Ледяная корона - Андрэ Нортон

– Нет, я не поеду с вами! – У Роаны все еще был станнер. Она выстрелила из него, и двое мужчин, стоящие рядом с полковником завертелись на месте, словно две юлы, а затем отскочили от Роаны на несколько шагов.

Они пошатнулись, но не упали. Тем не менее, Роана решила, что этого заряда вполне достаточно, чтобы удержать их в подобном состоянии до тех пор, пока она не уйдет. Она бросилась вперед, прямо на поле действия рассеивателя, шатаясь из стороны в сторону под воздействием этого сбивающего с толку орудия, но оставаясь при этом хозяйкой своего тела. Так, она с трудом пробивалась вперед туда, где полковник и его люди ни за что не смогли бы преследовать ее. Во всяком случае, она верила, что это так. И у нее не оставалось времени, чтобы оглянуться назад.

Ветки хлестали ее по лицу. Она прикрывала его рукою, но ветки больно ударяли ее по щекам, словно удары хлыста. Но она протискивалась вперед через излучение рассеивателя, которое должно было сбить ее с толку окончательно. Она изо всей мочи старалась расчистить себе путь, чтобы добраться до безопасной зоны, находящейся за энергетическим барьером. Пусть Лудорика и ее верный слуга полковник сами ищут способ избавиться от всех своих проблем; она же больше не собирается играть в их трижды проклятые игры!

Глава одиннадцатая

Наверное, Роана почти достигла конца защищаемой зоны, поскольку волны лучевого рассеивателя стали менее действенными. Она упорно пробиралась вперед, не разбирая дороги, девушке как можно быстрее хотелось попытаться избавиться от воздействия рассеянных лучей, туманивших ее разум. Еще немного – и вот она на свободе.

Перед ней расстилалась поляна, с расположенным на ней лагерем. Она понимала, что ей не избежать проблем, и откинула капюшон на спину, чтобы дядя с Сандаром увидели ее, если, конечно, не узнали ее трехмерное изображение на своих мониторах. Однако она не заметила в лагере никаких признаков жизни. Там не было ни души… тогда где же они?

Роана в замешательстве остановилась перед входом, на который, наверняка, установили новый код, потому что, специальное устройство не смогло идентифицировать ее, когда она приложила к нему большой палец. Но затем дверь отворилась, будто Роана покинула лагерь всего несколько минут назад. Значит, ее все-таки не изгнали из группы.

В крошечных ячейках она никого не обнаружила. Но в одной из них, где хранились инструменты, она заметила опустевшие стеллажи и специальные ниши. Выходит, они где-то работали, и она сразу вспомнила о пещере.

Роана подошла к передатчику. Она могла бы подать им сигнал из лагеря, чтобы предупредить их о возможной опасности. Но как только эта мысль пришла ей в голову, она увидела, что контакты связи с ее передатчиком разъединены. Хотя все было готово для внеземной связи. Либо они уже условились об отлете с Клио, либо вскоре ожидали еще каких-то известий.

Она включила кнопку воспроизведения. Немедленно пленка завертелась, и ей сообщили код.

– Так вот оно что, – проговорила она вслух. Они уже отправили сообщение и получили приказ о том, что могут производить любые исследования на Клио в течение трех суток. Разумеется, трех суток в исчислении этой планеты. А потом им приказали подготовиться к отлету. Что касается срока, назначенного для их отлета, она понятия не имела.

Теперь она могла сделать только одно. Это никоим образом не смягчит ее наказания, но по крайней мере избавит дядю Оффласа от проверки всего, что она рассказала.

Роана отыскала чистую пленку и вставила ее в специальную кассету, которая единожды запечатанная и пронумерованная, может быть вскрыта только на корабле, принадлежащем Службе. Девушка уселась за стол, взяла микрофон, но несколько минут как следует продумала то, что станет наговаривать на пленку, прежде чем нажмет на кнопку «Пуск». Чем проще будет история, происшедшая с нею, тем лучше. После этого Роана надиктовала на пленку все течение событий, случившихся с нею с тех пор, как она впервые встретилась с принцессой.

Она добавила к вышесказанному свое короткое резюме по поводу Короны, психологической обработки и обо всем, что пришлось испытать ей за время ее блужданий по планете. Наверняка подобные резюме категорически запрещались самым высоким начальством, но это могло сыграть бесценную службу для специалистов. Выключив записывающее устройство, Роана вздохнула с облегчением. Теперь даже дядя Оффлас ничего уже не сможет изменить.

Она так устала, что у нее ныли кости. Борьба с рассеивателем настолько вымотала ее, что девушка едва могла подняться на ноги. Но именно теперь она не имела права лечь спать, ибо знала, что стоило ей прилечь и расслабиться, у нее разболится спина и расслабятся ноги! А она обязана предупредить дядю Оффласа и Сандара. Ведь они могли натолкнуться в пещере на искателей Короны.

Она вспомнила о полковнике Имфри. Стреляя из станнера, она поставила его на самую низкую мощность, а полковник не относился к людям, которые могут выйти из строя надолго. А вот лучевой рассеиватель, не сумевший сбить Роану со следа, изрядно помотал полковника с его отрядом по лесу.

Одну за другой Роана начала стягивать с себя непривычные одежды. Теперь она вновь облачится в свой более скудный гардероб. Может быть все-таки оставить хотя бы одно платье? Наверняка это будет верным решением. Ведь если она отправится в пещеру в одеянии жительницы Клио, то не станет особо выделяться. Но… следовало бы еще немного очистить свой разум от посторонних воздействий.

Почему-то она захватила с собой, и та была еще с ней, небольшую бутыль, содержимое которой еще в замке заставило ее мозг сосредоточиться только на предстоящей миссии. И это обязательно должно как следует встряхнуть ее. Роана криво усмехнулась, ибо снова чувствовала себя, как сонная муха. А ей надо отчетливо осознавать каждый свой шаг. Усталость, скопившаяся в ее теле, как будто усиливала туман в голове. Значит, срочно надо освежиться, если верить тому, что клин клином вышибают. И Роана с каким-то неистовством приблизила горлышко бутыли ко рту и буквально всосала в себя остатки ее содержимого. Ей показалось, что какие-то странные пары до отказа наполнили ее легкие. А спустя несколько минут она чувствовала себя так, словно попала из мутной пелены серого тумана под струю свежей, пронзительно-холодной воды. Однако ей надо быть осторожной; не хватало ей еще, чтобы к ней вернулась усталость, которая всегда бывает после слишком сильной эйфории, и без того способной завести слишком далеко. Ей ни в коем случае нельзя вести себя слишком самоуверенно, ибо подобное как правило заканчивается большой бедой. Таков был ее мысленный девиз, который она часто напоминала сама себе, когда опасность требовала усиленной деятельности мозга и тела. И еще, ей необходимо экономить силы.