Несносный тип (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович

Грааль.

После этого всё полетело к демонам, так как Грааль был украден.

Не найден.

А, что хуже всего — неизвестен вор.

Он был кем-то из них, из Основателей.

Конфликт перерос в войну. Детали Фаулту были неизвестны, но он ручался за то, что в этой агрессивной каше, которая сейчас творилась в Внешней Зоне, был лишь один нейтральный элемент — некроманты Энно, поддерживаемые Ахиолом. С позицией магов смерти, как и с их невиновностью, окружающим пришлось согласиться, скрипя зубами — просто потому, что Энно без особых проблем для себя могли уничтожить всех. Тысячи желтоглазых, десятки тысяч вооруженных автоматами зомби, магия умертвляющего типа… Энно не могли не признать, за что они просто отстранились от происходящего. Как и начавший всю эту бучу Ахиол.

— Последнее, что мне сообщили, шериф, — испустил глубокий вдох гигант, — заключается в следующем — Ахиол в данный момент работает кем-то вроде курьера, пытаясь провести переговоры между наиболее агрессивно действующими семьями, но, насколько мне известно, безуспешно. Уже есть жертвы, было несколько стычек. Тамара Галатури потеряла младшего сына.

— А что с превращением Пятна в Каплю? — вспомнил я.

— Здесь знаю только одно — это, вроде бы, был способ занять желтоглазых, если Купель по каким-то причинам закроется, — ответствовал мне бармен, — Проекту много десятков лет, все чертежи были в ратуше. Вот, пригодилось…

Задница. Куда не посмотри. Основатели дерутся, и тут остаётся лишь молиться, чтобы они не прибегли к наверняка заготовленным козырям массового поражения. Желтоглазые, размягчённые Купелью и отягощённые её же отсутствием, вымирают едва ли не по сотне в день. Живые брошены на произвол судьбы, а мы, миниатюрный анклав в три десятка живых, отрезаны от цивилизации наглухо, но зато отгорожены километровым минным полем от куатрианцев, которым непременно хочется попасть в Хайкорт.

Фаулт аккуратно, очень аккуратно спросил, как я рассматриваю себе перспективу сделать то, что недавно предлагала покойная Пенелопа Кайзенхерц — а именно дать дёру из Хайкорта, пробив дорогу через минное поле с помощью мертвецов.

— Честно говоря, думал, мастер Дантон, — откровенно признался я в мыслях, посетивших меня буквально сразу, как Трейкеры передали управляющие браслеты, — Только вот, смотрите на ситуацию. Первой — мы не знаем последствий, что вызовет нарушение клятвы Ахиолу. Не знаем, что именно ему даёт пройденный всеми жителями Хайкорта малый ритуал посвящения. Это раз. Два… Эласта в огне. Союз Равных либо не существует, либо близок к этому состоянию. Покинуть континент практически невозможно. Третье — куатрианцы.

— Под вашим контролем много нежити, — помолчав, прогудел гном. Это был аргумент.

— Много, — потряс я рукой, — Наверное, две или три тысячи. Но, обратите внимание — браслеты доверили мне, наёмному работнику, имеющему, к тому же, много споров с начальством. Но доверили. А это гарантирует, что на браслетах стоят ограничения.

— Вынужден с вами согласиться, шериф, — уныло вздохнул бармен, — Деваться нам некуда.

Однако, в уныние не впал. Наоборот, собравшись, Дантон Фаулт спросил, чем может помочь в нашей непростой ситуации. Я с радостью переложил на его широкие плечи самую тяжелую и животрепещущую на данный момент задачу — найти хотя бы еще четырех живых, готовых до ночи обучаться у желтоглазых владению крепостной артиллерией. Гигант покивал, сообщил, что справится, а затем ушел, занимая своим силуэтом почти весь проём коридора. С облегчением выдохнув, я отправился к себе в «номер» в надежде урвать пару часов сна перед ночным дежурством.

Не вышло. Из наших апартаментов пулей вылетела рыдающая Нимея, прижимающая ладони к лицу. Завывая, она ломанулась к лестнице, ни на что не обращая внимания. Вслед за ней летела злая аж до перемены цвета Элли, сжимающая кулачки и требующая от бывшей заводчицы коз остановиться и прижаться к обочине. Проводив парочку взглядом, я зашёл в комнату, обнаружив там Эльму, дующую на свои ладошки. Тоже злую.

