Любовная соната - Мэри Бэлоу

Однако он напомнил себе, что она приняла свое решение очень поспешно, и к тому же оно принималось несколько неохотно. Теперь ему думалось, что она решила выйти замуж только потому, что такое решение казалось ей разумным. Ей хотелось остаться с ним. Он был в этом почти уверен. Она рыдала у него в объятиях, когда они прощались.

Было бы только правильным проверить, довольна ли она своим решением теперь, когда снова встретилась с тем мужчиной. А если она недовольна, ее надо увезти обратно. Он просто обязан так сделать.

Он решил, что поедет завтра же. Утром он завершит все дела, а во второй половине дня отправится в путь. Больше он размышлять не намерен. Он просто это сделает. Когда он найдет Присс и убедится, что она всем довольна или, возможно, уже вообще вышла замуж, то сможет вернуться в Лондон и снова начать нормальную жизнь. Он наконец сможет прогнать ее из своих мыслей.

На следующее утро он явился на Гросвенор-сквер и осведомился о леди Северн. Ее не оказалось дома. С ним вышел поговорить сам граф.

– Майлз, я пригласил ее танцевать со мной на завтрашнем балу у Уорчестеров, – объяснил Джеральд, – но боюсь, что мне придется с извинениями отказаться. Меня не будет в городе. По правде говоря, я уезжаю уже сегодня днем.

Майлз удивленно поднял брови.

– Думаю, Присс уже побывала у алтаря и вернулась, чтобы наслаждаться семейным счастьем и уютом, – объяснил Джеральд. Именно это он говорил сам себе всю ночь. – Но я все равно намерен поехать туда и посмотреть. Возможно, если я предложу ей повысить плату и куплю еще украшений, она вернется. Как ты считаешь?

Ему вряд ли нужно было спрашивать мнение своего друга. Он и сам знал ответ. Присс вернется, если она несчастлива, – может быть. Она вернется, потому что она к нему привязана, – может быть. Но она не вернется ради денег и драгоценностей. Только не Присс. Это самая глупая мысль, какая только приходила ему в голову за всю его глупую жизнь.

– А тебе именно этого хочется? – поинтересовался Майлз. – Мне казалось, что ты чувствовал себя немного связанным, проведя с одной и той же женщиной целый год.

Джеральд почувствовал себя неловко. Он пожал плечами.

– Мне было с ней легко, – признался он. – Она мне подходила. Она знает, что мне нравится. Девица, с которой я вчера вечером провел время у Кит, желала объяснить мне, чего я хочу, но это было совсем не то.

– А ты не думал о том, чтобы самому на ней жениться? – спросил Майлз.

– Что? – Джеральд изумленно воззрился на друга. Чтобы Майлз предложил ему такое? Сам он о подобном даже не задумывался. – Жениться на Присс? На моей содержанке? Боже правый, Майлз, она же несколько месяцев была одной из девиц Кит – до того, как я взял ее на содержание! Она была шлюхой!

Он намеренно ранил себя этим словом в уверенности, что предложение друга было нелепым и немыслимым.

– А почему меня не оставляет чувство, – сказал Майлз, пристально глядя на него, – что ты разбил бы нос любому, кто употребил бы это слово в отношении ее, Джер? Так ты отправляешься?

– Да.

Джеральд провел рукой по своим светлым кудрям. У него снова возникло знакомое чувство, будто он вот-вот расплачется. Его и правда следовало бы высечь за то, что он воспользовался этим словом в отношении Присс. Только не Присс. Присс зарабатывала себе на жизнь единственным способом, который оказался ей доступен. Она никогда не была шлюхой. Она была его утешением, его другом, его возлюбленной. Еголю… Неужели? Да. Она была именно ею. Она была его любовью.

Она – его любовь. Вот кем она была. Она была его любимой.

И так получилось, что он все-таки не уехал в Уилтшир в тот же день, хоть и не сказал никому, что он еще в городе. Он отправился в путь через неделю, почти непрерывно занимаясь делом, которое какое-то время казалось практически неосуществимым и не переставало оставаться невероятно трудным.

Но наконец он все-таки отправился в путь, досадуя на задержку и связанную с этим большую вероятность того, что за это время Присс успела выйти замуж.

Глава 16

Подъехав к деревне Денбридж в Уилтшире и решив остановиться на постоялом дворе «Петух и фазан» в нескольких милях от нее, Джеральд продолжал себе изумляться. Похоже, он еще глупее, чем всегда думал о себе. Он не знал фамилии Присс!

