Разрешаю смотреть - Мария Манич

трансформера, я о нём почти ничего не знаю.

— Дела.

— Ты опять за своё? Ты что, секретный агент Ми6?

— Я только отца похоронил. Что ты хочешь от меня услышать?

Меня словно ледяной водой окатывает.

— Я… извини. Я очень соболезную. И… в общем, спокойной ночи.

— Тоня…

Но я кладу трубку.

У меня всегда было плохо с расстановкой приоритетов и терпением. Но он сказал, что мы это… “мы”! А теперь не хочет меня видеть. Я ему уже надоела?

Шмыгаю носом, когда телефон в руке начинает вибрировать.

Осторожно нажимаю “принять вызов” и слышу усталый вздох:

— Надеюсь, телефон не в бассейне плавает?

— Нет, — фыркаю ему. — Я же взяла трубку.

Его голос звучит устало. Чувствую себя настоящей истеричкой и эгоисткой. Но я так соскучилась.

— Чем там занимаешься? — спрашивает Федя.

— Чем тут можно заниматься? — отвечаю наигранно-капризно.

— Ты изобретательная, — усмехается он. — На нашем концерте была?

На нашем…

Улыбаюсь.

Мне нравится, как это звучит.

Понимаю, что он хочет поговорить просто о чём-то. Главное, чтобы не о себе.

— Да… была. С Адель и Алексом. Пришлось докупить ему билет, и… он умеет танцевать Тектоник. Он вообще человек?

Тихий смех на том конце провода заставляет меня довольно улыбнуться.

— Федь…

— М-м-м?

— Я тебя отвлекаю?

— Одинадцать вечера, Рыжая. Не отвлекаешь, просто меня вырубает. Сложный был день.

Как он умеет вырубаться, я уже знаю. Кажется, так умеют только мужчины. Лично мне, для того чтобы заснуть, нужно не меньше часа на прокрутку всех событий прошедшего дня в голове и ещё пятнадцать минут на то, чтобы помечтать о будущих планах. Только после этого я могу уснуть по-настоящему.

— Тогда спокойной ночи? — спрашиваю, стараясь скрыть грусть в голосе.

— Я позвоню тебе завтра.

— Обещаешь?

— Да.

— Не хочу класть трубку… — сознаюсь ему тихо. — Ты первый.

— Я точно с тобой разговариваю, а не с твоей сестрой? — в его голосе я опять чувствую веселье.

— Её напугал Алекс, и она спит в моей кровати.

— Тоже хочу в твою кровать, Тыква.

Не знаю, почему позволяю ему так себя называть…

— Спать? — уточняю кокетливым голосом.

— Сегодня — да.

Закатываю глаза.

— Ты иногда зануда. Но я уже говорила.

— Просто устал.

— Да… точно, — снова чувствую себя виноватой. — Спокойной ночи.

— И тебе.

На этом он делает, как я просила. Кладёт трубку первым.

Хмуро смотрю на залитый лунным светом внутренний двор Немцевых, а потом упрямо загружаю приложение с авиабилетами.

Глава 16

— Пока нас не было, зима наступила? Хочу жить там, где всегда тепло…

— Не б-бывает плохой погоды. — Вжимая голову в дрожащие плечи, набрасываю на сестру капюшон своей толстовки. — Бывает п-плохая одежда…

— Кто это сказал? — Адель стучит зубами, кутаясь в кофту до самого носа. — Английские ученые?

— Нор-р-рвежцы…

Пытаюсь не дрожать, но на мне леггинсы, футболка и сланцы, а на улице… Господи, сколько там?

Двенадцать?

Уж чего-чего, а проверить погоду перед отправлением в этот безумный круиз я даже под гипнозом не додумалась бы…

Мы в пути почти десять часов. Из аэропорта сразу двинулись на железнодорожный вокзал. Даже домой не заезжали.

Затхлые запахи старого городского вокзала заставляют Адель морщить нос.

Она никогда в жизни не ездила на поезде. Я тоже в этих вопросах не эксперт. Обычно до родных мы добирались на машине, и когда это было? Они приезжают к нам сами, потому что мои родители в последние годы за МКАД выбираются только самолетами.

В городе моего детства… всё по-прежнему. Мне даже на улицу выходить не нужно, чтобы это понять.

Терзаю приложение городского такси негнущимися от холода пальцами.

То, что творится сейчас на улице, можно сравнить с библейским потопом и возвращением ледникового периода.

Ноги в сланцах окоченели. Если не уберёмся отсюда в ближайшие десять минут, умрём от переохлаждения.

Я знаю, что идея отправиться сюда изначально была не очень обдуманной. Но я просто не могла больше оставаться неподвижной. А теперь мне от отчаяния хочется разрыдаться.

Кажется, мне придётся позвонить Немцеву, хотя я этого не планировала!

Я планировала… выждать пару дней. Но я не могу выжидать их за две тысячи километров от него. Я решила выждать их здесь, рядом с ним. Даже если он об этом знать не будет.

— Блин… — бормочу, когда спустя ещё десять минут нам так и не назначают машину.

Я чувствую реальное бессилие.

За старой громоздкой дверью вокзала дождь от ветра закручивается в жгуты, а по тротуарам текут грязные реки. Здесь вообще очень грязно. Я уже трижды протирала руки антисептиком себе и сестре.

Я не очень люблю этот город. Все эти сонные улицы и пятиэтажки… навевают на меня скуку. Без Феди я здесь и недели не выдержу. А с ним? Я не знаю...

— Что там? — хнычет Адель, вскарабкиваясь на свой чемодан. — Может, дедуля за нами приедет?

— Дедуля будет добираться до нас часа два… — отвечаю, проклиная себя за то, что не предупредила никого о том, что мы вот так заявимся.

Родители моего отца всё лето зависают на даче за городом. Я рассчитывала добраться до них завтра и оставить там Адель, а сегодня переночевать у маминой мамы.

— Сделай уже что-нибудь… — Опускает сестра голову на