Грозовые Земли - Джон Робертс

— Разумеется, я не могу с вами согласиться, ведь я у него в гостях.

— Я, с другой стороны, человек дальновидный. И мое восхищение всегда обращено на деятельных вождей, людей с ярким характером, таких, как вы и ваш супруг. Для меня будет честью стать тем человеком, который поможет вам вернуть себе подобающее положение.

Она повернулась к нему и одарила его улыбкой, ее идеальные зубы сияли в лунном свете.

— Тогда нам есть о чем поговорить.

Король Гассем стоял на носу «Морского Змея», опираясь на копье и наблюдая за происходящим на берегу. Береговая линия была заполнена людьми, хотя толпы были не такими густыми, какими могли быть, если бы население не бежало.

У бортов боевых и грузовых кораблей в гавани толпились солдаты. Всем хотелось увидеть представление — как королева приветствует короля-людоеда, бывшего их врагом на протяжении всего времени, какое они могли припомнить.

Небольшой, но богатый прием ожидал шессинов в порту: чопорные придворные в официальных туалетах, которые они брали с собой даже во время военных действий, офицеры, сверкающие доспехами, слуги в разноцветных ливреях. Все молча стояли, пока маленький военный корабль искусно подходил на веслах к причалу. Илас очень старался, муштруя новых гребцов, и теперь они гребли вполне приемлемо.

По команде рулевого все подняли весла и поставили их вертикально. Корабль быстро терял скорость, потом слегка ударился о влажный, обитый тканью каменный причал.

— Добро пожаловать, король Гассем и представители островов, — нараспев произнес встречающий.

Гассем кивнул юному воину, и тот спустился по трапу на причал. Копье его было увенчано пучком роскошных белых перьев.

— Данным символом, — сказал Гассем, и его низкий голос раскатился по эспланаде, — я подтверждаю, что нахожусь под защитой королевы Неввы Шаззад, имея ее гарантию неприкосновенности.

— Чувствуйте себя в безопасности, король Гассем, — сказал придворный тоном, больше подобающим жрецу. — Королева Шаззад простирает над вами свой щит, и боги Неввы оберегают вас повсюду.

— А сейчас, — пробормотал стоявший рядом с Гассемом Пенду, — увидим, может ли эта шлюха держать своих подчиненных в узде. Они смотрят на нас так, будто желают напиться нашей крови.

— Если не может, — невозмутимо ответил Гассем, — у нас не будет времени, чтобы беспокоиться или страдать. Пошли на берег.

Он ступил вперед с видом человека, который ни о чем не переживает, прошел по трапу и остановился перед придворным, который, в свою очередь, был вынужден смотреть на него снизу вверх.

Гассем не обратил на него никакого внимания, продолжая осматриваться.

— Почему здесь нет королевы Шаззад, чтобы приветствовать меня? — требовательным тоном спросил он.

— Король Гассем, — сказал придворный, — это не королевский визит, а посольство. Вы сами решили возглавлять своих представителей, но монарх не должен лично приветствовать посланников по их прибытии. Совсем наоборот, это послов должны проводить к монарху.

Гассем улыбнулся ему. Это было устрашающее зрелище.

— Как хорошо, что вы напомнили мне об обязанностях монарха. Как бы там ни было, пойдемте на встречу с королевой Неввы.

— Минуточку, — сказал человек в мантии полководца. — Король Гассем, некоторые из ваших людей вооружены. При посольстве этого быть не должно.

— Это воины-шессины, — ответил Гассем, — и они расстаются со своим оружием только после смерти. Вам не следует волноваться. Здесь они не подвергнут опасности никого, если, конечно, вы не замышляете предательства. Но если это и так, вы настолько превосходите нас силой, что наше сопротивление было бы бессмысленным. Вы не потеряете больше десятка людей на одного моего.

— Двадцать на меня, — сказал Пенду, — я убил как раз столько невванцев во время послеполуденной битвы, и пятьдесят на моего короля — он не обычный воин.

Лицо офицера, обрамленное нащечниками шлема, вспыхнуло.

— Приказы, полученные мною, гласят, что я не должен допускать вооруженного противника к моей королеве!

— Господа, господа, — сказал придворный, — нам не подобает такое поведение. Я уверен, что наша повелительница пожелает, чтобы мы уважали обычаи наших высокопоставленных гостей. Пожалуйста, будем продолжать. — Военный смотрел на него сердито, держась за эфес меча, но дальнейших возражений с его стороны не последовало.

Процессия началась от берега и проследовала вдоль широкой улицы, которая вела вверх по крутому склону к группе очень красивых строений с общим двором, расположенных на вершине величественной горы, возвышавшейся над городом. Люди, стоявшие по обеим сторонам дороги, удивленно смотрели на процессию. Не было приветственных возгласов. Впрочем, откровенной враждебности они тоже не выказывали. Стояла изумленная тишина, будто люди видели сон.

Из окна особняка, назначенного штаб-квартирой и королевской резиденцией на время этого похода, Шаззад наблюдала за зрелищем внизу. Она хорошо видела гавань и сразу узнала «Морской Змей». Она лениво подумала, прибыл ли с командой Илас Нарский. Если да, его, пожалуй, следует повесить. Потом она вспомнила полную гарантию неприкосновенности для команды судна. Ладно, в другой раз.

Ее сердце забилось чаще, когда она увидела небольшую процессию, поднимающуюся по дороге. Было так трудно поверить, что эта горстка заносчивых людей едва не сокрушила мир. Как такое могло произойти?

— Ваше величество, — сказал придворная дама, стоявшая рядом, — они появятся здесь через несколько минут. Мы должны подготовить вас, чтобы вы могли принять дикаря.

— Нет, он может и подождать, — ответила Шаззад. — На этот раз власть в моих руках. Мне не нравится этот наряд. Принесите черный.

Пока на нее надевали нарядное платье, одно из двух десятков, которые она возила с собой даже на войну, королева пыталась успокоиться. Она жаждала снова увидеть Гассема, но было что-то чрезвычайно приятное в том, чтобы оттягивать эту минуту.

Особняк принадлежал семейству богатых купцов, самой выдающейся семье этого портового города в течение многих веков. Мужчины этого семейства были наследственными судьями, и на первом этаже основное место занимал большой зал, который они использовали как зал судебных заседаний. В праздничные дни он превращался в бальный. Эта комната была не намного меньше, чем небольшой тронный зал в ее собственном дворце, и прекрасно могла послужить в этом качестве. Шаззад села на переносной трон, поставленный на возвышение, и осмотрела своих придворных и стражей. Удовлетворенная их внешним видом, она кивнула управляющему, и тот ударил своей обшитой бронзой дубинкой по отполированному каменному полу. Два стража церемонно распахнули двойные двери.