Загадка параллельных миров. Скрытая реальность рядом - Сергей Реутов

Находки останков показывают, что моа были привязаны к воде, большинство обитало возле болот. На Северном острове эти птицы исчезали, так как площадь лесов уменьшалась в результате вулканической активности. Специалисты по древней истории островов считают, что основной причиной вымирания моа были изменения климата, уменьшение площади открытых пространств.

Ученые попробовали определить возраст костей методом радиоуглеродного анализа. Замерили одну кость — 1300 лет! Но ученые не удовлетворились этим результатом. Дело в том, что замеренная кость принадлежала виду динорнис, а зоолог Р. Дафф, директор Кентерберийского музея, и его сотрудники всегда считали, что эти птицы вымерли очень рано и что маори встретили более поздних и приземистых эуриаптериксов.

Затем радиоуглеродный метод показал, что динорнис также жил и во времена прихода маори. Но особый интерес представляли изделия из кожи и перьев моа. У маори с Южного острова до сих пор много подобных вещей, и Дафф датирует их XVII и XVIII веками. Но это слишком маловероятно: ведь в Новой Зеландии климат влажный и органические вещества не могут храниться столь долго. Эти вещи происходят с Южного острова, с его самой южной кромки — того самого места, откуда дошли до нас рассказы о большой охоте на последних моа. Одна такая история известна по книге Уолтера Лоренса Баллера «История птиц Новой Зеландии», вышедшей в 1888 году: «Сэр Джордж Грэй рассказал мне, — писал Баллер, — что в 1868 году он был на островке Презервейшн и встретил там нескольких жителей, которые поведали ему о недавнем убийстве маленького моа, описали с чувством поимку 6 или 7 штук».

Островки Презервейшн считаются «страной птиц такахе», строго охраняемой сегодня. Может быть, там прячутся и последние мегалаптериксы?

Озеро Кок-Коль в Жамбылской области (Казахстан) — странный водоем, в который не впадает и из которого не вытекает ни одна река или ручей. Тем не менее вода в нем постоянно прозрачная и свежая, что приводит гидрологов к мысли о существующей здесь неизвестной системе подводных пещер. Если верить древним легендам, Кок-Коль бездонен, и действительно, в некоторых точках озера гидрологические исследования не сумели обнаружить дна. Те же легенды утверждают, что в глубинах озера живет «водяной дух Айдахаре», появление которого на поверхности якобы не раз наблюдали и в древности, и в наше время. Местные чабаны не раз видели, как огромное животное уволакивало под воду водоплавающих птиц и пришедший на водопой скот. Казахстанский краевед А. Печерский подтвердил существование в озере какого-то животного: он видел однажды момент его всплытия из глубины и описал как гигантскую змею длиной более 15 м и с головой шириной в метр.

Тайна Патагонии

В начале XVIII столетия до Парижа дошли туманные слухи о каких-то гигантских костях, якобы найденных в аргентинской пампе. Говорили, что по размерам они напоминают кости слонов. Парижская Академия наук решила обойти этот факт молчанием, тем более что уже тогда было известно, что слоны в Америке не водятся. Конечно, Южная Америка пока еще не слишком хорошо изучена, так что… пусть испанцы сначала представят доказательства. И доказательства появились.

Сначала исследователи обнаружили лишь несколько костей; обычно их находили в тех районах пампы, где землю рассекали русла рек. В 1789 году был обнаружен скелет, по счастью, не слишком далеко от Буэнос-Айреса, в местечке Лухан. Наместник короля приказал выкопать кости и отвезти в Мадрид. Ученый по имени Гаррига собрал их и в 1796 году опубликовал первое их описание.

Животное размерами походило на слона или могло быть им на самом деле, если бы не одно обстоятельство — его конечности были немного длиннее. Оно было высотой 3 м до плеч, и полная длина его туловища составляла более 5 м. Конечности животного были невероятно тяжелыми, гораздо массивнее, чем соответствующие кости слона. Хвост был также очень массивным и, по-видимому, касался земли. К тому же сравнение со слоном тотчас же разрушилось при исследовании ступней, скелета и черепа животного. Они не были похожи ни на что когда-либо виденное ранее, во всяком случае подобных размеров. Ну а череп явно указывал на то, что гигант относится к ленивцам!

Название мегатериум (мегатерий) американум, данное этому животному, было составлено из двух греческих слов — «мегас» (большой) и «терион» (млекопитающее).

