Амариллис - Джейн Кренц

— Я всегда знала, что я сильный концентратор.

— И мы многим обязаны этому обстоятельству, — откликнулся Лукас.

— Но монстром я себя не считала.

— Какой же вы монстр? — нахмурился Трент. — Что за ерунду вы говорите?

— Лукас, разве вы не понимаете? Я оказалась способной держать для вас фокус. А вы проецировали энергию, соответствующую одиннадцатому, а может быть, даже и двенадцатому уровню.

— Послушайте, я понимаю ваше состояние, но…

— Если вы в некотором роде энергетический вампир, то кто же в таком случае я?

— Что вы сказали? — поразился Лукас.

— Мой энергетический потенциал равен по мощности вашему. Если посмотреть на это с точки зрения энергетики, то сила остается силой, вне зависимости от того, владеет ею талант или концентратор.

— А мне это как-то не приходило в голову. — Лукас ощутил слабые отголоски того блаженного чувства, которое испытал во время сеанса фокусирования.

Амариллис подошла к Лукасу, поднялась на цыпочки и обняла его за шею.

— Мне думается, у нас больше общего, чем казалось сначала. — Ее губы нежно коснулись его губ. — Ты не можешь себе представить, какое это облегчение — сознавать, что необыкновенные способности, которые не в состоянии измерить лабораторные приборы, есть не только у тебя.

Лукасу на секунду показалось, что он очутился в мире своих иллюзий. Но в следующую минуту он благоразумно решил, что не время было предаваться размышлениям о реальности происходящего. Трент имел практический склад ума и не любил философствовать.

Лукас прижал к себе Амариллис, подхватил на руки и вошел с ней в дом.

Глава 8

Амариллис услышала, как с грохотом захлопнулась дверь: Лукас толкнул ее ногой. Он не стал искать выключатель, а сразу прошел в гостиную через освещенную тусклым светом прихожую.

У нее перехватило дыхание от его поспешности. Кипевшая в нем страсть равнялась по силе его таланту. Это неукротимое желание обволакивало ее, словно невидимое покрывало. Амариллис почувствовала, как жар ответного чувства стремительной волной прокатился по ее телу, унося с собой остатки страха и напряжения, которые ей пришлось пережить при встрече с бандитами.

Она отмела прочь все раздумья и сомнения, отказываясь прислушиваться к голосу разума, что так на нее не похоже. О будущем она задумываться не желала. Только настоящее имело значение и то, что оно сулило. Слишком долго ей пришлось ждать мужчину своей мечты.

— Лукас. — Амариллис еще теснее обхватила его шею.

— Я здесь, — шепнул он, — я не уйду, даже ради всего «студня» Западных островов.

Лукас опустил ее на диван и страстно приник к ней. Их губы сомкнулись в поцелуе. Он вытащил из ее волос еще остававшиеся в них шпильки.

— Ты напоминаешь мне цветок джунглей, — сказал он, тяжело дыша от возбуждения.

Его сильные руки торопливо расстегивали на ней блузку, она ощущала их нетерпеливую дрожь. Он оторвался от ее губ и посмотрел на ее груди.

— Какие они красивые, — восхитился Лукас, нежно касаясь соска, затем наклонился и захватил его губами.

И снова волна возбуждения охватила Амариллис, она слегка приподнялась и тесно прижалась к нему всем телом, сразу почувствовав подтверждение сжигавшего его желания. Она начала расстегивать на нем рубашку, а затем с робкой нежностью прикоснулась к его груди. Лукас застонал в ответ на ласку.

Движения Амариллис стали смелее, ей доставляло удовольствие гладить его мускулистую грудь. Ее пальцы скользнули по тому месту, где кожу стягивал грубый шрам.

— Тебя ранили, — шепнули ее губы.

— Несчастный случай, это было давно. — Он поцеловал ее, уклоняясь от дальнейших расспросов. — Ты хочешь меня, по-настоящему хочешь, я чувствую это.

— Мне в жизни ничего так сильно не хотелось, — просто призналась Амариллис.

И в этом заключалась истина. Она целиком отдалась радостному волнению, которое поглотило все остальные чувства. Оказалось, она обладала даже большей силой, чем предполагала. И ей помог узнать об этом человек, способный разделить с ней эту силу. Открытие поразило ее, захватило дух.

Вся сдержанность Амариллис, скованность остались в прошлом. Она ощущала только свободу, легкость и страсть. Впереди ее ждала манящая великая тайна, и ей оставалось совсем немного до заветной черты. Больше сдерживать себя она не могла, жизнь брала свое.

Лукас осыпал поцелуями ее обнаженные плечи и нежно покусывал за ухо. В каждом его прикосновении чувствовалось жгучее нетерпение.

Он захватил подол ее юбки и поднял его до талии. Ощущение его руки на бедре наполнило Амариллис сладостным томлением, заставившим ее вскрикнуть.

— С тобой все в порядке? — поднял голову Лукас.

— Да, конечно, все хорошо. — Она запустила пальцы в волосы и притянула его голову к себе.

Их губы снова слились в поцелуе.

Он тихонько рассмеялся и снова довольно застонал. Она услышала треск рвущейся материи — это были ее трусики.

— Вот черт, — огорчился Лукас, — я не хотел.

— Ничего страшного, их у меня полно, я покупаю на распродаже сразу десяток. — Она согнула ногу в колене и настойчиво прижалась ею к его бедру.

Лукас обхватил Амариллис обеими руками и спрятал лицо у нее на груди.

— Напомни мне купить тебе еще десяток. — Он приподнялся, чтобы расстегнуть ремень и брюки, и вновь опустился между ее ног.

Лукас стал ласкать ее, вздрагивая от возбуждения. Амариллис также охватила дрожь, она чувствовала влагу белья и знала, что Лукас вдыхает запах ее тела. Ее порадовало, что в комнате царил полумрак. Он развел ей ноги в стороны, и она ощутила прикосновение его массивного члена и влагу на нем. Внушительные размеры слегка поразили ее.

Лукас начал входить в нее и вдруг остановился.

— Ты напрягаешься, — шепнул он, — и мне трудно пройти.

— Нет, со мной все в порядке, просто ты немного великоват, — улыбаясь, она прикоснулась к его щеке, — но не беспокойся, я не сломаюсь.

Он хрипло охнул и устремился в нее, наполняя резкой болью все ее существо.

Амариллис вскрикнула и замерла, вонзив ногти в спину Лукаса. Пронзившая ее боль оказалась сильнее, чем она ожидала. Амариллис часто дышала, стараясь превозмочь боль.

— Амариллис.

Несмотря на болезненное ощущение, она едва удержалась от улыбки, настолько очевидным оказалось от разившееся на его лице потрясение, намного превосходившее ее собственное.

— Не беспокойся, — она взяла в ладони его лицо и страстно поцеловала, — я не…

— Знаю, знаю, ты не сломаешься. — И он ответил ей нежным поцелуем. — Почему ты мне не сказала?

— Потому что это не имело значения.