Адам & Адам - Глеб Соколов

Кожедуб пожаловался на низкую зарплату, сказал: в последнее время у него назревает конфликт с начальством. Если бы кто-нибудь предложил ему другую работу, не заставил бы себя уговаривать.

Через день вербовщик сам позвонил Кожедубу, предложил встретиться…

Они сидели в маленьком кафе и попивали через соломинку фруктовый коктейль.

— Одна немецкая фирма, — проговорил Семенов, — принадлежащая на паях мне и одному человеку-дьяволу, хочет нанять начальника службы безопасности. Будет трудиться в нашем российском филиале. Но для прохождения собеседования необходимо лететь в Германию. Поедем вместе…

Так Кожедуб вновь оказался в маленьком, славном своей средневековой архитектурой городке.

66

В Северной Африке. Вилла Великого Исследователя. Вспоминает Кожедуб

Наконец хриплым голосом человек заговорил:

— С пленниками в «загоне» (так он выразился) творится что-то невообразимое. Мы, стражи, ко многому привыкли… Такого не видели ни разу: люди-дьяволы враз посходили с ума.

— В чем это выражается? — Иван сел на кровати.

— Их обуял чудовищный ужас.

— Они боятся пыток и истязаний!..

— Нет. Ужас наводит находящееся вовне… За стенами… Так звери ведут себя перед землетрясением… Знаете, как в их религии называется дьявол?..

Кожедуб молча ждал ответа.

— «Тот, кто идет нам на смену»…

— А бог?..

— У них нет бога!.. Только дьявол. Дьявол в их религии — самый главный бог. От него зависит все!..

67

Уже находясь в международном аэропорту в ожидании посадки на рейс, Кожедуб получил звонок от сагеновского начальства. И следом позвонил Норицын.

Семенов поселил Кожедуба в частном пансионе, а сам исчез. В течение двух дней Кожедубом никто не интересовался. Хозяйка странно косилась на крепкого постояльца, спускающегося вниз только на завтрак, обед и ужин. Кожедуб усиленно размышлял: что-то во всем этом ему не нравилось. Болтаться по городу и смотреть на рожи «новых вандалов» и теозоологов не хотелось. Пару раз под видом родственницы позвонила сотрудница САГЕН. Обменялись условными сообщениями. Астахов настаивал: все в порядке, действуй дальше… Под конец второго дня в номер заявился незнакомый человек: в хорошем костюме, на пальце перстень с большим бриллиантом…

— Я являюсь представителем тайной организации людей-индиго, — без обиняков признался обладатель перстня. — Предлагаю вступить…

— Какой мне смысл?.. — проговорил Кожедуб.

— Движение людей-дьяволов на подъеме, с вами ли, без вас — мы завладеем миром. Госслужбой все равно не проживете. А у нас помимо «морального удовлетворения» вся деятельность хорошо оплачивается.

— Хорошо, я согласен…

— Вот и отлично… Не люблю, когда для виду ломаются. Короткое предложение — быстрый ответ!.. Сейчас мы готовим в Африке серьезную операцию. Требуются людские ресурсы. Народа, признаться, катастрофически не хватает…

— А я думал, в мире полно людей-дьяволов…

— Это так!.. И очень многие состоят в наших рядах. Но в массе они серьезные профессионалы. Отвлечься от дел, поехать на другой континент — проблематично. К тому же нужны именно такие, как вы, — люди, владеющие оружием, с хорошей физической подготовкой…

Поужинав бобами с мясом и жиденьким кофе, Кожедуб вернулся в палатку. Сумка его валялась нетронутой на прежнем месте. На двухъярусных кроватях уже спало несколько человек. Старшего не было. Скинув с себя уже пропотевшую форму, Кожедуб завалился на пахнувшую какими-то травами постель…

Когда он уже спал, полог палатки приоткрылся. Сквозь небольшую щель внутрь ударил тоненький лучик фонарика, пробежал по спящим, на мгновение коснулся лица Кожедуба, тут же потух.

Этого было достаточно: Саша Оболенский узнал лучшего агента САГЕН. Впрочем, нужды в этом не было: кто есть кто, в тайной организации людей-дьяволов знали с самого начала.

Оболенский выдал им главное — предательство Мандарина и план Бухенвальда.

68

Глухие сильные удары разносились по дому. Но и дверь была прочна — западная продукция: коробка из специальной стали, сейфовый замок. Металлическое полотно легко выдерживало пистолетный выстрел.

— Откройте, Леон, мы вас вычислили!.. — прокричал человек по-английски с сильным акцентом.

