Преступление без смысла (СИ) - Потёмкин Сергей

Глеба кольнуло холодом:

— Какой газ?..

Коротов вздохнул и взял ферзя:

— Ты и твои друзья — хорошие люди… Лучше тех, кто меня окружают. Жаль, что мы встретились врагами, Глеб Шустов.

Его большой палец нажал на шарик, венчавший фигуру ферзя. Раздалось шипение. Глеб дёрнул руку к рычагу на подлокотнике, но не смог до него даже дотянуться.

Потом перед глазами всё поплыло.

Глава 15

«Ключ» и Портал

Глеб слышал чей-то голос — вроде рядом, но притом далеко. Оно и понятно: он ведь нырнул в озеро и достал до самого дна. Рядом качались водоросли, вдалеке мелькнула рыбёшка. А голос звучал на берегу и едва пробивался сквозь воду.

Потом Глеб вспомнил, что он не может ходить и ни в какое озеро не нырял. Голос сразу стал отчётливее, грубее… Будто снял маску, обличённый болью воспоминаний.

Глеб застонал и открыл глаза.

Он сидел в своём кресле — впрочем, где же ему ещё сидеть? Откуда-то лился тусклый свет, как от слабой лампочки. Жмурясь, Глеб услышал шум двигателя, а потом голос Монгола:

— Идиотская была затея, с самого начала…

— Никто и не спорит, — а это уже сказал Вадим Сергеевич. — Но мы хотя бы попытались.

— Детей только зря втянули, — бросила госпожа Сайто, а Эми в ответ проронила:

— Мы же сами согласились… Глеб?..

И снова госпожа Сайто:

— Кажется, он очнулся.

Глеб протёр глаза:

— Я уже не сплю… Где мы?

— В кузове грузовика, — угрюмо доложил Монгол.

— Ты вдохнул какой-то газ, — сказал Вадим Сергеевич. — К счастью, доза была небольшой.

Глеб попробовал сесть прямо. По телу разлилась слабость, руки налились свинцом. Голова невыносимо раскалывалась.

— Долго я был без сознания?

— Почти час, — сообщил Монгол. Он сидел на скамье, тянувшейся вдоль стены кузова. Маску маг снял (или ему в этом помогли), и Глеб понял, что его избили: под глазом синяк, губы разбиты. Судя по содранным на руках костяшкам, Монгол дал сдачи, но это явно не помогло.

Глеб прижал ладони к вискам: в мозгу будто постукивало. Пахло ржавчиной, мысли казались вязкими — сквозь дурноту не мог пробиться даже страх.

Он осмотрелся. Вдоль стен скамьи: на одной — законодержцы, на другой — Эми с вдовой посла. Все без масок. Здесь же Баюн в обличье ворона, а на его лапе блестит маленькое кольцо.

Дух заметил взгляд Глеба и пояснил:

— Я не сам надел его, ясно? Охранники поместья совсем страх потеряли — окольцевали меня, как какого-то голубя!

— Нас ждали, — сказал Вадим Сергеевич.

— Чепуха, — буркнул Монгол, — никто не ждал нас… просто охрана не расслаблялась. Недооценили мы их.

Госпожа Сайто поморщилась:

— Можете не терзаться — мы все знали, на что шли.

— А я вот не знал! — сварливо возразил Баюн. — Где это видано, чтобы в безобидного духа стреляли иглами? В меня пульнули иглой с какой-то отравой, я свалился в кусты, и всё — занавес… Когда очнулся, увидел кольцо.

— Ограничитель, — проворчал Монгол.

— Да без разницы, как оно зовётся! Из-за него ни перевоплотиться нельзя, ни к магии прибегнуть! Может, вы наконец его снимете?

Вадим Сергеевич помрачнел, хотя и так уже был хмурым:

— Чтобы снять ограничитель, нужна лаборатория… Извини, но мы бессильны.

С его слов Глеб понял, что схватили их одновременно. Госпожу Сайто, Эми и законодержцев попросили выйти из зала. Охранники проверили их ауры; Монгол пытался воспротивиться, но итог был предрешён.

Глеб взглянул на стену:

— А если пробить её с помощью магии… ах, да, мы же пили античар…

— Если бы и не пили, — сказал Вадим Сергеевич, — ничего бы не вышло — в кабине защитные амулеты.

Вот теперь Глеб испугался.

Куда и зачем их везут? И какой смысл Коротову оставлять их в живых? Если их не прикончили, то отнюдь не из милосердия… Возможно, они сто раз пожалеют, что не мертвы.

