Ботоксные дневники - Линн Шнернбергер

— Видите ли, эта идея целиком принадлежала моей дочери, — говорю я, осторожно отодвигаясь от него. — Может, вам все же стоит найти кого-нибудь помоложе? Посексуальнее? Одного с вами возраста?

— Нет, что вы, мне действительно нужна была такая женщина, как вы. — Голос Баулдера совершенно серьезен. — Мне нравятся женщины вашего возраста. Кроме того, вы напоминаете мне мою собственную мамочку. Она такая классная!

— Возможно, как-нибудь мы с вашей матерью вместе пообедаем, — холодно говорю я. — Но давайте посмотрим правде в глаза: у нас с вами никогда ничего не получится.

— Нет, вы ошибаетесь, — возражает он, поглаживая свой рельефный пресс под майкой с надписью «Крутой серфингист». — Вы довольно хорошо сохранились. Мужчине вашего возраста вы должны казаться очень привлекательной. — И он похлопывает меня по заднему месту с такой же нежностью, с какой десятилетний ребенок поглаживает своего сенбернара.

Мое терпение лопается.

— Большое спасибо, но тем не менее я думаю, что лучше вам всем немедленно убраться отсюда. — Я машу руками, словно стараясь прогнать залетевших в дом птиц.

— Невозможно. Вы должны это сделать, потому что это наш единственный шанс.

— Какой еще шанс? — повышаю я голос. — Я вполне довольна своим положением одинокой женщины с ребенком. Мне нравится моя жизнь. Я люблю свою дочь. Я только что отказалась от поездки в Дубай. Я не шучу. Пусть все уйдут.

— Ну пожалуйста! — умоляет он. — Мне это действительно очень нужно. Прошу вас, не отказывайтесь!

В следующий момент нижняя губа Баулдера начинает дрожать, лоб морщится. Неожиданно он становится похож на маленького мальчика, и во мне просыпается материнский инстинкт.

— Вы должны мне помочь, — уныло бормочет он. — Серфинг не приносит никаких доходов, а мой агент говорит, что участие в шоу сделает мне рекламу. — Его по-детски голубые глаза подозрительно блестят, ресницы часто-часто мигают.

В десяти футах от нас я вижу Джен, которая выглядит такой же испуганной. Дочь потрясена тем, что я, вместо того чтобы выйти замуж, собираюсь выйти из себя. А ведь ей так хотелось сделать меня счастливой! Она разработала целый план, как заполучить Баулдера, и, черт возьми, ей это удалось!

Я не могу разочаровать Джен. Не могу, и все. А кроме того, мне совсем не хочется, чтобы Баулдер расплакался прямо здесь, у меня на кухне.

— Ну ладно, хорошо, — сдаюсь я. — Только скажите помощникам, чтобы они не протерли мои полы до дыр.

— Спасибо! — Баулдер снова улыбается. — Я никогда этого не забуду. — Моего согласия участвовать в шоу достаточно, чтобы примирить его с человечеством. Должно быть, ребенком он не доставлял родителям особых хлопот.

— Ну что, Джессика, разве это не сказка? — выкрикивает Минди, появляясь в дверях. — Могли бы вы представить такое в своих самых смелых мечтах? Как это приятно — исполнять желания!

Баулдер нервно посматривает на меня, но я твердо намерена сдержать слово и даже намеком не даю понять, что это свидание — совсем не то, о чем я мечтала.

— Как бы то ни было, пора начинать, — заявляет Минди, прикрепляя к моей блузке салфетку. — Сцена два, завтрак. Декорация готова.

Декорация? Я всегда называла это кухней.

— В своем письме вы утверждаете, что потрясающе готовите, — сообщает Минди, теперь уже возясь с моими волосами. Она подводит меня к кухонному столу и поправляет на моей груди золотой медальон в форме сердечка.

— Это письмо написала не я, — повторяю я как заклинание. — Его написала Джен. Поэтому она тоже должна принять участие в съемках. — Я оглядываюсь в поисках юной любительницы конкурсов и замечаю ее стоящей в дверях с лихорадочно блестящими глазами. — Иди с нами завтракать, — зову я дочь.

Джен тут же подбегает, но Минди хватает ее за руку:

— Не сейчас, милая. Позже у тебя еще будет сцена катания с Баулдером на велосипедах. Нам ни к чему видеть тебя дважды.

Я поднимаюсь из-за стола. Пусть моя кухня всего лишь декорация, но этот дом, в конце концов, пока еще принадлежит мне, и правила здесь устанавливаю я.

— Я хочу, чтобы Джен была со мной, — твердо заявляю я. — Я не собираюсь продолжать съемки без нее.

— Как вам будет угодно, — отвечает Минди. — Но у меня есть предложение получше. — И, поворачиваясь к Джен, она спрашивает: — Хочешь быть моим ассистентом?

— Круто! — выдыхает Джен.

Потерпев поражение, я снова усаживаюсь за стол и только теперь замечаю, что моя кухня поразительно напоминает иллюстрации из журнала «Эль декор». Я переворачиваю одну из чашек вверх дном. Где же я до сих пор прятала посуду из веджвудского фарфора. А ирландскую льняную скатерть с такими же салфетками и хрустальные бокалы от «Коста-Бода»?

— Баулдер, прежде чем мы продолжим съемку, сценарист хочет тебе кое-что сказать, — говорит Минди, указывая на стоящего рядом с ней тощего парня. — Это действительно хороший сценарист. Он имел потрясающий успех в «Последнем герое».

— В «Последнем герое» есть сценаристы? — изумленно спрашиваю я. — Разве это не реалити-шоу?

— Разумеется, это реалити-шоу, — отвечает Минди. — Но разве можно положиться на обычных людей? Они никогда не ведут себя естественно без сценария.

Сценарист, на котором, как и следовало ожидать, очки с толстыми стеклами, черные кеды и не очень чистая рубашка, делает шаг вперед.

— Баулдер, не забывай, твое преимущество перед остальными участниками заключается в том, что ты холостяк, любящий детей, — говорит он, теребя блокнот с пожелтевшими страницами. — Обязательно скажи ей, какой замечательный у нее ребенок. — Он поворачивается к Джен: — Забыл, как тебя зовут, красавица.

— Джен, — с готовностью отвечает она.

Потрясающе! Съемочная группа провела в моем доме не больше часа, а моя одиннадцатилетняя дочь уже откликается на обращение «красавица».

— Правильно! И не забывай говорить комплименты своей избраннице. Скажи ей, что тебе нравятся ее волосы и большие карие глаза. А может, они голубые? Или зеленые? Мне отсюда не видно. Кто-нибудь, посмотрите, какого цвета глаза избранницы!

— Я уточню, — обещает Минди, делая в блокноте соответствующую пометку.

Думаю, им даже в голову не придет спросить об этом меня. Ведь я могу ошибиться.

— Одним словом, скажи что-нибудь о ее глазах, — продолжает сценарист. — Девушки обожают подобные вещи.

Так вот что имеют в виду, когда говорят о мести зануд! Убогий идиот-сценарист рассказывает красавчику с обложки глянцевого журнала, как меня соблазнить!

— И не забывай, что ты выбрал Джесс еще и потому, что она очень хорошо готовит, — никак не может успокоиться Мистер Знаток Женских Сердец. — Это имеет для тебя большое значение. Поэтому на завтрак она приготовила тебе салат из кусочков ананаса, омлет из одних белков и оладьи из овсяной муки «Квакер оутс». Не забудь сказать, какие они вкусные и питательные.