Нервы Артуро напряглись до предела. Но самообладания не потерял. Заранее был готов к тому, что его станут разыскивать.

— Я не знаю вас!.. Не открываю каждому, кто стучится!.. — голос его прозвучал хрипло. Ученый тянул время.

Опять удар.

— Откройте, или мы подожжем дом!.. Со всех сторон наши люди!.. Хуже будет!.. Вы — на нашей территории…

Экран системы видеонаблюдения показывал людей в форме. «Это не армия… Наверняка — эскадрон смерти Нгамбези».

— Ладно… Я открою… Подождите, схожу за ключами!..

— Не тяни время!.. Что ты там прячешь?!.. — рявкнул офицер.

Последних фраз ученый не слышал. Он уже был на пути в одну из комнат, где специальное устройство открывало замаскированный в полу люк. Но бежать Леон не собирался…

69

Когда Кожедуб, разбуженный горном, умывался теплой, противно пахнувшей водой, лагерь покидала первая партия людей… Они тоже прибыли накануне. Как объяснил Кожедубу старший по палатке, отправлялись в самый дальний лагерь, — расположен в джунглях глубже остальных.

Людей разбудили затемно, покормили завтраком, нагрузили всевозможным снаряжением. Под руководством опытных проводников с первыми лучами солнца ушли в чащу.

Следующей, не намного позже, должна отправиться партия Кожедуба. Ей тоже предстоял немалый ход через тропический лес, но цель — лагерь — была расположена гораздо ближе…

Всего таких лагерей в джунглях было разбито несколько, и количество их стремительно увеличивалось.

Позавтракали и уже было начали собираться в путь… Вдруг за колючкой пробежала волна какого-то беспокойства.

На территорию въехал армейский открытый джип с какими-то людьми. Почти уже готовой к выходу партии велели оставить мешки и ящики, построиться в шеренгу.

Перед строем пробежал, давая указания, белокожий человек — Кожедуб узнал Джейсона Филипса — запомнил его по фотографии. Потом вынесли маленький столик, стул. На него уселся темнокожий офицер-дьявол. Вызывали по списку людей из строя, уточняли данные. Выдавали какие-то таблетки и заставляли тут же проглотить. Все, кого вызывали, были исключительно дьяволами.

Принесли ящики. Раздали автоматические винтовки последней модели американского производства, боевые патроны. Тут же в лагере на специально оборудованной площадке немного поупражнялись в стрельбе, чуть-чуть попривыкли к незнакомому оружию. Инструктор на пальцах объяснил разноязыкой толпе основные моменты — как разбирать, как чистить… Затем спешно навьючились мешками, подхватили окованные железом ящики, энергично двинулись в джунгли. Впереди вместе с проводниками шли несколько человек с огромными, чудовищно острыми тесаками-мачете для прорубания дороги в особенно густых зарослях.

Через джунгли продирались целый день с несколькими короткими привалами. Ели прямо из банок консервы, грубо взрезая жесть кинжалами, выданными вместе с автоматическими винтовками. Кожедуб долго рассматривал изображенную на рукояти эмблему: черный круг и в центре топор с капающей кровью. Чем-то напоминало норицынскую символику.

Как раз к наступившей темноте добрались до цели…

Небольшой лагерь располагался на расчищенной площадке посреди совершенно непролазных джунглей. Внутри все было оборудовано толково: палатки, кухня… Маленький генератор давал электричества на несколько лампочек.

За колючей проволокой царила нервозность.

Прибывших построили, разбили на отделения. Тут же, по составленным ранее анкетам, имевшимся у старшего партии, назначили кандидатов в командиры. Кожедуб — среди них.

Затем кандидатов отвели на специальную площадку. Несколько инструкторов в довольно жестком режиме провели тестирование: владение искусством рукопашного боя, меткая стрельба. Не все показали одинаковый результат, но офицер-дьявол с удовлетворенным видом показал — хорошо, годится!.. Кожедуб понял: проверка — формальная. Кто будет командиром, а кто рядовым — решено заранее. Может, до того, как люди прибыли в Африку.

Опять раздали медикаменты. Видимо, против «синдрома людей-дьяволов». Кожедубу офицер-дьявол поначалу тоже выдал две сине-красные капсулы с порошком. Затем, внимательно вглядевшись в него, забрал обратно.

Всех распустили. Перед ужином был объявлен короткий отдых.

Не успел Кожедуб разлечься на узкой металлической кровати, в палатку вошел в сопровождении переводчика, говорившего по-немецки, темнокожий офицер-дьявол.