Туманы мертвых городов - Елена Яр

– Да, но и у той девчонки из Мёртвого города тоже обычные зубы. Может, у них это с возрастом начинается.

Я зажмурилась что было силы, отказываясь в это верить. Заглянула внутрь себя: никаких предчувствий, только протест – нет, это не может быть правдой.

– Кир, ты не переживай, – почти шептал Эрик. – Во-первых, это может быть совпадением. Во-вторых, я не думаю, что, даже если парнишка оттуда, он такой же, как они. Нет у него склонности к жестокости и всяким шуточкам в стиле Мёртвых богов.

– Я не дам его в обиду.

– Я поэтому и не рассказал магистру. Хотя, знаешь, он сам может догадаться, не дурак же. Но обсуждать не хотелось – сперва неплохо бы самим во всём разобраться. Но нужен план. Мы должны быть осторожны. И при этом мы не имеем права исключать любые варианты, даже те, что кажутся невероятными. Нам нужно его как-то проверить.

Мы замолчали, переваривая тяжёлые мысли.

И тут тишину прорезал грубый голос:

– А вы в курсе, что отношения внутри Единицы запрещены?

Брон, ну конечно, Брон. Сердитый, мрачный. И было из-за чего, в общем-то. Только сейчас мы осознали, как близко друг к другу стоим. Да, нас объединяет тайна, но со стороны это наверняка выглядит почти как объятие. Я отпрянула от Эрика, напрягаясь. А тот, наоборот, как-то расслабился.

– Брон, последи-ка за словами, – лениво проговорил мой Меч. И в этой неторопливой интонации только глупец не услышал бы угрозу.

Не помню, чтобы Эрик раньше нарывался на конфликт. Впрочем, вероятно, после всего произошедшего он во всём видит угрозу.

– Не нарывайся, Лутс!

– Так, хватит, Брон, – не выдержала я. – Не беси! Вообще сейчас не до твоих подозрений. Если тебе что-то кажется, сходи к Липеку и проверь зрение. И только потом начинай к людям приставать со своими глупостями!

– Кир, ладно, не кипятись, – он пошёл на попятную. Так же, как и Эрик, бережёт моё спокойствие? – Я же к тебе шёл, хотел узнать, как ты?

– Лучше всех! Уже почти не истребитель, а так – хоть к Живым богам!

Злость, ярость, сомнения, паника – всё поднялось из глубины души и плескалось на поверхности.

Эрик попытался взять меня за руку, но я не позволила, вырвала кисть из его ладони. Отвернулась и злым шагом направилась к себе. Хотелось реветь, но как истребитель, я должна была донести истерику до комнаты.

– Кира! – пытался последовать за мной Брон, но его удержал Эрик.

– Не надо.

Я ни разу не ревела после возвращения из Дыры. Но сейчас меня накрыло сильно. Я выла в подушку, вымочив всю её слезами. Оплакивала себя, своё оружие, выливая страх за Мышку, перетряхивала глупые надежды после ночи со своим Мечом. Всё в кучу. Всё из кучи. Вывернула и позволила себе пострадать.

Приходил Эрик – хотел помочь. Потом Брон – извинялся. Седрик – просто проведать. Заура – чтобы поговорить. Не открыла никому.

Потом снова пришёл Эрик и сказал, что выломает дверь.

Открыла. Осознавая, как плохо и даже прискорбно выгляжу. И даже наслаждаясь этим, почти мечтая увидеть в его глазах жалость вперемешку с презрением. Я готовилась к тому, что он совсем спишет меня со счетов и начнёт утешать, как глупую девчонку.

Но он не выразил сожалений. Он спросил:

– Полегчало?

Спокойно, ровно.

Я кивнула. Чувствуя, как всё успокаивается внутри. Я – истребитель. Пока ещё есть надежда – я в строю. А значит, и вести себя надо соответственно.

– Я думала, ты станешь меня жалеть.

Он вздохнул.

– Кира, я бы очень хотел тебя обнять и пожалеть. Но боюсь запустить второй круг самоуничижения. То, через что ты сейчас проходишь – очень тяжело. Мужик бы пил беспробудно. Тебе надо было поплакать. Давно нужно было. Но я не хотел тебя провоцировать. Малодушно дождался, когда это сделает Брон.

– Скажу ему спасибо, – буркнула я.

– Я уже сказал.

Меч просидел у меня до самого вечера. Не приближался слишком сильно, не утешал, излишне не храбрился. Больше сложных тем мы не затрагивали, болтали о пустяках. А чаще просто молчали. Я и сама не заметила, как уснула.

Переговоры

А наутро вся застава стояла на ушах.

Я поняла это по гулу, доносившемуся из двора. Случилось что-то экстраординарное, обычно истребители не гудят, словно растревоженный улей. Быстро одевшись, отправилась на улицу.

Но стоило выйти на площадь, все разом замолчали и уставились на меня. Я была готова ущипнуть себя за руку, чтобы убедиться, что не сплю. Уж сильно всё происходящее напоминало кошмар. Мне одной столько внимания – явно слишком.

Здесь были все истребители нашей заставы. А ещё лекарь, писарь и даже сам магистр. И Мышка, который сидел поодаль на телеге, обхватив колени и стараясь не упустить ни одного слова.

– Что случилось? – хрипло спросила я.

Эрик был вместе со всеми и первым подошёл ко мне:

– Кира, действительно кое-что случилось. И оно касается непосредственно тебя.

– Угу, я уже догадалась, – буркнула я, но позволила отвести себя в самую гущу людей.

Марк, сидевший на парапете, поднялся, явно уступая место для меня. Оглянулась вокруг: напряжение на лицах присутствующих было очевидным.

– Ребята, вы меня пугаете. Что стряслось?

Оказалось, что вернулись истребители, что ночью несли стражу у Дыры. С невероятными вестями. Под утро к ним вышла маленькая девочка и потребовала организовать переговоры. Она сказала, что если истребители хотят остаться в живых, то должны привести к Дыре следующей ночью тех, кто может представлять нашу заставу.

Что это была за девочка, я поняла сразу. И почему понадобились переговоры – могла догадаться. Все наши изменения не укрылись от не-людей, привычный мир менялся. Стража, молниеносное уничтожение тварей прямо у Дыры. Похоже, они поняли, что маятник качнулся, и явно не в их сторону. И наглость заявления тоже была понятна. Сохранять хорошую мину при плохой игре – первое правило переговорщиков.

– И кто пойдёт на переговоры? – Я повернулась к магистру.

Он покачал головой и ответил:

– Девочка отказалась говорить со мной. Она сказала, что говорить будет только с тобой и Эриком.

– Она запомнила