Москва закулисная - 2 - Мария Райкина

действительно дал распоряжение оповестить всех заранее, что каждый четверг, в семь часов вечера будет концерт симфонической музыки. И что туда идет Алиев. Приходили все. Многие брали жен, детей, но не всем это было по душе.

Я помню, как однажды в филармонии (обычно я сидел на балконе со своей покойной супругой и рядом - члены руководства республики) супруга толкает меня: "Смотри..." Смотрю: один из заместителей председателя Совмина спит, храпит тихонько. Естественно, я сказал, чтобы его разбудили. Потом, когда мы вышли, жена мне говорит: "Ну зачем ты их мучаешь? (Смеется).

- Действительно, осчастливить против желания - нельзя.

- Я мучил, потому что видел в этом смысл: помучается, но, однако, что-то поймет.

Он уверен, что культурный террор среди чиновников и партийцев, кстати, им первым введенный на территории бывшего СССР, принес свои результаты. После выступлений серьезной музыковедши, специально выписываемой из Москвы для лекций о русской и зарубежной симфоклассике, в головах госмужей кое-что осело.

Тем более что от пристрастия президента Азербайджана к симфонической музыке выгоду поимели все, кроме отдельных тупых чиновников.

- Я сейчас установил самую высокую зарплату в Азербайджане для симфонических оркестров по сравнению с государственными служащими, - говорит Гейдар Алиев. - Выделил сто тысяч долларов для приобретения новых инструментов. Если не хватит, я дополнительно выделю из нашего резервного фонда.

Филармонию, куда стадами загоняли чиновников, - самое красивое здание в Баку - поставили на капремонт. Ростропович, активно работающий на свой политический имидж, сказал Алиеву, заботящемуся о своей культурной репутации: "Я-то здесь выступаю, в таком большом зале, в президентском дворце, а мне хотелось бы в филармонии". На что Алиев ответил: "К следующему вашему приезду филармония будет готова".

Сказал и сделал.

В политиках ужасно интересна та зыбкая граница, за которой заканчивается их культурное естество и начинается имидж. Что правда? А что тут притворство? Какая школа в действии - переживания или представления? С одной стороны, президенту Алиеву по сравнению с его политбратьями прикидываться культурным нет особой необходимости. Он всегда был культурно продвинут: в детстве играл в драмкружке, рисовал, мечтал о карьере художника и даже закончил архитектурный институт. В последнее время даже запел, и это приписывают влиянию его супруги, прекрасно играющей на рояле. Однако кривая судьбы увела его с творческой на политическую дорогу через двери органов госбезопасности.

С другой стороны, как опытный игрок Алиев понимает, что политик без имиджа все равно, что солдат без ружья. И за имиджем просвещенного монарха он ухаживает как за экзотическим капризным растением. Раз в неделю, а то и чаще посещает драмтеатр, балет, симфонические концерты и концерты знатных гастролеров из России, которые потянулись в Баку стаями.

Алиев в театре - это отдельный спектакль. Здесь он имеет привычку, во-первых, в антракте не замыкаться в директорском кабинете, а выходит к народу. Народ, видя доступность президента и его культурную просвещенность, естественно, записывает ему очки. А также потрясенный простотой власти, делает заявления, на которые и рассчитывает президент. Вроде этого: "Для нас, интеллигенции, главное - это культура. А то, что не хватает на одежду, на питание - мало интересует. Важнее то, что вы создаете условия и мы имеем возможность встречаться с разными знаменитостями".

- А как насчет одежды и питания для непритязательной культурной интеллигенции?

- Вот у нас есть капелла хоровая. Люди там работают по многу лет и, несмотря на низкие зарплаты, не уходят. Я думаю установить более высокие ставки для них. Я установил пятьдесят персональных стипендий для деятелей культуры - один миллион манат нашими деньгами. Это больше двухсот пятидесяти долларов.

После спектакля, на котором побывал президент, начинается другой закулисный. Гейдар Алиев в окружении охраны поднимается к артистам и, как свидетельствуют очевидцы, делает устный разбор спектакля. Говорят - весьма точный, как будто он не президент, а критик. Но он не критик, а президент, и это обстоятельство определяет ту непростую ситуацию, когда замечания власти либо с достоинством выслушиваются, либо принимаются как руководство к действию по принципу "царь велел". Но это, скорее, на совести царского окружения.

