Три жениха для попаданки - Майя Хоук

должны быть втянуты в конфликты, которые развязали старшие. Они не должны видеть жестокости и в особенности страдать из-за нее.

- Брин, мама ждет тебя.

Девочка отрицательно машет головой.

- Мама умерла. Вейн это сам видел. Я не верю тебе, - чеканит рыжая.

В чем-то она все-таки похожа на своего отца. Упертая. Сейчас она удивительно сильно напоминает мне Ирвина и, удивительно, но это вовсе меня не раздражает.

- Я видел твою мать.

Лицо Брин ожесточается.

- Лжешь.

- Ты знаешь, кто я?

Она кивает.

- Адмирал. Ты вел корабли, которые должны были уничтожить нас всех, - она показывает мне собственные руки, которые горят огнем. - За то, что я все поджигаю.

Я замираю, понимая, что кажется именно об этом и говорил мне Ирвин. Брин что-то перестала контролировать внутри себя.

- Зачем ты явилась? - я решаю, что мне нет смысла говорить обиняками или пытаться что-то из нее выудить. Времени очевидно немного.

- Из-за твоих друзей.

Подтягиваюсь. Это звучит уж совсем удивительно. Кажется, мой флот полностью разбит, точнее та его часть, что осталась в морской части пролива.

Однако не может же Брин все путать? Она же не сошла с ума?

- Лайя говорит, что лучше мы все вместе пойдем ко дну, чем если ты вернешься к повстанцам.

Подтягиваюсь и произношу слабым голосом:

- Я ничего не понимаю.

- Тебе и не надо, - Брин тянется к моей голове.

Миг, и она срывает повязку.

Какое-то время мои глаза привыкают к свету, и я пытаюсь сориентироваться.

- У тебя глаза правда волшебные?

Мы с Брин пересекаемся взглядами.

- Правда, - я считаю, что лучше не лгать, хотя и отдаю себе отчет в том, что совершенно не могу сориентироваться в ситуации.

Тогда девочка выхватывает нож из-за пояса.

- Тебе придется поспешить, - с этими словами она режет скрепляющие мои руки веревки.

Вскоре я уже освобожден.

Присаживаюсь на кровати, потирая запястья. К счастью, нижнюю часть моего тела прикрывает перепачканная бурыми пятнами простыня - вот правда, неудобно было бы оказаться нагишом перед ребенком.

- Спасибо, - рассматриваю Брин. - И что ты думаешь делать дальше?

- Ты ведь сумеешь заколдовать того, кто сейчас появится?

Киваю.

- Тогда сможешь уйти с корабля.

Решаю не спорить. В конце концов шанс сбежать далеко не всегда предоставляется так просто, хоть на сей раз он и связан с очень странными обстоятельствами.

- Я должен одеться, - говорю я, прежде чем слезть с кровати.

По лицу Брин видно, что она не подумала об этом.

Тогда мне приходится взять все на себя. Сдергиваю простыню и оборачиваю вокруг бедер.

- Ладно. Этот пункт оставим. Смотри, какая у меня замечательная юбка.

Брин никак не реагирует на шутку. Меня и правда пугает ледяной холод в ее

глазах.

- Действуй! - взрывается Брин, и я вижу, как ее волосы на миг обращаются в

живое пламя.

Вот это в действительности мотивирует отступить.

В дверях я замечаю Вейна.

- Брин, я же тебе сказал не трогать ничего в этой комнате...

Мой взгляд попадает в противника.

- Теперь ты будешь слушаться меня и только меня, - проговариваю одними губами. - Охранять меня и ребенка. Отныне у тебя нет другого господина.

- Слушаюсь, - выдыхает Вейн.

После этого мне становится немного легче думать.

- Пускай выведет нас отсюда! – кричит девочка.

- Брин... - оборачиваюсь к ней.

- Он пришел подготовить тебя к казни, и если это случится... - качает головой рыжеволосая. - Умрут те, кто этого не заслуживает!

Прикрываю глаза.

По всей видимости, Брин ориентируется в ситуации лучше.

- Идем! - зовет она.

Все, что я успеваю заметить, когда мы выходим на палубу, это то, что все вокруг уставлено факелами. И Лайя, как жрица, возвышается над солдатами.

По телу невольно пробегает холодок. Увиденное отдает безумием, из-за которого я жутко не любил собрания ларди. Они все там помешаны на всяческих кровавых ритуалах.

И, кажется, я начинаю понимать, когда Лайя к нам оборачивается. В руке у нее

кинжал.

- Вейн, ты рано, - произносит она. - Почему ты развязал ему глаза?!

- Давай! - кричит Брин, и все происходит куда быстрей, чем я ожидаю.

Удар Вейна приходится мне под дых. Меня отбрасывает к бортику, после чего я переворачиваюсь и проваливаюсь в воду.

Плеск и холод оглушают. Но, к счастью, мне довольно быстро удается

сориентироваться в том, где низ, а где верх, и вынырнуть.

На палубе готовили мою казнь. Значит, мне надо отсюда уплывать, и чем быстрей, тем лучше. Но как это сделать, не имея лодки?

- Держите своего заложника! - кричит Брин с борта.

Оглядываюсь и вижу, что лодка в действительности существует. И она плывет сюда! Картина в голове никак не хочет складываться.

Ведь это же попросту невозможно, если не считать того, что произошло чудо, пока я был без сознания.

У меня нет времени смотреть на Брин и на корабль. "Надо улепетывать", - об этом твердит животное чутье.

С подплывшей близко лодки ко мне тянется рука, хватаюсь за нее и вскоре оказываюсь внутри. На меня смотрят несколько мужчин в незнакомой форме. Здесь тускло горит фонарь, и мне не сразу удается понять, кого именно я перед собой вижу.

Я тут же получаю плед.

- Дэмиен Э’Тарн? - произносит незнакомый голос.

Киваю и оглядываюсь на корабль, с которого я только что таким странным образом сбежал. Ничего не получается разглядеть.

Лодка начинает движение, и я наконец понимаю, кого принесло по мою душу. Это же защитники Жемчужных Островов!

- Откуда вы взялись?

- Это тебе расскажет Иштван.

Чувствую, что высоко поднимаю брови. Эмбер уверяла, что наставник Ирвина погиб. Наконец я действительно могу разглядеть вдали корабли, блокировавшие потрепанный в сражении флот Лайи и начинаю кое-что понимать.

- Почему вы выменяли меня? - перехватываю шерстяной плед на плечах и обращаюсь к тому самому человеку, что подавал мне руку.

В это время мне протягивают флягу с чем-то, что пахнет спиртом.

Пиратская жизнь приучила не брезговать выпивкой, да и я действительно замерз в воде, руки и ноги до сих пор сводит от холода. Глотаю.

- Тебе не жалко свой жизни, адмирал? - усмехается собеседник.

Если речь идет о том, чтобы не допустить разрушения столицы, то не жалко.

- Почему не девочка?

Становится так тихо, что я слышу плеск весел и то,