Мой властный миллиардер (СИ) - Ночь Ева

Запинаясь, пытаюсь объясниться.

Ну. я тогда. на счёт косоглазия. Помнишь?

Он улыбается мне мягко.

- Забудь. Ты же не знала. А я уже давно вырос и больше не страдаю по этому поводу.

- Ты мне нравишься. В очках, - заявляю смело.

- А без очков - нет? - вот же коварный!

- Без очков ты другой. Слишком неприступный и высокомерный. Сноб. Особенно, когда у тебя носки белые.

- Ты с ума меня сведёшь, Метёлкина. Вот же злючка, - ворчит он, отставляя ноутбук. - Иди сюда!

Я мотаю головой. Не-а. Твоя очередь охотиться. А я сделаю вид, что убегаю. А потом поймаю тебя. Возьму в плен и...

Он кидается ко мне слишком быстро. Я не успеваю среагировать.

- Попалась? - сжимает в объятиях, и тогда я целую его в нос. А затем - в ямочку на подбородке. Тоже быстро, чтобы он опомниться не смог.

- Насть. - это похоже на зов. А ещё у него глаза темнеют.

- Вова, - говорю строго, а затем целую в губы. И он замирает, а потом сдаётся. А затем перехватывает инициативу.

Мы раскачиваемся, как две неваляшки. Бродим по комнате, будто танцуем.

- Нет, - говорит это чудовище, когда я слишком тесно прижимаюсь к нему и невольно трусь телом.

- Почему нет?! - возмущаюсь и готова треснуть его побольнее. Ну что он за зверь такой?! Издевается - не иначе!

- Потому что у меня принципы, - заявляет этот обломок капитализма, а затем добавляет: -Как думаешь, завтра ЗАГС работает?

Взрывы. Фанфары. Хлопушки. Фейерверки. Овации.

Он что, серьёзно, что ли?..

41. Разные точки зрения

Замуж не напасть, лишь бы замужем не пропасть.

Народная мудрость

Я не художник, но я так вижу.

Мысли мимоходом Владимир Орловский

Владимир

- Зачем тебе ЗАГС? - спросила она, будто не соображая, что всё это значит. А может, действительно не понимала пока ещё.

- А зачем люди ходят в ЗАГС? - осторожно подвожу её к правильной мысли.

- Скажи, что ты пошутил, - пытается взять меня «на слабо» Метёлкина. Щедрая моя, хочет дать мне шанс сделать дурацкое лицо, выкрикнуть «Бабах!» и согласиться. Мол, не волнуйся, это шуточки у меня такие, расслабься. Но я не шутил. И не собирался.

- Насть, вспомни, где я, а где шутки. Это же я, скучный и нудный Орловский, в костюме и галстуке. Никаких носков с коноплёй. И я не шучу.

- Ну, сейчас ты без галстука, - поправляет она зачем-то мою футболку, словно воротничок на рубашке оглаживает. - И, как оказалось, не такой уж и зануда временами. Но, я думаю, это не твоя заслуга, а исключительно моё плохое влияние.

- Ты хорошо на меня влияешь. Отлично. Меня всё устраивает.

- И поэтому ты решил на мне жениться? - хмыкает она недоверчиво.

- Не поэтому.

- Я должна каждое слово из тебя клещами тянуть? - наклоняет Метёлкина голову, пытаясь заглянуть в глаза.

- Мы невероятно друг другу подходим, - выдаю очевидные вещи. - Я сдерживаю твои порывы, ты, наоборот, тормошишь меня и заставляешь видеть мир в разных ракурсах.

- И это всё?

- Этого мало?

Интересно, а что она хотела-то? Я ей тут предложение руки и сердца, а ей всё не так.

- Тогда я тебя разочарую: это не то, чтобы мало, но весьма недостаточно, чтобы бежать в ЗАГС и становиться мужем и женой. Или это тебя колбасит от собственных принципов не заниматься сексом до свадьбы? Так я тебя успокою: люди занимаются этим вне зависимости от штампа в паспорте. Кстати, о паспорте. Я бы на него посмотрела.

- Зачем? - моргаю, пытаясь сосредоточиться, потому что меня невероятно волнует её близость, и мыслить здраво, рассудительно, когда нижняя половина тела просто кричит о яростной необходимости всунуть, придвинуть, вжаться, двигаться, получать удовольствие и плевать на все мои бзики.

- Ну, а вдруг ты тянешь в ЗАГС всех, с кем тебе хочется заняться любовью? Там, наверное, живого места нет. Или ты девственник?