Из него получился бы хороший актер. Неизвестно, был бы он заслуженный или народный, но актерской техникой Алиев владеет абсолютно. Выразительный взгляд, от которого мурашки по коже, лаконичный жест, концентрация на партнере. И, конечно же, пауза, которая, как известно, чем длиннее, тем артист больше. Исходя из этого, можно утверждать, что Гейдар Алиев серьезный лицедей. И выйди он на профессиональную сцену, неизвестно, какой вид имели бы рядом с ним обученные в театральных школах мастера.

Любопытно, что некогда мечтавший стать художником Гейдар Алиев из всех искусств выделяет почему-то балет.

- Значит ли это, что Азербайджан в области балета впереди..?

- Я здесь думал о национальных кадрах. Потому что психология азербайджанца такова: своих дочек отдавать в балетную школу не то чтобы неприлично, но не принято. Ну как она пойдет ногу поднимать? Зачем? Национальные танцы в черкесках и сапогах - это да. А без брюк, в трико - это никак. Я думал - что делать? Много у нас талантливых детей. Построил большое здание хореографического училища с пансионатом, общежитием, блоком питания, имея в виду, что будем отбирать одаренных детей из разных областей республики. И специально контролировал строительство. Когда уехал в Москву, она еще не была достроена. Через год я вернулся, в свой отпуск посетил стройку и добился того, чтобы все было готово.

Закалка старого партаппаратчика приучила его жить по принципу "муха не пролетит" и "доверяй, но проверяй". Если так дело поставлено у него на культурном фронте, могу себе представить, как у него обстоят дела на фронте политическом. Но, очевидно, в стране, развращенной соцбезответственностью коллективизма, это может быть единственное проверенное средство держать власть и контролировать ситуацию.

Вещи, необъяснимым образом проскочившие мимо него, способны вывести президента из состояния спокойной государственной уверенности. В чем я и убедилась, спросив Гейдара Алиева, "а знает ли он, что для последнего приезда учеников Ростроповича в Баку учителя музыкальной школы имени Ростроповича собирали деньги для приема?" Тень набежала на лицо президента.

- Это дезинформация. Ростропович был один. Даже без виолончели. Мастер-класс вел в нашей музыкальной академии, а когда закончил, организовал концерт учеников. Я разберусь.

Брови удивленно приподнялись и сдвинулись в сторону помощницы, стенографирующей нашу беседу. После моего отъезда по факту денежной инициативы учителей была устроена разборка на государственном уровне, и виновники (те, что не доложили вовремя) понесли в особо крупных моральных размерах.

Существенный штрих к портрету - как Алиев говорит. А точнее, как может говорить в свои годы. Он говорит без бумажки, без перерыва на глоток воды, без помощника по культурным вопросам и подолгу.

Для артистов он способен сделать исключения. Несколько лет назад он отменил почетные звания, справедливо полагая их социалистическим пережитком. Но если пчеловоды, виноделы и зоотехники согласились продолжать свое дело без наклейки "почетный", то для деятелей культуры лишение званий оказалось трагедией. Президент был вынужден реанимировать звания:

- Этим я подчеркнул, что художники, артисты и поэты - профессии особенные. А культура у нас в почете.

Каким бы запахом коммунистических лозунгов ни отдавало это высказывание, культура и ее деятели в Азербайджане остаются в относительном моральном и материальном порядке. Порядок особенно ощутим в сравнении с экс-республиками Востока, где зарплаты в театрах исчисляются двумя десятками долларов, а творить художники (артисты, музыканты) вынуждены в условиях, приближенных к фронтовым: без отопления, без электричества и воды.

В отличие от руководителей других восточных (в особенности азиатских) республик президента Алиева пока не постиг синдром канонизирования за его заслуги перед культурой. Во всяком случае, алиевскими изображениями в фас и профиль пока не украшены дензнаки республики - манаты. Зато свое живописное поклонение в Баку торжественно приволок художник Никас Сафронов, которому для вдохновения и дела необходимо быть возле сильных и известных мира сего. Однако портрет Гейдара Алиева работы Сафронова кабинет президента не украсил.

- Вы мечтали стать художником и даже закончили архитектурный институт. Каким бы вы сегодня нарисовали портрет президента Алиева?

- Я никогда не думал, что мне зададут такой вопрос. С того времени, когда я учился, прошло почти шестьдесят лет. Но интерес к искусству сохранился особый. Я всегда любил реалистическое искусство. И предпочел бы быть на фоне пейзажа - горного или морского. Но среди людей. Только не в кабинете. Кабинет я не очень люблю.