к четверым людям, что стоят сзади него, как вкопанные. — Слышите, парни, я сейчас наложу в штаны! Тут один тявкающий маленький щенок решил навалять мне! Хочет повыпендриваться перед своей бывшей и доказать, что он типа совсем не трус.

Вся четверо друзей Эрика дружно смеются во весь голос, а кто-то даже бубнит что-то непонятное, насмехаясь над Эдвардом и его попытками показать свою смелость.

— А между прочим этот маленький щенок, как ты выражаешься, умеет неплохо лаять и больно кусаться, — уверенно заявляет Эдвард. — Знаешь, как говорят: маленький, да удаленький!

— Это не про тебя, трусишка, — с насмешкой бросает Эрик.

— Хочешь проверить?

— Прекрати выпендриваться! Мы уже давно не верим в твою якобы смелость. И я очень сомневаюсь, что твоя собственная семья и твоя бывшая верят в это.

— Зато я никогда не сомневался в твоей любви к легким деньгам. Как и в том, что ты такой же мерзкий, бессовестный и жадный козел, как и мой старый, психически больной дядька.

— Ты напрашиваешься на неприятности, разговаривая со мной в таком тоне. — Эрик подходит к Эдварду чуть ближе, пока МакКлайф быстро прячет Наталию у себя за спиной и уставляет свой презренный взгляд на человека, что немного ниже его ростом. — Ты связался не с теми людьми, МакКлайф. Я советую не перечить мне!

— Ха, а с какой это стати я должен не перечить тебе? — иронично хмыкает Эдвард. — То, что ты — тот, кому мой дядя доверяет больше всех, еще не означает, что у меня должны трястись колени, и что я просто обязан заглядывать тебе в рот и прыгать перед тобой на задних лапках так же, как ты — перед Майклом.

— Тебе придется, если ты хочешь спасти свою грязную шкуру и выбиться в люди с помощью дяди.

— Да пошел ты, урод! Век бы тебя не видел! Меня тошнит от тебя и этой твари Майкла! Словами не описать то, как сильно я ненавижу вас обоих.

— Подожди, Эдвард, подожди. Вот когда дядюшка предложит тебе выполнить одно простое задание в обмен на огромную сумму денег, ты точно забудешь о своей неприязни к нему и начнешь уважать нашего достопочтенного мистера МакКлайфа. И прекратишь испытывать жалость к тем, кого должен грохнуть.

— Я не собираюсь никого убивать! — чуть громче заявляет Эдвард. — Никто не заставит меня убить хотя бы кого-то из моей семьи! НИКТО! СКОРЕЕ Я ПОУБИВАЮ ВАС ВСЕХ, ЧЕМ ТРОНУ КОГО-ТО ИЗ ТЕХ, КОГО НА САМОМ ДЕЛЕ ЛЮБЛЮ!

— Только давай ты не будешь орать, как психованная истеричка. Не превращайся в подобие своего брата, который психует по любому поводу. Дай ему нож или ружье — так он пойдет и запросто зарежет или перестреляет всех к чертовой матери. Потому что с психикой МакКлайф-старший не дружит.

— Повторяю в тысячный раз, я ни за что не убью тех, кого РЕАЛЬНО люблю! Я — не убийца и никогда ею не стану!

— Поверь, приятель, многие из нас поначалу тоже сомневались, стоит ли так рисковать. Но увидев целую кучу долларов, мы отбросили все сомнения и теперь живем шикарной жизнью, благодаря щедрости твоего дяди. Надо только лишь быть послушными и выполнять все его приказы.

— Именно поэтому иногда я задаюсь вопросом, а действительно ли дядя хочет сделать меня своим союзником? Или же он хочет сделать это ради других целей? На кой черт ему союзник, который на дух его не переносит и желает ему сгореть в аду? Пусть ищет таких жополизов вроде тебя и вербует их! Хотя он уже и так завербовал достаточно людей, которые бегают перед ним на цыпочках и целуют ему ноги. И среди них не только мужики, но и молодые девушки, которые настолько глупы, что готовы тратить свою жизнь на ЭТОГО старого маразматика.

— Ах, МакКлайф, не надо завидовать нам всем… — широко улыбается Эрик. — Для нас не секрет, что ты и сам не прочь прибрать к рукам все, чем владеет твоя семья. Знаем, как ты мечтаешь ограбить своего дядюшку, своего брата, невесту своего брата… Ты завидуешь им, потому что они все богаты, и считаешь, что ни один из них не должен быть лучше тебя. Всем им повезло гораздо больше. Например, твоему старшему брату: куча верных друзей, неплохая актерская карьера, чертовски сексуальная невеста, собственный дом, мешок денег…

— Ты думаешь так, как этого хочет дядя.

— Это правда, приятель. — Эрик, качая головой, тихонько цокает. — А у тебя нет денег и своего дома, и ты вынужден жить за чужой счет.