Оружие Кроноса - Александр Петровский

В дом Яхве гости пришли с пустыми руками, поэтому для того, чтобы его покинуть, долгих сборов не потребовалось. Хесус, закрывая за ними дверь, состроил печальную мину и беспомощно развёл руками в знак того, что он сделал всё возможное. Сатана в ответ досадливо махнул рукой, показывая, что если успех не достигнут, то объём затраченных усилий никому не интересен.

Прямо перед крыльцом Князь Тьмы церемонно поцеловал руку Ромуальдовне, затем отвесил поклон Жоре, буркнул «До свидания, а лучше прощайте!», повернулся и быстро зашагал по улице. Жора бросился его догонять, он жалобно звал Сатану и пытался остановить его, схватив за руку, но ничего не получалось — Жорины ладони почему-то всякий раз сжимали только воздух. Попытка сделать подножку не удалась точно так же. Сатана шёл, не снижая темпа, и на безуспешные потуги своего клеврета внимания не обращал.

К своему огромному сожалению, Ромуальдовна с такой же скоростью ни идти, ни бежать не могла, мешали высоченные каблуки. Умом она понимала, что Жора всё делает правильно, сейчас важнее всего не отстать от Сатаны, но сам факт, что супруг бросил её одну на улицах городка, населённого евреями, вызывал у женщины бурные эмоции, самой сильной из которых была ненависть к мужу. Держать эмоции в себе Ромуальдовна не собиралась, и они выходили наружу потоком омерзительных ругательств. Услышав их, понимающие по-русски прохожие разбегались подобно перепуганным тараканам.

Но ругательствами делу не поможешь. Женщине пришлось разуться и догонять удаляющихся мужчин босиком, держа босоножки в руках. Теперь прохожие от неё не шарахались, а только провожали недоумевающими взглядами. Жору и Сатану она настигла, изрядно запыхавшись.

— Сатана, почему вы от нас убегаете? — плача, вопросила она из последних сил.

— Я ни от кого не убегаю, — бесстрастно ответствовал Князь Тьмы, ничуть не снижая темпа ходьбы. — Иду по своим делам, вот и всё. Понять не могу, зачем вы за мной гонитесь?

— Но мы же — одна команда! У нас миссия, вы сами говорили.

— Мы были одной командой. Употребляйте, пожалуйста, правильное глагольное время. Но с тех пор, как выяснилось, что миссия невыполнима, я — сам по себе, а вы — как хотите. Мир спасти невозможно, мы потерпели полный и окончательный провал. Не понимаю, чего вы ещё от меня хотите.

— Не бросайте нас здесь, пожалуйста, среди жидов!

— Покричите это слово погромче. Тут немало народа, понимающего по-русски. У вас будет прекрасный шанс испытать на себе суд Линча в ближневосточном варианте. Здесь это мероприятие принято проводить с помощью побивания камнями. С удовольствием понаблюдаю, как это будет происходить.

— Некрасиво поступаете, Сатана, — вступил в беседу Жора, который долго думал, как убедить Князя Тьмы сменить гнев на милость, и эта фраза оказалась лучшей из того, что пришло ему в голову.

— Зато вы — просто красавчики! Да вы за один вчерашний день натворили столько, что вас убить, и то мало! Обзывать евреев нехорошими словами — красиво? Нажраться в стельку в доме Господа своего — красиво? Стряхивать пепел мне в тарелку — вершина культуры? Эстеты хреновы! И после этого они меня ещё в чём-то упрекают!

— Зато не наблевали, — припомнил Жора свой благой поступок.

— Молодцы! Это настоящий подвиг. Я похлопочу, чтобы вас за это наградили званием Героев России. Желательно посмертно. Но это потом. А сейчас я спешу. Путь мой лежит в дополнительные измерения, а вы, если хотите, следуйте за мной.

— Мы же не сможем!

— Это печально. Но помочь ничем не могу.

— Сатана, миленький, отправьте нас домой, пожалуйста! — жалобно попросила Ромуальдовна, продолжая заливаться слезами. — Вам же это ничего не стоит! Просто дайте денег на билеты, и всё!

— Зачем вам в Россию? Через несколько дней её уничтожат. По крайней мере, её европейскую часть. А здесь, милейшая Ромуальдовна, вы сможете с успехом заниматься проституцией, как вам рекомендовал страж границы в аэропорту. У этих ребят глаз намётанный, ошибаются они крайне редко. А потом, когда арабы Израиль сметут, вы попадёте к ним в рабство. Рифма хорошая для стихов: «раб — араб». А жить вы будете в серале. Тоже замечательное слово для говорящих по-русски.

— Что оно значит?

— Примерно то же, что и гарем. Вы там будете наложницей, а милейший Георгий Борисович — охранником, или секьюрити, как принято говорить в России. Арабы же почему-то называют эту должность «евнух».

Тем временем светлую голову Жоры посетила ещё одна умная мысль. Он догадался, как остановить Сатану. Правда, было совсем не понятно, что делать дальше, но главное, как говорится, ввязаться в бой, а дальше видно будет.

— Сатана, а в честь чего паника? Откуда вы взяли, что наша миссия провалена? — поинтересовался он.

Князь Тьмы резко затормозил, и супруги больно врезались в его спину. Ромуальдовна с досады ударила его по затылку сразу двумя каблуками своих босоножек, которые продолжала держать в руках, но Сатана ничего не заметил.

— Да, хороший вопрос, — признал он. — Но мой ответ вас не порадует. Единственное оружие, способное остановить милейшего Евгения Викторовича, это то, которым пользовался Кронос.

— Давно хотел спросить, кто он такой, — сообщил Жора.

— Правильно делали, что не спрашивали. И сейчас не надо было, потому что это неважно. Уже давным-давно Кронос мёртв, а об его оружии никто не слышал. Более того, забыто даже, что это за оружие. В общем, нам оно недоступно, а раз так, то нашей миссии конец. Счастливо оставаться!

— Нет уж, погодите! — потребовала Ромуальдовна. — Вы нас бросаете, потому что миссия провалена. Значит, миссия не провалена. Оружие Кроноса существует.

— Блестящий образчик женской логики, — похвалил её Сатана. — Мне так хочется, следовательно, так и есть. Неубедительно, милейшая. Или докажите мне своё утверждение нормальным способом, или мы расстаёмся здесь и сейчас.

— Да это же очевидно! — уверенно заявила женщина, хотя на самом деле особой уверенности не чувствовала.

— Мне — нет. Позвольте откланяться!

— Не позволю! Сначала выслушайте! Женя боится какой-то магии, вы сами говорили.

— Говорил, и что?

— Единственное, что опасно для таких, как вы и он, это оружие Кроноса, верно?

— Верно. Уважаемый Евгений Викторович боится оружия Кроноса. Что это нам даёт?

— Узнав об этой штуке, Женя бежит за советом к Господу. Но и после встречи с ним продолжает бояться.

— Это откуда известно? — скептически поинтересовался Сатана.

— Вы же сказали «боится», а не «боялся».

— Тонкое наблюдение. Это сказала драгоценнейшая матушка нашего Евгения Викторовича. Её слова подслушал уважаемый Елубай Нуртасович, и в меру своего разумения передал их мне. Слышали о таком понятии, как испорченный телефон? Неужели в наших условиях можно полагаться на время глаголов? К тому же, если вы правы, получается, что отец мне соврал.