Она прожила с ним почти год. Он считал ее другом – и даже своей любимой. И тем не менее он знал ее только как Присс. Он содрогался, осознавая степень своего высокомерного отношения к ней. Похоже, что он постоянно смотрел на нее сверху вниз, считал ее женщиной, которая недостойна никакого внимания. Как он мог в течение года знать женщину настолько близко – и в то же время знать только ее имя?

Это сильно затрудняло поиски. Он не смог найти ее следов во время прогулок по деревне или поездок верхом по ее окрестностям. Он старался вести расспросы настолько осторожно, насколько был способен. Но ничего узнать не удавалось, так что в конце концов, сидя в деревенской пивной с пинтой эля на столе, он вынужден был спросить, не знает ли кто-нибудь о Присси, которая работала на кухне в доме его сестры. Его сестра-де умоляла справиться о ней, когда узнала, что он будет проездом в этих местах. Никто никакой Присси не знал. И совершенно определенно тут не было никакой Присси, которая бы недавно вернулась домой из Лондона.

– Тут есть Бесс, – подсказал один из молодых парней, морща лоб. – Некоторые зовут ее Бесси. Это ведь звучит немного похоже на Присси, так?

– Бесси за всю свою жизнь и на пять миль от дома не уезжала, – возразил кто-то презрительно.

– Ее родители еще живы, – сказал Джеральд, – и у нее есть несколько младших братьев и сестер.

Он добавил, что Присси ушла от его сестры, чтобы вернуться домой и выйти замуж. И – да, его сестра забыла сказать ему фамилию девицы. Глупый недосмотр.

Мужчины, собравшиеся в пивной, дружно задумались – и дружно покачали головами. Нет, эта Присси не из их деревни.

– Была, конечно, мисс Уэнтуорт из помещичьего дома, – проговорил тот же молодой человек, который высказал предположение насчет Бесси. – Она ведь была мисс Присцилла Уэнтуорт, правильно, пока не уехала отсюда? А его светлость, переселившись сюда, стал тут королем, герцогом, епископом и мэром одновременно.

Тот мужчина, который с презрением принял его предыдущие слова, прищелкнул языком.

– Джентльмен говорил о девке, которая работала на кухне, Нед! – сказал он. – Держи пасть закрытой, если не можешь не говорить глупостей.

Молодой парень обиженно замолчал.

Местный священник позже подтвердил то, что Джеральд уже знал в душе. Денбридж не был домом Присс. Мисс Блайд его обманула, или же Присс обманула ее саму.

Однако перед тем как вернуться в Лондон, он все-таки остановил коня перед воротами Дентон-Мэнор и посмотрел туда, где в глубине прямой аллеи стоял аккуратный георгианский особняк, который, как он узнал, служил домом некому мистеру Освальду Уэнтуорту. Мисс Присцилла Уэнтуорт, дочь прежнего владельца и кузина нынешнего, больше здесь не проживала.

Однако он не стал вести свои расспросы в особняке. Это было бы слишком нелепо.

Вот только на обратном пути он вспомнил о ее умении читать и писать – и всех признаках того, что она освоила эти навыки давно, а не всего год назад. И она умела рисовать, и писать акварелью, и вышивать. И она пела хорошо поставленным голосом. И в разговорах она ни разу не сбилась на просторечие, даже когда находилась во власти сильных чувств. А ее манеры и вкус были безупречными.

Майлз назвал ее настоящей леди.

Она говорила, что ей писали родители. И что ей писал тот мужчина, за которого она собиралась выйти замуж. Дьявольщина, неужели он совершенно глуп? Эта семья и этот ухажер, которых он считал бедными и неграмотными сельскими рабочими, ей писали?

Боже правый!

Мисс Присцилла Уэнтуорт.

Но такое невозможно. Если в своих отношениях с Присс он был невероятно глуп, то сейчас ему грозила опасность превзойти самого себя в дурости. Это исключено.

Он знал наверняка только одно – и от этого у него было невероятно тяжело на сердце. Либо она полностью ему солгала – либо сказала правду, но позаботилась о том, чтобы он никогда не смог ее найти. В обоих случаях это никак его не утешало. В обоих случаях Присс намеренно положила конец их отношениям, не допуская того, что ее можно будет уговорить вернуться.

На последнем этапе пути он решил, что ему следует все-таки ее оставить. Если она несчастлива, то именно этого она и добивалась. Она приняла решение. У него нет больше никаких обязательств по отношению к ней. Он свободен от нее.

Но конечно, после возвращения он обнаружил, что, хотя его совесть спокойна, его сердце не может успокоиться. Он снова пришел к мисс Блайд.

– Вы намеренно отправили меня по ложному следу? – спросил он у нее.

Она изумленно подняла брови.

– По ложному следу, сэр? – переспросила она. – Вам не удалось ничего узнать о Присси? Мне казалось, что вам это удастся.