Техномагикус (СИ) - Абрамов Владимир "noslnosl"

Обычного человека после допроса в большинстве случаев могут отпустить, поскольку простолюдин ничего не может сделать королевству. Но когда речь заходит о магах — всё резко меняется.

Торин слышал об одном случае, когда тайная стража пленила мага и допрашивала с применением менталиста. Он не потерял разума и оказался невиновным, после чего его отпустили на волю. Но он затаил злобу на королевских псов, на саму страну и на короля. Он оказался достаточно умным, чтобы не демонстрировать своих истинных чувств. Маг долго и упорно развивался, и в итоге стал магистром, после чего нанёс удар, к которому готовился несколько десятилетий. В столице произошла серия убийств высокопоставленных королевских псов, включая того самого менталиста, который допрашивал мага. Попался он лишь при попытке убить короля, недооценив его охрану.

После того случая допросные помещения королевских псов не покинул ни один маг из тех, кого они захватили силой. Акцент на этом сделан не просто так. Есть маги, которых приглашают на допрос и говорят с ними подчёркнуто вежливо. Им подобная судьба не грозит. А вот те, кого захватили силой…

Отчаяние охватило Торина. Ему безумно хотелось жить, при этом не имелось ни малейшего желания умирать. Но, понимая, что его всё равно убьют вне зависимости от того, будет он сотрудничать со следствием или окажет сопротивление, он не собирался облегчать работу псов. При этом его не покидала надежда на то, что псы ошиблись и с извинениями отпустят его, или на то, что клан поможет ему выбраться из застенков псов. Конечно, надежда была столь зыбкой, что он сам в это не верил. Но разум был готов схватиться за любую соломинку.

Сидя на жёсткой скамье кареты и отбитыми ребрами ощущая каждую неровность каменной мостовой, он проклинал своего иномирного знакомого. У Торина не оставалось никаких сомнений в том, что его незавидное положение связано с Деусом.

Когда нет надежды ни на кого, то остаётся лишь взывать к высшим силам. Вот и Торин мысленно взмолился:

«Боги недр! К вашей милости взывает Торин из Железноруков. Молю вас о спасении. Ниспошлите чудо, оберегите мою жизнь. Да не попаду я под обвал, да не наткнусь на область без воздуха, да обережёте вы меня от ПРОЧИХ невзгод!»

Молитва мага и обычного человека — совершенно разные. Каждый из них вкладывает в свои слова веру, вот только маги, в отличие от обывателей, своей волей могут влиять на реальность. И если маг чего-то очень искренне желает, он может это получить. Зная это, Торин продолжал истово молиться. Он готов был принять любую помощь.

Вортас — небольшой городок. Оттого рёбра дворфа недолго испытывали дискомфорт. Судя по небольшому времени поездки, его доставили в местное отделение королевских псов — больше некуда. Всю дорогу он ощущал бока пары крепких мужчин, которые его плотно контролировали. Они же его грубо выволокли из кареты.

— Эй! — глухо воскликнул он через мешок. — Не руду ворочаете! Поосторожней.

Вместо этого ему ткнули дубинкой в район печени, отчего он принялся хватать ртом воздух. Руки больно выворачивали. От боли у него на глазах выступили слезы. Из-за мешка он пребывал во тьме и не видел, куда его несут, что добавляло ужаса.

Вскоре его бросили на каменный пол. Ребра заныли с новой силой и появились дополнительные ушибы. Он громко застонал. Кто-то освободил ему ноги, а затем руки, но лишь затем, чтобы защёлкнуть на них ледяные кандалы. Торин со всё возрастающим ужасом ощутил, как мана в его теле замедляет ток.

Об антимагических кандалах он слышал лишь краем уха. Те маги, которые с ними сталкивались, больше никому ничего не могли поведать, поскольку их даже в виде нежити невозможно поднять. А королевские псы зачастую неразговорчивы. По слухам, эти кандалы сковывают магическую силу чароплёта, отчего он не может воспользоваться магией. И он действительно ощущал, что мана больше не откликается на его зов. Если раньше она была похожа на ток воды, который можно направить по внутренним каналам, то сейчас стала подобна неподвижному льду. От этого его нутро будто проморозило до самых глубин — ему начало казаться, словно температура в помещении упала на пару десятков градусов.

