Аномальная зона - Михаил Серегин

– Тот, у кого проблемы, быстро становится догадливым, – возразил Величко. – В этом лесу ракеты пускают не очень часто. И ты сам сказал, что они слишком красивые, чтобы их можно было не заметить.

– Но одними ракетами мы не ограничимся, – добавил Грачев. – Нужно хорошенько осмотреть весь район, особенно прилегающие к болоту участки. Возьмите с собой веревки, фонари, рации, все, что может пригодиться. Связь через каждые пять минут. Станислав Сергеевич и господин Гессер останутся тут: нужно развести костер, вскипятить воды и приготовить горячую пищу – мало ли что может случиться. Да, пожалуй, и старлей может остаться, как вы полагаете? В качестве щита, так сказать.

– Знаете, я все-таки немного пройдусь по округе, – сказал Конюхов. – У меня есть кое-какие соображения насчет того, что здесь произошло, и я хочу их проверить. А ребятам у костра нужно просто тоже оставить рацию. В случае чего они смогут любого из нас вызвать.

– Ну пусть так, – не слишком охотно согласился Грачев. – Но призываю вас быть предельно осторожными и далеко не заходить. Где-то здесь могут находиться вооруженные люди – не забывайте об этом. И не забредите по ошибке в болото.

Они забрали снаряжение, согласовали между собой направление поисков и отправились осматривать ближние участки леса. Кузовков с Гессером остались сооружать костер, что при сложившихся обстоятельствах было не самой простой задачей. Нельзя сказать, что Кузовкова обрадовала возложенная на него миссия, он нервничал, но помалкивал, опасаясь разрушить свою репутацию бывалого путешественника. Гессер вряд ли умел разжигать костер под дождем и с одной спички, но держался все так же ровно и невозмутимо, и это Грачеву понравилось. Именно ему он доверил рацию и попросил быть очень бдительным.

– Забудьте на время про козни пришельцев, – с улыбкой посоветовал он. – Реальные вещи сейчас куда важнее.

– Не беспокойтесь, с этой минуты на всех пришельцев я буду смотреть сквозь пальцы, – ответил Гессер.

Затем они расстались. Макс пошел на запад, стараясь не слишком приближаться к болоту – он был убежден, что на болоте искать нечего. Если два или три дня назад кто-то туда попал, то вряд ли ему теперь можно было помочь. По мнению Макса, искать что-то интересное нужно было в лесу.

Ближайший сеанс связи с товарищами еще более укрепил его в этой мысли – Грачев и Величко, которые осматривали болото, ничего пока не нашли. Зато Мачколян, двигавшийся в противоположную сторону, объявил, что обнаружил в траве раскисшую пачку сигарет «Кент». Пачка была нераспечатанной, и трудно было поверить, что кто-то выбросил ее просто так.

– Наверняка потеряна в пылу борьбы или бегства, – заключил Мачколян. – Если только кто-то тут не решил объявить бесповоротную войну табаку.

Но пачка сигарет была не слишком убедительным свидетельством, а главное, она не давала подсказки, что здесь произошло и где следует искать людей. Макс пошел дальше. Трудно было надеяться на скорую удачу. Все следы были замыты дождем, лес был огромен, а их было слишком мало, чтобы обеспечить серьезные поисковые мероприятия. Макс подумал, что в таких условиях рассчитывать следует прежде всего на случайность – вроде той, когда он нашел прибор GPS.

И едва он об этом подумал, как буквально через несколько шагов, выйдя на поляну, споткнулся о какой-то объемистый, но не слишком твердый предмет. Он наклонился и поднял мокрый рюкзак – отнюдь не импортный, а самый обыкновенный, из грубой ткани, с размахрившимися завязками. Шнуры тоже промокли, и распутать их было непросто, но Макс терпеливо доделал эту работу и заглянул в рюкзак. В нем вперемешку лежали банки с мясными консервами и совершенно раскисшая буханка хлеба. Больше ничего в рюкзаке не было.

Макс озадаченно покачал головой и, осмотревшись по сторонам, пошарил под кустами. К его удивлению, там обнаружилось еще три рюкзака. Но на этот раз находка оказалась куда любопытнее. Кроме похожего пищевого набора, в каждом из трех рюкзаков лежало по разобранному охотничьему ружью и по коробке патронов в жестяной банке. Макс немедленно сообщил об этом остальным.

– У Хамлясова в группе не было никакого оружия, кроме единственного карабина, – напомнил Грачев. – Значит, это не имеет к нему отношения. Но все равно, забирай это барахло и тащи на базу. Там будем разбираться. У нас пусто, к сожалению. Нужно обсудить все и принять какое-то решение.

