Звездная долина - Стив Виттон

— Тех сердец, что вырывали из груди девушек монстры? — переспросила Зара.

Ее собеседник кивнул.

— Значит ли это, что Измаил Турлак не мертв? — продолжила этот странный допрос Зара. — Это ты — Измаил Турлак?

Еще один кивок.

— Да. Таково мое настоящее имя, — ответил облаченный в алую мантию предводитель секты. — Но ты, Зара, знала меня под другим.

С этими словами он откинул капюшон: пред Зарой стоял молодой мужчина с правильными чертами лица, твердым подбородком, проницательными карими глазами и щегольской бородкой. По виду — ловкий кавалер, куртуазный придворный, дамский угодник. Подобного человека легко было представить стоящим у трона короля, но отнюдь не в Штернентале с его седобородыми старцами. Но Зара видела этого человека не в Хоэнмуте и не в Штернентале, а в крохотном Мурбруке, посреди бескрайних болот.

— Грегор?! — изумленно выдохнула Зара.

Ее сердце словно сжало ледяным кольцом. Она не хотела верить своим глазам. Этого не может быть! Этого не должно быть! И все же это было правдой. Про себя Зара прокляла свою человеческую душу, которая оказалась такой слабой, такой легковерной, такой уязвимой. Сейчас все ее тело дрожало от предательской слабости, и она едва удерживала в руках мечи. Ей хотелось бросить их, убежать поглубже в лес и там разрыдаться. За долгую жизнь Заре нередко случалось брать себе любовников из смертных людей. Но всегда это были ни к чему не обязывающие отношения — Зара брала то, что ей было нужно: несколько секунд расслабленности и забвения — и уходила. Не прощаясь. Но с Грегором ей впервые захотелось чего-то большего. Ей показалось, что этот отважный, сдержанный мужчина сможет стать для нее чем-то большим, чем еще одним безымянным любовником. Если бы она знала тогда! Почему, во имя всех богов, ее хваленая интуиция на этот раз промолчала?!

— Это не можешь быть ты, Грегор! Скажи, что это не ты! — пролепетала она, как глупая крестьянская девчонка, которую обманул городской ухажер.

А он в ответ рассмеялся. Искренне и беззлобно, словно ситуация представлялась ему забавной и нелепой — не более того.

— Это я, Зара, — ответил он мягко и дружелюбно. — Или, вернее, Измаил Турлак.

— Нет-нет! — Зара еще не могла оправиться от потрясения, не могла даже рассердиться на себя и на того, кто так ловко ее провел, — разочарование и горечь были слишком велики, и они вытеснили все остальные чувства. — Зачем же тогда…

— Затем, что он — мерзкая свинья! — глухо сказал Фальк за ее спиной. — Потому что он не человек, а свинья. Мерзкая свинья, которая любит валяться в дерьме.

Фальк тоже было огорошен, обижен и, в отличие от Зары, рассержен так, как никогда прежде. Конечно, его чувства не шли ни в какое сравнение с чувствами Зары, и все же он привык видеть в графе Грегоре союзника, и мысль о том, что именно Грегор виновен в гибели девушек в Мурбруке, привела его в бешенство. Пару дней назад Фальк, не раздумывая, кинулся бы на Грегора с кулаками. Сейчас же он понимал, что ему вряд ли удастся одолеть в кулачном бою Измаила Турлака. И все же Фальк не сомневался, если ему предоставится хоть малейшая возможность, он убьет предателя.

А Джэйл по-прежнему не понимала, что происходит. Она пробыла в Мурбруке совсем недолго, видела графа Грегора лишь мельком и потому попросту не узнала его.

— О чем вы говорите? — спросила Джэйл, обращаясь к Заре и Фальку. — Что это за парень и откуда вы его знаете?

Зара не могла собраться с духом, чтобы ответить, — каждое слово причиняло бы ей страшную боль. Но Фальк лучше владел собой.

— Это ландграф Грегор д'Арк из Мурбрука, — сказал он мрачно. — Он там всем командовал… Организовал охоту на бестий. Мы думали, что он наш друг. И Зара… она… — Он замолчал и смущенно покосился на вампиршу.

Граф любезно избавил его от затруднений.

— У нас с Зарой было одно… совместное приключение, — сказал он все с той же беззаботной улыбкой. — Да, я думаю, лучше всего назвать это так. Совместное приключение. Ты согласна, Зара?

— Для меня это значило больше, — тихо сказала вампирша.

Она сама не ожидала, что произнесет такие слова. Но обман, который совершил Грегор, был столь чудовищным, что в его присутствии она просто не могла лгать, ведь это означало бы уподобиться ему. То, что он ее обманул, было даже не так важно, но то, что он предал собственных людей, не укладывалось у нее в голове. Рыцарь не должен поступать так. Этот принцип Сара фон Ланштейн впитала с молоком матери и, даже став вампиршей Зарой, не отказалась от него. Рыцарь может быть жесток с врагом, но он не может вести себя вероломно по отношению к тем, кто идет за ним.

Грегор снова рассмеялся:

— Если и так, то ты никак это не показала, Зара. Должен признаться, ты хорошо умеешь скрывать свои истинные чувства. Я провел с тобой одну из лучших ночей в моей жизни. А потом ты вскочила, натянула одежду, облачилась в доспехи и бросилась в погоню за бестией, не удостоив меня даже взглядом. И позднее ты уехала из Мурбрука, даже не попрощавшись со мной. Мне такое обращение показалось, мягко говоря… прохладным.

— Возможно, вы не угодили ей чем-то… — язвительно улыбнулся Фальк. — Возможно, вам следовало больше… стараться…

— Мне так не показалось, — пожал плечами Грегор, не отрывая взгляда от Зары. — Так или иначе, моя дорогая, но я не могу забыть ни твоих волос, ни кожи…

— А я не могу забыть, как ты лгал мне, — сказала Зара все с той же искренностью. — О своей бывшей жене, о мертворожденном сыне, о том, как горе заставило тебя скрыться в Мурбруке. Все это было ложью.

Грегор покачал головой:

— Не совсем так. Это было правдой, но случилось чуть раньше, двести с лишним лет назад. С тех пор раны затянулись. И в Мурбрук я приехал с другой целью — что правда, то правда.

— Ты был там, чтобы помогать Сальери, — продолжила за него Зара. — Чтобы проследить, что все идет как надо, и получить двенадцать сердец девственниц для ритуала.

Грегор д'Арк кивнул:

— Все так и было. Ты не просто фантастическая любовница, Зара, ты еще и чертовски сообразительна.

— Используя магический портал, он мог навещать любые города и области Анкарии. Он оказывался всюду, где пропадали девственницы. Он был не только в Мурбруке, — добавила Джэйл, — и всегда возвращался в Штерненталь, где переманил на свою сторону Годрика. С таким союзником он мог не опасаться разоблачения.

— Вы также совершенно правы, — согласился Грегор. — Но, к сожалению, хоть я и люблю поговорить о себе, сейчас мы не можем продолжать нашу чрезвычайно интересную и содержательную беседу. Время не ждет.