— Нахлестала эту дуру по щекам, — ответила дочь на мой немой вопрос, — Представляешь, она нам начала жаловаться, что ты с её подругой грубо обошёлся! В угол мешок кинул! Коза безрогая!! В следующий раз посильнее её, пап!! Вот чтоб орала как первая гоблинша!!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Не уверен, что буду, — отложил я до лучших времен воспитательный подзатыльник. Всё-таки, когда дочь на боевом посту, а иначе разложенный вокруг амбразуры арсенал трактовать сложно, воспринимать её как 14-летнего ребёнка просто-напросто глупо.

— И правильно! — горячо и зло одобрила дочь мои порывы, — У зеленых мозгов куда больше, чем у этой фермерши!

Пришлось её слегка одёргивать, выдав краткое объяснение о том, насколько сильно могут различаться люди, с возрастом привыкающие оперировать стереотипами для облегчения работы своего понятийного аппарата. Мол, Нимея сейчас мозгами не в страшном, сухом и пыльном здесь, а еще там, у себя на ферме, где всё просто и знакомо. Что она, что другие живые тупят и будут тупить, когда череда событий не сорвёт их с привычной колеи, заставив переключиться на выживание. Так что организованный Эльмой мордобой — занятие вполне угодное и душеспасительное.

На этом месте я был перебит вернувшейся Элли. Девочка-призрак вид имела встрёпанный и даже слегка напуганный.

— П-п… отец, — выдохнула она, — Там радио. Тебя зовут, срочно.

— Кто?

— Куатрианец!

От этой новости я аж сорвался с места, попутно загребая с собой за талию пискнувшую Элли. Срывая на ходу маску, поинтересовался:

— Откуда они знают, что я здесь?!

— Я сказала, — виновато хныкнула несомая девочка, — Точнее, он спросил, нет ли тебя рядом, а я ответила. Не надо было, да?

— Поздно думать, что надо, а что не надо, — рыкнул я, — Почему ты сняла трубку вообще?!

— А там никого не былооооо!!

Черт, действительно, забыл оставить кого-нибудь в рубке. Хочу назад, в свой мир. Туда, где от бухгалтеров не требуют быть убийцами, охотниками на монстров, детективами, бухгалтерами, переговорщиками, шерифами и комендантами крепостей в одном флаконе!! Сбросив дочь в районе кухни с наказом принести нам всем пожрать, я рванул к радио.

— Магнус Криггс, шериф Хайкорта, на связи, — прохрипел я, отплёвываясь от пыли, — С кем имею честь разговаривать?

— Здравствуйте, мастер Криггс, — сквозь стоны и хрипы несовершенного аппарата послышался очень даже знакомый голос, — Это я, Жариз Карз из клана Карз, если вы не забыли своего доброго приятеля. Мы можем поговорить?

— Мы уже говорим, — с скребущими на душе кошками ответил я, — Внимательно вас слушаю, мастер Карз.

Глава 16. Огнём и мечом

— Последний вопрос, мастер Криггс. Сколько у вас процентов прогресса?

— Двадцать один процент, господин Карз. Последний вопрос. Когда?

— Не ранее, чем через сутки. До встречи, мастер Криггс. Мне… жаль.

— Мне тоже, господин Карз. Вы один из немногих достойных разумных, что встретились мне в этом мире.

Щелчок. Конец связи.

Я тупо полупал глазами на массивную панель радиосвязи, устаканивая разговор в голове.

Хотя, разговора как такового не было. Жариз Карз просто рассказал мне историю.

Разобщённой цивилизации западных эльфов пришёл конец в одночасье. Их прибрежные города, только начавшие готовить к межконтинентальной торговле, сожгли и вырезали буквально за месяц. Разобщенные кланы и племена, живущие в лесах, пропадали одно за другим, но весь северо-восток континента не потерял подобие разумной жизни. Конечно же, в самих лесах еще оставались сотни тысяч, если не миллионы эльфов, но снявших с места, бегущих, прячущихся…или наоборот, нападающих. Только не на своих безжалостных убийц и гонителей, а на пребывающие в панике поселения Союза Равных.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Но началось всё с Куатры и захваченного эльфийской страной города колонистов, которому дали новое название — Аркуат. Всё началось с того, что город сравняли с землей массивными бомбардировками, ставя точку на будущем эльфов Эласты. Клан Карз же, отвечающий за разведку, смог выбраться до начала резни почти в полном составе. Только вот это ничего не дало — эльф жители лесов. Им, подающим северо-западные зеленые массивы, было просто-напросто некуда деваться. Ни выжить, ни прокормить себя иначе, как грабежом и бандитизмом. У Карз был план — попросить покровительства Хайкорта. Неоговоренный, выработанный на всякий случай, но был. На крайний случай, тот, если вдруг всемогущий Хайкорт почему-то не скажет своего веского слова, если на континенте начнется война.