Через полчаса все собрались у палатки. Кузовкову с Гессером все-таки удалось разжечь костер и даже нагреть воды в большом котелке. Когда появились спасатели, оба, нахохлившись, стояли около костра и задумчиво смотрели на огонь.

Но потом всеобщее внимание переключилось на Макса и его новую находку. Всех, разумеется, в первую очередь заинтересовали ружья.

– Забавно, – заметил Конюхов. – Содержимое этих мешков наводит меня на мысль, что комплектовали их в спешке и во многом тем, что подвернулось под руку. И потом, где хозяева? Все это довольно странно.

– В этих местах такие странности случались достаточно часто, – угрюмо напомнил Кузовков. – Но вам бесполезно объяснять. А вы видели много людей, которые вот так ни с того ни с сего могут бросить под кустом свои пожитки и исчезнуть?

Спасатели переглянулись. Кузовков был в своем репертуаре.

– Это вам сгоревшее дерево покоя не дает, Станислав Сергеевич, – мягко сказал Величко. – Но вы же образованный человек. Про постулат Оккама слышали, наверное? Зачем придумывать аномальные причины, когда существует множество способов заставить людей бросить свои рюкзаки? Их могли напугать бандиты, например.

– Еще неизвестно, кто кого напугал, – возразил Конюхов, вертя в руках одно из ружей. – Не исключено, что как раз бандитам этот багаж и принадлежал. Когда вернемся, нужно будет отправить это оружие на экспертизу. Думаю, если оно не краденое, будет несложно определить, за кем оно зарегистрировано.

– Все это хорошо, ребята, но ни черта это нам не дает! – в сердцах сказал Грачев. – Мы все время ходим вокруг да около, но ничего конкретного так и не нашли. Граф довел нас до болота – и что же? Мы знаем, что Хамлясов здесь был. Мы знаем, что здесь были какие-то люди с ружьями. И все они исчезли, побросав в панике свое имущество. Мы знаем, что здесь был и гражданин Тарасов, который тоже сбежал. Только и остается, что повторить версию о загадке Черной Топи! Но, боюсь, высокопоставленные поклонники профессора и его теорий не поймут нас, если мы спишем его исчезновение на зеленых человечков. Вот такая политика двойных стандартов!

– Позвольте, я дам вам совет, – вставил Конюхов. – Под вечер бродить возле болота очень рискованно, поэтому предлагаю просто подождать. Если, даст бог, кто-то видел наш сигнал, возможно, он доберется сюда. Если же нет, то нужно будет повторить попытку утром, а потом кому-то придется вернуться в город. А лучше бы всем. Понимаете, дела здесь серьезные. Один труп, который мы без присмотра бросили, чего стоит! Мы сделали все, что могли, но дальше тянуть бессмысленно. Нам нужна серьезная помощь.

– Старлей прав, – кивнул Величко. – Неприятно это признавать, но людей мы не нашли. Мы даже не поняли, что здесь вообще случилось. А ведь могло случиться самое худшее – Хамлясов повел своих людей через топь, и все погибли. Ведь проводника с ними не было.

Наступила гробовая тишина. Величко высказал вслух ту страшную мысль, которая беспокоила всех. Кузовков даже побледнел. Один Гессер сохранил полнейшее самообладание. Он с любопытством оглядел помрачневшие лица своих спутников и каким-то странным тоном произнес: «М-да...»

Эта странная интонация не ускользнула от внимания Грачева. Он повернулся к журналисту и резко спросил:

– Вы хотите что-то сказать?

Гессер повел в воздухе рукой, словно рисуя некую диаграмму, и пояснил:

– Видите ли, я готов согласиться, что группа Хамлясова могла попасть в неприятную переделку. Я не очень даже удивлюсь, если окажется, что его похитила летающая тарелка. Допускаю, что кое-кто из его людей мог рискнуть и двинуться через болото. Но предполагать, что Хамлясов способен повести кого-то, значит совершенно не знать этого человека. Хамлясов никого не ведет – он отдает указания.

– Что за чепуху вы несете? – обиделся за профессора Кузовков.

– Это не чепуха, – покачал головой Гессер. – Мне достаточно часто приходилось общаться с Хамлясовым. Можете быть уверены – через болото он первым ни за что не пойдет. В самом лучшем случае пошлет кого-нибудь вперед, чтобы убедиться в том, что путь безопасен. А если этот человек утонет, то на этом все и закончится.

– Какая гнусная клевета! – с отвращением воскликнул Кузовков. – Я был о вас лучшего мнения, Гессер! И вы еще считаете себя другом Хамлясова, лицемер!

– Никогда не считал себя чьим-то другом, – хладнокровно ответил Гессер. – Может быть, в школьные годы... Но я давно вышел из этого возраста. А с профессором меня связывают деловые отношения. Я обеспечиваю ему информационную поддержку.