Время выживать - Крис Сойер

Джонсу. Обычно, он не звонил первым, не решаясь беспокоить Леви, но сейчас все закрутилось слишком сильно. Конечно, Леви разозлится и скажет, чтобы он сам решал проблемы, но поставить его в известность надо, да и он может прислать людей и машины.

А сейчас Капитану надо было немного отдохнуть, он хотел поспать хотя бы пару часов. Ведь неизвестно, что будет утром, зрители будут очень недовольны тем, что по-прежнему темно и не работают камеры.

Внезапно Капитану пришла в голову мысль, что и силовой щит теперь не работает, он же тоже зависит от электричества. Теперь все люди были в опасности. Надо будет предупредить всех утром, чтобы они не выходили за периметр, а пока он сказал охране, чтобы они были более внимательны.

Возможно, кто-то захочет дальше оставаться на острове, а кто-то решит, что шоу закончилось и потребует вызвать самолет, но мистер Джонс вряд ли это одобрит. Он же хочет, чтобы шоу шло без вмешательства охраны. Главное, чтобы дети не напали на эти здания, охраны здесь не так много, а зрители в большинстве своем изнеженные люди, не привыкшие держать оружие и в принципе не умевшие драться. Да и оружия не так много, чтобы раздать его всем. Надо будет утром высказать все это Леви, пускай он присылает самолет и вывозит людей, которые захотят.

Капитан вышел на улицу, он весь день провел в душном здании, решая разные вопросы, и теперь ему захотелось глотнуть свежего воздуха. Прохладный ветерок освежил разгоряченное лицо Капитана, одновременно с этим оглушив его разными ночными звуками.

Силовой щит сдерживал еще и звуки, а теперь они проникли к зданиям, которые стояли прямо рядом с лесом. Капитан стоял, оглушенный криками ночных птиц и рычанием зверей. К нему тихо подошел охранник:

— Капитан, вы бы не стояли тут, все-таки опасно.

Мужчина вздохнул, наполняя воздухом легкие, и ответил:

— Да, ты прав, Билли, спасибо, что предупредил.

Парень немного помялся, потом спросил:

— Правда, что уже две группы не вернулись? Дэни и Мэнси не вышли на связь.

Капитан устало посмотрел на собеседника.

— Да, за эту ночь мы лишились двух машин, двоих командиров отрядов, двух электриков и еще шести солдат. Наше начальство будет очень недовольно, так что можете все подыскивать новую работу. Только смотри, чтобы зрители про это не узнали. Ты меня понял?

Лицо охранника вытягивалось от удивления, по мере того, как говорил Капитан. Он не думал, что все так серьезно.

— Да, Капитан. Что вы будете делать?

— Я не знаю. Билли, если выживу, то уеду в тихое место с семьей, — неожиданно откровенно ответил мужчина.

Билли сочувственно посмотрел на Капитана и отошел в сторону, не зная, что ему сказать. Мужчина пошел в здание, скоро утро, зрители будут требовать от него продолжения шоу, а Леви будет рвать и метать. И все-таки, почему не отвечает его жена, его Мари, неужели с ней что-то случилось?

***

Томаш лежал на земле уже целую вечность, наступало утро, костер погас и парень замерз. А зверь улегся рядом и положил голову на передние лапы, он не был похож ни на одного из знакомых Томашу животных. Парень мысленно называл его Зверем, с большой буквы.

Он был больше льва или медведя, с красивым, отливающим серебристым мехом. Желтые глаза Зверя были красивые и умные, они внимательно смотрели за Томашем, когда тот поднялся с земли и подошел к костру, чтобы пошевелить его. Зверь ничего не сделал, но когда в воздух взметнулись искры костра, немного отодвинулся подальше от огня.

Томаш развернулся от костра и посмотрел на Зверя, ему по-прежнему было страшно, но уже не так сильно, как ночью, когда он только увидел Зверя. Он устал бояться, нервы были на пределе.

— Почему ты не ешь меня? Ты ждешь, пока проголодаешься? — обратился он к Зверю.

— Ты понимаешь, что мне страшно? Я здесь один, я хочу домой. Давай, ешь меня, и все это закончится, — уже закричал Томаш.

Огромный зверь посмотрел на парня слегка удивленным взглядом и облизнул зубы розовым языком. Томаш ничего не мог понять, он пожал плечами и сел у костра. Сегодня спать он уже не будет, но ночью идти смысла нет, слишком темно для этого.

Незаметно для себя Томаш задремал, когда он проснулся, уже рассвело, и лес постепенно оживал после сна. Щебетали птицы, солнечный свет разливался по листве, где-то проскакал заяц, но Зверя нигде не было. Сначала Томаш подумал, что ему это приснилось, но потом он нашел его следы на земле и следы от когтей. Что это было, подумал парень, почему он ушел и ничего мне не сделал?

Томаш растерянно окинул взглядом кусты и деревья, но, конечно, не увидел там Зверя. Может он в первый раз видел человека и решил узнать, что я за существо? Или я для него слишком тощий и ему нужно больше мяса? Парень придумывал разные версии произошедшего, но все же одна мысль не давала ему покоя.

Придет ли он еще? А если придет, то что тогда от него ожидать? А если Зверь будет голодный? Томаш совсем не знал, что ему делать, с ножом он не выстоит против клыков и когтей Зверя. Он его убьет одной лапой, да и почему то Томашу не хотелось с ним сражаться.

Ему казалось, что Зверь очень умный, вот только что ему надо? Парень так и не нашел ответа на этот вопрос, тем временем уже опять наступал вечер. Томаш шел весь день и очень устал.

Он как обычно залез на дерево, чтобы устроиться на ночлег. Когда стало темно, и Томаш уже задремал, внизу дерева опять послышалось рычание. Парень быстро посмотрел вниз, там сидел Зверь и смотрел наверх, прямо в глаза Томашу. Ему стало страшно, но он заставил себя успокоиться, думая, что если бы Зверь захотел, он бы давно его съел.

Томаш не спускался вниз, и Зверь завыл, это был протяжный, какой-то трубный звук, слушая который, хотелось плакать. Томаш сам не заметил, как спустился с дерева и подошел к Зверю.

Он понял, что наделал, только когда оказался очень близко к пасти Зверя. Парень зажмурился, уговаривая себя не бояться, потом осторожно приоткрыл глаз, потом второй. Зверь по-прежнему смотрел ему в глаза, как будто чего-то ожидая.

Томашу вдруг очень захотелось дотронуться до Зверя, он резко выдохнул и потянулся рукой к морде. Она была теплая и слегка шершавая. Томаш смотрел в глаза Зверю, он его уже не боялся. Затем он убрал руку, немного отошел,