Демон твоих грез - Шарлиз Шелдон

царапнуло, а после все затопило сильной болью. Скорее всего его больше нет в живых. С топором в груди невозможно выжить.

Почему-то кажется, что эти женщины с удовольствием предпочли бы жить с демоном, а не с такими «защитниками».

- Ты пока посидишь и на цепи и в клетке, - в спину прилетел болезненный тычек, подталкивая к свободной клетушке.

- Ребят, давайте без этого? – засопротивлялась Хели, - А ну руки прочь! Фу, нельзя! Нет-нет-нет-нет-нет!

Ее через силу подхватили под руки и легко забросили в открытую створку клетки. Пока один возился с замком, другой обошел Хели со спины, и через прутья надел на нее ошейник. Раздался лязг цепи, закрепленной у основания стены.

- Вот теперь надежно, - удовлетворенно цокнул один из них, - Все, сиди здесь и никуда не уходи.

- Серьезно? – она подняла на них сверкающие яростью глаза, - А у меня есть выбор?

- Главное, чтобы тебя по ошибке не забрал Ахмар. Мы предупредим его, но если что сама напомни, что ты – особая гостья Повелителя.

- Особых гостей не суют в клетку, наградив вот этим, - презрительно поддела пальцем широкое ярмо.

- Радуйся, что тебя не будет забирать Ахмар, - тихо прошелестело бесполое существо в клетке справа.

Хели откинулась на прутья и с надеждой заглянула в себя, вдруг горшочек с магией решит порадовать ее своим присутствием. Но нет, он лишь оставил после себя приятные воспоминания и томление в его ожидании.

Хели казалось, будто магия куда-то перетекла из нее. В место, где она была нужнее сейчас.

Или это всего лишь разыгралась фантазия и ей показалось.

17

В глазах стояла непроглядная тьма. Она опутывала своими щупальцами, жадно захватывая тело и разум.

Так приближалась смерть. Та, которую когда-то давно демон встретил бы с благодарной улыбкой на губах. Та, о которой он молил. Когда-то, но не сейчас.

Из последних сил он сохранял в себе крупицы жизни. И эти силы давал ему милый лик его пары. Яркие голубые глаза Хелены смотрели на него с мольбой, а губы шептали: "Держись... не умирай".

Этих простых слов, навеянных его воображением, хватало, чтобы цепляться за тонкую нить и оставаться в сознании.

Только одна мысль набатом гудела в голове. Нужно спасать Хели из вражеского плена. Если он сейчас умрет, его пара будет обречена до скончания дней обслуживать мерзких существ из касты низших. Уж они-то с радостью отыграются на девушке за грехи Высшего. Выместят на ней всю злобу, обращенную к Дамиану.

Припомнят ей все проступки жестокого демона. И как он лишал их земель, как натравливал диких существ, разворачивал реки и осушал водоемы, чтобы те подыхали от жажды. Чего стоят одни беспощадные бои, где редко кто-либо выживал.

Им есть, что припоминать Хели. Только она ни в чем не виновата, но пойди объясни это озлобленным пустоголовым особям.

Дамиан стоял на коленях с отведенной назад головой и кожей на шее чувствовал ржавый меч, лезвие которого было испещрено сколами. Одно движение и темнота в глазах останется с ним навсегда. Хотя… с таким орудием низшим еще придется попыхтеть, чтобы перерезать ему горло.

Топор только их не подвел. Вошел в демона, как в масло.

Грудь распирало от боли. Сначала она обжигала, посылая во все тело болезненные импульсы. Каждый вдох отзывался сильнейшей судорогой, каждый выдох грозился стать последним.

А после все стало неметь. Он переставал чувствовать рану, свои конечности. Еще миг и смерть приветливо оскалит перед ним свою пасть, встречая, как равного.

Как мог он призывал свою магию, удерживая жизнь, балансируя на границе вечного сна. Его сила стежок за стежком восстанавливала организм, но этого было недостаточно. Магии не хватало.

- Кажись, Фриц, перестарался ты, - под общий радостный гомон сказал кто-то над ухом, - Как бы копыта не отбросил раньше времени?

- Да, нет, Сирожко, мы ему зараз топорчик из грудины вытащим и приложим чагой-нить, - с сомнением ответил некто вопрошающему.

- Вон тот лопух с острыми краями сойдёть?

- А не ядовитый он?

- Так мы и проверим, - толпа издевательски засмеялась, - Чай не помрёт от листа, если уж от топора все не издыхает, погань такая.

- А шо, голову ему отрубать не будем? – из толпы вышло несколько недовольных таким исходом событий.

- Рано исчё. Пусть сначала все отдаст, а опосля Повелитель его сам порубит.

Пока низшие пререкались, Дамиан с благодарностью смотрел на отброшенный в сторону топор. Своим решением они облегчили ему задачу.

Последний рывок, он использовал всю свою магию, чтобы не сдохнуть от раны прямо сейчас, но ее не хватало. Он тянул, вытягивал все по капле и, вдруг его накрыло спасительной волной.

Магия пришла к нему на помощь из другого источника. Если бы он согласно законам и инстинктам принял пару, то мог бы взять немного у Хели, а так Дамиан не понимал, каким образом ее сила пришла к нему на помощь.

Мысленно он усмехнулся. Это и не ее сила, а его, которая по какой-то причине прижилась в теле Хелены и даже смогла увеличиться. Как жаль, что не у кого спросить об этих тонкостях.

Со стороны гущи воинов раздался грозный рык, принадлежавший Руди. Пес низко склонил головы, шел, как ледокол, расчищая собой толпу.

Одно неверное движение низших, и те замертво падали на землю, лишившись головы. Псу, конечно, знатно досталось в этой битве. Он прихрамывал на задние лапы и осторожно придерживал поломанный и надкусанный хвост. Еще изредка отфыркивался от чужой крови, застилающей глаза.

За псом, извиваясь и угрожающе шипя, полз змей. Ему досталось еще больше. Из туловища, как зубочистки из канапе, торчали мечи, надломанные копья, а в боку застряли чьи-то вилы. Хорошие добротные такие. Вот бы вернуть их хозяину, кинув ими в него.

Эти двое несли перед собой столько злости и отчаянной решимости убивать до последнего, что перед ними расступались. Только позади уже проносился испуганный шепоток, мол, надо их завалить, и дело с концом.

- Высший, - взревел Руди, пробираясь сквозь толпу, - Ты жив?

Обессиленный Дамиан, применив всю свою и магию Хели, пребывал в забытье, плохо соображая, где реальность, а где спасительная темнота.

- Если вы с ним хоть что-то сделали.., - шипел змей, - Всех сожру, а из ваших костей соберу своим детям кроватки.

От изощренной угрозы воины ахнули, желая оставить в целости свои косточки. Пригодятся