После того, как кандалы заняли свои места на щиколотках, предплечьях и на шее в виде ошейника, к тому же были соединены цепями, с его головы резко сдёрнули мешок. Не ожидая такого, Торин прикусил нижнюю губу, отчего на ней проступила кровь.

Зрение не сразу приспособилось к слабому освещению, которое после полной темноты казалось чересчур ярким. Он успел лишь разглядеть спину стражника, который покинул холодную каменную камеру и закрыл толстую стальную дверь. Снаружи послышался скрежет запоров, встающих на место.

Камера маленькая: полтора на два с половиной метра. В стену с помощью магии земли вплавлена каменная кровать, на которой лежит соломенный матрас. Но словно этого мало, его приковали цепью к кольцу посередине стены напротив шконки. Длины цепи с натягом хватало, чтобы дойти до дыры в полу в дальнем конце камеры, дабы справить нужду и попить воды из небольшого фонтанчика в стене или чтобы добраться до двери и получить свою пайку через маленькое окошко, которое сейчас было закрыто. Света тут было мало — его давал небольшой артефактный шар, вмурованный в центре высокого потолка.

— Боги недр, спасите! — на выдохе прошептал отчаявшийся Торин.

Глава 16

Промариновать заключённого перед допросом в камере — одна из стандартных практик. После этого человек проникается тюремной атмосферой и становится более сговорчивым.

Торин от отчаяния готов был лезть на потолок, но цепи не давали. Магия скована магическими кандалами, которые помимо прочего словно пьют саму его жизнь, отчего он чувствовал себя слабым. Ватные мышцы позволили лишь добраться до шконки и рухнуть на неё подобно мешку руды. Матрас был настолько хиленьким, что практически не смягчал каменное ложе, от которого холодило спину. Но дворфы привыкли к спартанским условиям, так что это лишь немного ухудшило и так крайне паршивое настроение молодого мага.

Он сидел и пялился в стену. Внезапно помещение озарило светом… Дневным светом, который проникал через ровное отверстие в потолке диаметром полтора метра, как раз по ширине камеры.

Запрокинув голову вверх, Торин с изумлением рассмотрел над собой два этажа и чердак здания конторы королевских псов. Словно кто-то невероятно могущественный взял, и одним мгновением испарил все перекрытия.

Не успел он переварить это чудо и ужаснуться тому могущественному существу, которое способно на подобное, как на небе что-то сверкнуло красным. Тут же он обнаружил, как цепь, которая соединяла его кандалы с вмурованным в стену кольцом, оказалась перерезана. Рез был настолько тонким, что сложно было понять, что за чары на подобное способны. В голову Торина приходило лишь заклинание резки водой из плетений водников, но там эффекты совершенно другие. Прищурившись, он заметил оплавленные концы перерезанного звена цепи. Магия воды тут же отпала, сменившись магией огня, но о таких плетениях этой школы он не слышал.

Не успел он в очередной раз удивиться, как его тело оторвало от шконки.

— Боги недр! — сглотнул он вязкую слюну.

На Торина, наконец, накатил весь ужас от ситуации. Сначала мощное плетение неизвестной школы уничтожает все перекрытия и всё, что было на пути заклинания, да настолько филигранно, что ещё бы немного, и самого Торина испарило вместе с тем, что находится под ним. Невероятные магическая сила, контроль и точность, о которых многие архимаги могут мечтать. Затем тончайшие и точнейшие чары огня, разрезавшие цепь. Теперь же его поднимают левитацией воздушников. Из этого можно сделать вывод, что там наверху либо три магистра разных стихий, либо невероятно могущественный архимаг.

На этом моменте его мысли забуксовали. Молитвы богам недр — конечно, неплохо, но не могли же сами боги снизойти в этот мир из земных глубин для спасения посредственного дворфского мага… В противном случае он не мог понять, кому понадобилось похищать его из-под носа королевских псов?