Звёздный десант - Коллектив авторов

– Я? Когда?

– И с кем я только связалась?! Кофе тебе там понравился?

– Он же солёный был!

– Вот! – Она гордо задрала носик. – Это я тебе знак подавала, да и вид у тебя тогда был, – она замялась.

– Какой вид? Нормальный был вид. Адмиральский.

– Угу. Пафосный и довольный такой. Вот я тебе соли и сыпанула. Нет, а что ты хотел?! Я там, понимаешь, страдаю на хлебе и воде, меня истязают – а тут ты, весь такой важный прибываешь. Нет что бы сразу всех перестрелять – с этой кикиморой любезничаешь!

– Эмм… Да, командир, – внезапно поддержал её Александер. – Ты там действительно того.

– Чего того?

– Ну, ты не сердись, но пальцы ты там гнул…

– Ага! – торжествующе воскликнула Ариша, почуяв поддержку. – Вот я тебя и решила проучить. Ну и знак заодно подать – мол всё путём, готова к бою.

– Знаешь, милая, теперь буду знать – солёный кофе это знак готовности. – Я демонстративно уставился в иллюминатор.

– Командир, – ко мне подошла Бродяжка. – Да ладно тебе, не дуйся. Главное мы её спасли.

– Да вот думаю, – я развернулся к ней. – А стоило ли? Спасать, в смысле? Она там фигуру в порядок приводила, отдыхала, а мы тут? Ради неё? А?

– Ну, что ты, конечно стоило. – С этими словами она погладила меня по голове. Точнее – попыталась погладить – едва я ощутил прикосновение её пальцев к моим волосам, как меня будто статикой шарахнуло. Но, если, статика быстро проходит – щёлк и всё, то тут…

Её пальцы будто прилипли к моей голове, и от макушки, волнами вниз – до самых пяток, пробегали судороги. Меня затрясло как в детстве, когда я поддавшись любопытству выкрутил лампочку и засунул на её место палец. Наше состояние заметила и Ариша и Александер – он рванулся со своего места на помощь, но Ариша была ближе и коротким ударом по спинке стула опрокинула меня вместе с ним на пол – пальцы Бродяжки оторвались от моей головы и всё прекратилось. Не сразу – ещё долгое время, по моим ощущениям, я бился на полу, но постепенно всё прошло и я смог сесть. Бродяжка сидела рядом, ошарашено качая головой, будто её оглушило.

– Ты как? – Александер начал помогать Бродяжке подняться. Мне, увы, ни кто помочь не спешил и я сам начал поднимать себя по частям – на колени, на одно колено и рывком, хватаясь за стул – выпрямиться.

– Что это было? – Бродяжка покачнулась, взмахнула рукой, пытаясь сохранить равновесие и мы соприкоснулись снова. И снова этот удар током, или чем-то похожим. Но не так сильно на этот раз – мы не упали, а только отшатнулись друг от друга, слегка. Тыльная сторона её ладони будто прилипла к моему запястью, да и судороги были гораздо слабее и куда менее болезненны. Александер и подошедшая Ариша замерли, не зная что делать, а меж тем нас уже более не трясло – на смену судорогам пришли волны ласкового и приятного тепла, растекавшиеся по всему телу. Меня окутала мягкая дремота, я зевнул и машинально прикрыл рукой рот. Той самой рукой, которая была в соприкосновении с Бродяжкой. Дремота и приятное тепло тут же пропали.

– Это что? – Бродяжка смотрела на меня круглыми глазами. Мне оставалось только пожать плечами. – Нет, погоди, – она дала Александеру усадить себя за стол. – Я знаю это ощущение. У меня уже такое было.

– Да? Когда? – Ариша поставила мой стул и уселась рядом с подругой, указав мне на своё прежнее место. Теперь она сидела между нами, готовая предотвратить наш возможный контакт.

– Тогда, до всего этого, у Тода в кабинете. Когда я к тому артефакту прикоснулась.

Повисла напряжённая тишина и все они разом уставились на меня.

– Командир… – напряжённым голосом прервал затянувшееся молчание Александер. – Ты нам ничего рассказать не хочешь? Ты вообще – человек?

– Кто человек? Я? – Выпалив это я осознал, что фраза была сформулирована не лучшим образом, но было поздно – все присутствующие уставились на меня ещё более пристально. – Сдурели? Да человек я, че-ло-век!

– Тогда поясни, – Ариша слегка наклонила голову внимательно следя за моей реакцией. – Почему она, – бывшая инквизиторша качнула головой в сторону Бродяжки. – Так прореагировала? Как на артефакт.

– Я то откуда знаю. – Я поёрзал на стуле. – Может статика это, а ей показалось.

– Нет, это не статика, – уверенно заявила Бродяжка. – Я точно помню то ощущение. Это знак артефакта. Рассказывай.

– Да не знаю я! Что рассказывать!

– Всё рассказывай. – Ариша жестом попросила меня отойти к иллюминатору и когда я встал около него, продолжила. – Я буду спрашивать, ты – отвечать. Честно отвечать. Согласен?

Мне оставалось только кивнуть, соглашаясь, и я принялся рассказывать – как Урфин подарил мне непонятную зелёную загогулину, как она слиплась с такой же подаренной Тодом. О полёте на ту планету, где я встретил Наблюдателя и о его подарке, вросшем мне в руку.

– Так что, наверное вы правы. – Закончил свой рассказ я. – Эта древняя хрень как-то вросла в меня, что ли.

– Скорее растворилась в тебе, – задумчиво подытожила Бродяжка. – Тогда да, логично. В тебе присутствует частица Его. Во мне, в моём сознании тоже его часть, скорее отпечаток. Нематериальный. Что-то вроде энергетической матрицы. Наверное.

– И что? – Рассказывая о своих приключениях я и сам уже осознал во что я влип и мне по честному стало страшно. – Я теперь, что? Не человек? Но с сознанием-то у меня всё нормально! – И тут я сам осёкся, вспомнив последний сон.

– Что? – Подалась вперёд Ариша, учуяв неладное своим Инквизиторским чутьём.

– Да вот сон недавно приснился. Странный какой-то. Я там по пустыне бегал, рубился с кем-то.

– И что? – попробовал успокоить меня Александер. – Мне порой такое снится… Местами даже эротич… – он замолк, поймав недобрый взгляд Бродяжки. – Ну, что ты! Мне только ты снишься. Но как… Ммм… Ты там такое… – Бродяжка погрозила ему кулаком и он заткнулся.

– А что ещё было странного – в том сне? – Тоном ведущего допрос спросила Ариша.

– Всё было слишком натурально. И память – обычно во сне ты главный герой, а тут я словно попал в чужую голову. В совсем чужую, понимаете? Там всё другое было – язык, одежда. Всё!

– Очень интересно. А больше тебе ничего не снилось?

– Нет. – Я покачал головой. – Можно я сяду? А то стою тут… Как перед расстрелом.

Ариша кивнула и я направился к столу. Уже подойдя к нему и отодвинув свой стул, что бы усесться я внезапно почувствовал резко нарастающее