Вскоре ученые выяснили, что существовало несколько видов гигантских ленивцев. Один из них, названный милодоном, отличался от предыдущего тем, что его передние конечности по длине равнялись задним.

Немецкий ученый Герман Бурмейстер, решивший заняться гигантами, приехал в Южную Америку в 1861 году. Ближайшим его научным компаньоном, а впоследствии и преемником, был профессор Флорентино Амегино. Вместе они откопали множество костей гигантских травоядных животных. Но никак не могли ответить на вопрос: сколько лет костям? В те годы сложно было дать точный ответ. Бурмейстер был уверен в том, что человек и мегатерий никогда не встречались, так как у коренных жителей не сохранилось никаких воспоминаний о подобных созданиях, ходили лишь легенды о костях. Они считали, что это крупное животное, чем-то напоминавшее гигантского крота, было вдруг убито солнечным светом, когда оно случайно «взломало поверхность земли».

Рассуждения Бурмейстера были вполне логичны, но факты обернулись против него. Мегатерия, гигантского ленивца, часто связывают с гигантским броненосцем — глиптодоном, и оба эти вида жили, очевидно, в одно и то же время. Были найдены останки глиптодона и стоянки древнего человека, и самым ценным открытием был человеческий скелет, находившийся в сидячем положении внутри гигантского панциря глиптодона. Эта древняя форма захоронения была, очевидно, принята для особо знатных персон. А выкопанный в 1789 году скелет мегатерия был неполным. Хотя все четыре конечности были целыми и невредимыми, но большинство других костей отсутствовали. Посередине между конечностями сохранились следы огня. Очевидно, гигантский ленивец был загнан в яму, пойман и поджарен прямо в западне.

Значит, индейцы его знали, но ответ на вопрос, в какое время они встретились, так и не был получен.

Неподалеку от южной границы Патагонии есть фьорд, именуемый местными жителями каналом Последней Надежды. В свое время там обосновался и уединенно жил в собственноручно построенном доме некто Эберхард, капитан дальнего плавания, немец по происхождению. Люди, посещавшие ранчо Эберхарда, утверждали, что видели там натянутую над кустами шкуру крупного животного. Некоторые, как говорили потом, даже пытались отрезать кусочки от шкуры, однако это оказалось делом необычайно трудным. Причина в том, что в шкуру было вкраплено большое количество «костей» размером с фасоль.

Однажды — точная дата неизвестна, но это было уже после смерти Бурмейстера — кусочек такой кожи попал к Амегино. Был ли этот кусок из ранчо Эберхарда, с уверенностью сказать нельзя, да и сам Амегино не верил этому. Важно другое — кусок кожи был свежим или, по крайней мере, выглядел таковым. Конечно, это не была свежесть кожи, какую можно встретить в лавке мясника, — ее можно сравнить с недубленой шкурой, выделанной шорником. Во всяком случае, решил Амегино, кусок шкуры не был ископаемым. Он созвал пресс-конференцию, и газеты всего мира напечатали статьи с заголовками типа «Гигантский ленивец еще не вымер».

Профессор Амегино утверждал, что никаких других свидетельств у него нет. Помимо кожи из неизвестного источника, была еще история, рассказанная неким Рамоном Листа, чиновником из провинции Санта-Крус. Однажды он охотился вместе с отрядом в центре Патагонии. Когда наступила ночь, охотники увидели незнакомое животное, похожее на ящера, разве что тело его было покрыто длинной шерстью. Животное скрылось, несмотря на то что местные звероловы стреляли в него из луков.

Сначала Амегино не поверил рассказу Листа, но потом почему-то изменил свое мнение и впоследствии даже дал существу научное название — неомилодон Листа. А неудачу охотников объяснил тем, что их стрелы вряд ли могли нанести вред животному, в шкуре которого были костяные наросты.

Легенды местных жителей рассказывали о некоем большом безобидном ночном звере иемише, который целыми днями отсыпался в своей норе, вырытой лапами, похожими на большие клешни.

Амегино поставил перед собой задачу — отыскать в ранних описаниях упоминания об этом животном и названия на местных языках. В своих поисках он неожиданно натолкнулся на книгу под названием «История завоевания Парагвая, Рио де ла Плата и Тукамана» отца Педро Лозано, опубликованную в 1740–1746 годах, где упоминалось существо под названием су или суккарат. В книге говорилось, что это внушительных размеров животное имеет обыкновение носить своих детенышей на спине. Несмотря на явную опасность, местные жители охотились на него, чтобы добыть шкуру, которая отличалась особой прочностью.