Не вмешивайтесь в дела волшебников - Corwalch

- Хогвартс - не тюрьма, мистер Поттер! - оскорблено заявила преподаватель. - Хогвартс - это место для обучения, где студенты получают лучшее образование, которое им необходимо в волшебном мире.

- Я уверен, что другие обитатели согласятся с вами во всем, что вы им преподаете, но не я. Единственное, что можно отточить, обучаясь в этой школе, так это умение предавать других, - холодно сказал ей Гарри. - И у меня есть большие сомнения относительно качества образования, полученного здесь от учителей, преподававших мне почти 7 лет. Если эти учителя - пример для подражания студентам, я удивлен, что большинство из учащихся не убиты Вольдемортом.

- Как вы можете! -МакГонагалл уже не скрывала своего гнева. - Вы понятия не имеете, о чем говорите! Директор школы прилагает все усилия, чтобы предоставить студентам лучших преподавателей.

- Тогда давайте посмотрим на этих учителей, - Гарри словно не заметил ее вспышки. - Конечно, я могу говорить только о последних 7 годах, но за это время это воображаемо-образцовое учреждение имело только двух, заметьте, двух компетентных учителей ЗОТИ: Люпин и Пожиратель Смерти Крауч, под оборотным зельем. Усилия остальные были просто смехотворны, и им вообще не следовало позволять преподавать, потому что все их уроки оказались пустой тратой времени. Неудивительно, что они не продержались больше года.

- Они были самыми лучшими среди возможных, - повторила МакГонагалл и добавила. - Пока Квиррел не встретился с Тем-Кого-Нельзя-Называть, он был превосходным учителем ЗОТИ. Профессор Локхарт и Смизерин - тоже.

- Я ничего не могу сказать о квалификации Смизерина, я здесь недостаточно долго, чтобы сформировать свое мнение о нем [прим перев: видимо смотря на успехи учеников…], но то, что он больше не преподает здесь, подтверждает его недостаточную квалификацию для уничтожения проклятия, которое похоже наложено на должность преподавателя ЗОТИ, - спокойно возразил Гарри. - И единственная вещь, которой мог обучить Локхарт - это как правильно вести себя перед камерами… тупой щеголь. Он был хорош в приведении представительниц женского пола в состояние «подернутых дымкой глаз и таких же мыслей». Лично я думаю, что даже Филч был бы лучшим учителем ЗОТИ, чем Локхарт.

МакГонагалл ничего не сказала, слишком хорошо помня, какими расслабленными становились учительницы при виде этой знаменитости. Она была в меньшей степени уязвимой для него, так как было много других дел, на которые требовалось время, особенно когда начались атаки василиска.

- Перейдем теперь к тому, что можно назвать более постоянным штатом, который я наблюдал во время обучения, - продолжил Гарри со злой усмешкой. - Первым у нас идет профессор Зелий, который на протяжении по крайней мере 20 прошлых лет так запугивал студентов и покровительствовал своему Дому, что только небесам известно, сколько потенциальных Мастеров Зелий было загублено его обучающими методами. Я даже не упоминаю о его ненависти, направленной на меня только потому, что я - сын своего отца.

- Этот вопрос был решен, - напомнила ему МакГонагалл. - Снейп здесь больше не преподает и никогда не сможет.

- Но это уже исправит причиненного вреда, - возразил Гарри. - Было множество жалоб о его обучающих методах, но директор оставил его.

- Вам хорошо известны причины, - парировала женщина.

- Директор вполне мог найти ему другую работу, позволяющую находится в непосредственной близости от него и иметь возможность передавать информацию о Воландеморте, - заметил Гарри. - Директор даже не сделал попытки остановить его или вынудить изменить методы обучения, ведь если бы он действительно заботился о студентах, то так бы и поступил. Но как вы заметили, Снейп больше не является проблемой, благодаря мне.

Он поднял палец.