Несмотря на вулкан в штанах, я, не сдержавшись, хохочу. Собственно, она первая и единственная, с кем у меня принципы и желание мчаться в ЗАГС, встав на четыре лапы и зажав паспорт в зубах. К сожалению, Метёлкина до такого дзена ещё не дошла. Ну, ничего. Мы, Орловские, настойчивые. А наши принципы умеют убеждать и заражать своим особым вирусом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

- Нет, Насть, не тяну. И паспорт у меня скучный, как я. Нет там ничего.

- В любом случае, к сожалению, я должна тебе отказать.

Что?! И лицо у неё слишком серьёзное. В чём дело? Почему? Я миллионер. Таким, как я, не отказывают! Но Метёлкина умеет рвать шаблоны.

- Объяснись, - командую строго и холодно, потому что её отказ действует на меня, как цистерна ледяной воды на голову. У меня даже всё съёжилось-скукожилось во всех местах. Так она меня отрезвила.

- Ну, отсрочка нужна - факт. Проверить чувства, и всё такое. Чтобы не с разбега в отношения бросаться, а постепенно.

- Погоди-ка, постой-ка, - она задела меня за живое. - Значит, в постель без проверки чувств падать можно, а замуж - нельзя?

Настька смотрит на меня с жалостью. Будто всё понимает, а я - не очень.

- Ну, страсть - это приходящее и уходящее, а замуж - шаг серьёзный, если повезёт - на всю жизнь.

Вот, значит, как. Покувыркались - и разбежались в поисках новых приключений? Тень ненавистного Каменева замаячила где-то вдали. И Стасика - тоже. И сразу всякие гадкие картинки в голову полезли. И самая страшная из них - Настя в подвенечном платье рядом со Стасиком, улыбается ему нежно, а тот пальчики сжимает в руке. Я даже на миг глаза прикрыл, пытаясь отогнать и мысли, и визуализации непотребные.

- Так, Метёлкина, - решительно отстраняю её от предательского тела, - поговорили - и хватит. Работа не ждёт.

И я усаживаюсь с ноутбуком. Но, чёрт меня подери, сосредоточиться не получается никак. Я усердно делаю вид, что работаю. Нужно подумать и разработать другую стратегию по захвату временно недоступных территорий.

Настя

Замуж позвал, но не созрел. Весь вид его словно говорит: «Забудь, о чём я говорил недавно». Это что, я отказала, а он согласился? Вот тебе и счастливый финал. Радости ни телу, ни душе. Может, надо было соглашаться? Но я не могу выходить замуж просто потому, что Орловскому что-то в голову втемяшилось. Может, он под настроение ляпнул, не подумав.

Я ему и так, и эдак подсказывала, намекая на чувства, но, видимо, их у него и в помине нет. Дубина. Бревно неотёсанное. Даром, что миллионер и ум у него гениальный. А простых вещей не понимает. Или недоступны они людям, подобным Орловскому. Не тот уровень адаптации.

В общем, я попыталась поработать, но мысли шли не в том направлении, поэтому я тихонько слиняла на кухню. Когда мозги не работают, нужно дать им отдохнуть. Вот сейчас приготовлю что-нибудь, наемся, а потом гордо уйду в общежитие. Хватит, загостилась я здесь. Я девушка гордая, и не пристало мне бегать за всякими зеленоглазыми миллионерами.

Где-то между рыбой и салатом позвонил Стас. С незнакомого номера, естественно.

- На улице замечательная погода, - это вместо приветствия. - Не хочешь ли подышать свежим воздухом?

Некоторые не понимают слова «нет». И, если честно, после Артурчика и танцев с Каменевым, мне как-то не улыбается приключения на нижние девяносто искать. Но краем глаза я замечаю Орловского, что маячит в проёме дверей, и бес толкает меня на запрещённый приём.

- И какую культурную программу ты предложишь сегодня, Стас? - говорю я сладеньким голосом, делая вид, что не замечаю своего миллионерчика.

Сжатые кулаки. Желваки ходуном туда-сюда. Но телефон не вырвал из рук - уже прогресс.

- Настя! - рёв динозавра из доисторической эпохи - жалкий крик младенца по сравнению с воплем Орловского.

- Извини, - улыбаюсь я собственному телефону. - У меня тут погода резко испортилась. Торнадо наступает. Поэтому в другой раз, ладно?

Орловский, когда хочет, умеет быть стремительным.