Эми прижалась к госпоже Сайто, та приобняла её и что-то сказала. Глеб огляделся в поисках окошка, но его не было: лишь ржавые стены да выступы-скамьи.

На них даже наручники не надели, потому что они беспомощны — маги, переставшие быть магами.

Вскоре грузовик остановился; раздались шаги, снаружи заскрипело. Двери открылись, внутрь ворвался свет фонаря.

— Все на выход, и без глупостей! Эй, спиритус!..

— Чего? — отозвался Баюн.

— Улетишь дальше, чем на тридцать метров — и тебе конец.

— Вы такие меткие, что подстрелите меня в полёте?

— Один раз тебя уже подстрелили, — хмыкнул охранник. — Но теперь нам и стрелять не придётся: полетишь за подмогой — и ограничитель тебя прикончит.

Законодержцы вышли первыми и спустили Глеба, за ними выбрались Эми с госпожой Сайто. Баюн вылетел последним.

Их ослепило: рядом стоял второй грузовик с включёнными фарами. Но глаза привыкли к свету, и Глеб понял, что они на пустыре. В уши ударил рёв — на асфальтовую площадку въезжали грузовики с фургонами. Глеб насчитал десять машин прежде, чем те закончили прибывать.

Госпожа Сайто вдруг застыла, и Эми встревожилась:

— Что с вами?

— Коичи создал ментальную нить, — прошептала вдова посла. — Спрашивает, где я… А я понятия не имею, где мы!

— Опишите это место, — тихо бросил Монгол.

Глеб смял полу сюртука; что тут описывать? — пустырь и пустырь… Мало ли в Близборе пустырей? И портал сюда не открыть: мешают амулеты охранников…

Но если Коичи сумеет понять, где они, и прилетит, то шанс спастись у них точно будет!

Заметив сверху огонь, Глеб поднял глаза к небу. Оказалось, в нём кружили саламандры, следившие за окрестностями. Духов огня было не меньше дюжины.

Гул смолкал, из кабин выпрыгивали люди Коротова. Глеб пытался понять, что они делают, но мешали фары.

Потом стало ясно, что из фургонов кого-то выводят.

— Нейтралы… — сказал Вадим Сергеевич. — Здесь все, кого похищали, чтобы создать «Ключ».

Глеб пригляделся: из грузовиков выводили людей в серых робах, и те безропотно шли. В одной из групп был Фултон — иллюзионист, пропавший в Риме, в другой — Чонган Лоу… Где-то здесь наверняка был и Стрепетов.

Но что за обручи на их головах… да ещё и с зеркальными бусинами?..

— Что с ними сделали? — прошептала Эми.

— Подвергли ментальному воздействию первого уровня! — донёсся чей-то знакомый голос.

Повернувшись, все увидели Коротова, спрыгнувшего с подножки грузовика. Его костюм почти скрыли амулеты: звёзды из серебра, клыки животных (или спиритусов), медальоны с рунами… Коротов походил на новогоднюю ёлку, наряженную человеком с дурным вкусом.

Будто извиняясь, он окинул себя взглядом:

— Это чтобы приместиться в Лесовье, когда сработает «Ключ»: слабый маг вроде меня без побрякушек не справится. А о них не волнуйтесь, — он глянул в сторону нейтралов. — Когда всё закончится, они вернутся к прежней жизни… Впрочем, жизнь в этом мире прежней уже не будет.

Монгол сплюнул, и Коротов усмехнулся:

— И это вместо «спасибо»? Вы ведь всё ещё живы.

— Спасибо? — скривилась госпожа Сайто. — И на каком языке? Я знаю три, но на ум ничего не приходит.

Коротов отвлёкся, крикнув своим людям:

— Что вы там копаетесь — тащите прибор сюда! — потом он вернулся к разговору: — Вы пришли в мой дом, чтобы похитить мою дочь, верно? Не отвечайте — и так ясно, что по-другому мне не помешать. И, зная, что вы собрались сделать, я сохранил вам жизни — хотя мог поступить и иначе.

Эми неожиданно вышла вперёд:

— Иначе — это как с моим братом?

— Который чуть не обокрал меня? Кстати, я приказал лишь привести его, когда понял, кто стоит за кражей. Но твой брат испугался моих людей: побежал, выскочил на перекрёсток… — Коротов развёл руками. — Можешь не верить, но никто не виноват в его смерти. Я и не думал убивать его — хотел лишь допросить.

— Угу, — буркнул Монгол, — а после допроса отпустить домой.

— Стерев часть памяти, — миллиардер взглянул на Эми. — Твой брат забыл бы о «Ключе», но остался бы жив… Да и вас никто трогать не собирается.