- Давайте теперь, обратим внимание на нынешнего преподавателя УЗМС. Я ничего не имею против Хагрида лично, но не могу не задаваться вопросом, сколько студентов, которыe возможно были заинтересованы волшебными существами, испугались тех существ, что показывал Хагрид. Это специфический урок, похожий и одновременно противоположный Зельям, потому что если у вас нет с самого начала любви к большим опасным существам, это не тот предмет, который вы захотите выбрать. Хагрид - полугигант, таким образом, очень мало вещей могут причинить ему вред. К сожалению, он любит больших и опасных существ, думая, что и остальные видят в них безопасных щенят и котят. Вместо того, чтобы начать с маленьких безопасных симпатичных существ, он берет для изучения самое большое, самое опасное и иногда самое уродливое из существ. Он должен научиться соотносить свои занятия с возможностями студентов. Другими словами от третьекурсников или четверокурсников не стоит ожидать умения общаться с гиппогрифами или огненными жалами соплохвостов. Шестые или седьмые курсы, возможно, смогут, но не младшие. Первая треть, в течение пяти лет обучения, должна быть посвящена безопасным существам, как, например, единороги, постепенно переходя к более опасным существам. Я даже не буду перечислять свои претензии к мошеннице Трелони, предсказывавшей мне смерть каждый раз, когда у меня было занятие, или Биннсу, который настолько скучен, что удивительно, как никто из студентов не умер на его уроках.

МакГонагалл выглядела немного раздраженной из-за того, что кто-то указал на недостатки школьных учителей.

- Хорошо, я признаю, что у нас есть небольшие проблемы с некоторыми членами преподавательского состава. Хогвартс - известен повсеместно своим лучшим уровнем образования, который необходим, чтобы преуспеть волшебникам и ведьмам в волшебном мире.

Гарри фыркнул на это заявление.

- О да, я уверен, что способность превратить подушку с булавками в дикобраза - действительно поможет мне преуспеть. Кто знает, возможно, следующий Министр будет избран, именно из-за способности сделать это.

Поскольку профессор уже готова была возмутиться на заявление о том, что ее класс был пустой тратой времени, Гарри поторопился продолжить.

- Я не идиот и знаю, почему Дамблдор вынудил меня вернуться, и это не из-за необходимости закончить мое образование. Он думает, что со временем я прощу моим прежним друзьям и всему магическому миру то, что Вы сделали со мной в прошлом году, но я уже сказал ему и теперь повторяю Вам: этого не будет. Ничего, из того, что я выучил перед Азкабаном, не пригодится мне во внешнем мире, кроме знаний о том, какими предателями, не гнушающимися удара в спину, могут быть ведьмы и колдуны. Я получал этот урок на втором, третьем, четвертом, пятом и шестом курсах. И как дурак, после каждого происшествия, ожидал, что люди извлекут уроки из своих ошибок, однако этого не происходило. Теперь я только жду окончания учебного года да забочусь о некоторых незаконченных делах в волшебном мире. Как только мне исполнится восемнадцать, никто не будет в состоянии вынудить меня сделать хоть что-то без моего желания. Никогда.

Он покинул ее кабинет, не дожидаясь разрешения идти.

МакГонагалл покачала головой и снова задумалась, а не был ли директор слишком оптимистичен, и смогут ли они добиться прощения Гарри и того, чтобы он остался в волшебном мире. Она знала, что директор был прав в одной вещи: в мире волшебства было очень много проблем, которые на данном этапе никогда не решатся, особенно с кем-то, вроде Фаджа у власти. Однако если верить Ежедневному Пророку, Фадж еще прежде, чем закончится год, по постановлению Визенгамота будет смещен с должности. Она знала, что Дамблдор надеется выставить кандидатуру Гарри на пост Министра на следующих выборах, потому что это поможет создать из магической Англии великую державу, и появится возможность изменить ряд проблем, которые долгое время существовали в волшебном мире. Несмотря на то, как обращались с ним родственники, а может именно благодаря этому, Гарри был одним из немногих, кто не видел разницы между волшебником и любым другим волшебным существом и смотрел на всех одинаково.

Утром в день состязания между Гриффиндором и Слизерином было ясно и не жарко. Все согласились, что это прекрасная летная погода. Никто не сомневался в зрелищности предстоящей игры: противостояние между Домами дошло до крайней точки напряженности.

За прошлую неделю гриффиндорцы, и в особенности Рон Уизли, снова развлекали другие Дома, давая пищу для сплетен. Говорили, заменой Молнии, сожженной в прошлом году, гриффиндорцы пытались подкупить Поттера, чтобы тот снова занял место ловца. Очевидно, они не были уверены в своих силах и способности выиграть у Слизерина даже притом, что Малфой не участвовал, все еще находясь в образе хорька. Продолжением слуха стал отказ Поттера. Также было известно, что Молния, которую ему вручили, в настоящее время прикреплена к стене в гостиной Гриффиндора, и все попытки снять ее потерпели неудачу.