История ракетно-ядерной гонки США и СССР - Евгений Вадимович Буянов

… «ядрёна мать» – будем «докладать». Другим организаторам работ был Вячеслав Александрович Малышев, – в годы войны нарком танковой промышленности. Он наладил выпуск и поток на фронт танковой и автомобильной продукции, без которой победа в войне тоже была невозможна. Малышев привлёк к созданию оборудования для атомной промышленности крупнейшие заводы страны, ранее занимавшиеся производством танков, артиллерийских орудий и другой техники. Первым замом Ванникова был генерал-лейтенант НКВД Завенягин Авраамий Павлович, который в 30-е годы построил, как директор, Магнитогорский металлургический комбинат, затем Норильский металлургический комбинат и стал начальником всех строительных работ, проводимых НКВД. «Законами Завенягина» были:

• максимальная работа в нечеловеческих условиях,

• спасение (в том числе собственное) – в неординарных решениях,

• молодость – скорее достоинство, чем недостаток.

Эти руководители огромных строек и комбинатов знали, что их ждёт, если они не выполнят возложенных на них задач. Но они брали на себя огромную ответственность и решали, казалось, невыполнимые проблемы.

Строительство советского реактора А начали с рытья котлована глубиной 54 м, диаметром 110 м наверху и 80 м внизу. Для этого пришлось вынуть около полумиллиона кубометров грунта. Уже на глубине 10 м грунт оказался скальным, в нём пришлось бурить скважины и взрывать породу. Над котлованом возвели здание высотой 80 м с реакторным залом. Параллельно строили заводы Б и В. На стройках комбината, кроме присланных рабочих и инженеров работало до 40 тыс. заключённых.

Главную и наиболее значимую роль на атомных и ракетных стройках сыграли военные строители, – они выполнили большой объём наиболее квалифицированных работ, которые заключённые сделать не могли. Военные строители имели технику, взрывчатку и квалифицированные инженерные кадры с большим опытом работ. Для строительных работ техники катастрофически не хватало – её немало потеряли в годы войны, и в эти годы её практически не производили, переключив всё производство на военную продукцию. На многих стройках, особенно, дорожных, не было бульдозеров и экскаваторов. Грунт и стройматериалы перемещали вручную на узкоколейных вагонетках «Коппель». Имеющаяся техника была маломощной, устаревшей и часто ломалась. На стройках США не было таких проблем – на кадрах кинохроники видно, что там работы велись с применением самой современной техники. Но люди и на простой технике находили новые решения её модернизации и общего улучшения процессов строительства. Стройматериалов катастрофически не хватало не только на жильё, но и на «основное строительство». Многие «вещи» – дороги-лежнёвки», мосты, склады, жильё, – делали из дерева и только позже их заменили сталью для каркасов, камнем и бетоном для стен.

Многие люди жили в землянках и сараях, – в «шанхаях» и «нахаловках», – построенных стихийно и самостоятельно посёлках без всяких разрешений. Люди жили впроголодь, без обеспечения одеждой и обувью. Для улучшения жизни людей разные директоры предприятий действовали по-разному, но в целом и в ходе, и после завершения основного строительства стремились решить и улучшить бытовые проблемы людей, переселив их из бараков и «времянок» в добротные дома. Случалось, директора для этого и «хитрили», выдавая людям для строительства жилья ранее использованные материалы (например, доски от бетонных опалубок) и те материалы, которые не были нужны для основного строительства.

Социальные проблемы людей решались параллельно с решением главных производственных задач повышения обороноспособности страны. Ясно, что тот огромный авторитет, который имели «советские директоры», они завоёвывали и своей заботой о людях. Огромной победой советского «менеджмента» было, как и в годы войны, быстрое повышение квалификации рабочих, инженеров и научных работников для нужд нового производства и научных исследований. И огромной победой было и создание новых производств, и быстрая перестройка прежних производств на новую продукцию. Конечно, без огромного энтузиазма народа и его веры в созидательную роль Советской власти, поднять все эти стройки и решить все проблемы, было невозможно.

Можно заметить, что «репрессии в сталинские времена» были трагическими страницами развития СССР в первые, особенно тяжёлые десятилетия своего существования. Эти репрессии и беззакония были одной из тяжелейших трудностей той эпохи, которые народу тоже пришлось преодолеть с огромным напряженим сил. От этих политических «издержек» развития и борьбы за власть пострадали все, – все слои общества и все народы СССР. И пострадали все люди, которые были и «жертвами», и «палачами» этих репрессий. Под их «нож» попали и те, кто погиб, и кто провёл долгие годы в тюрьмах и колониях, и те, кто морально себя изуродовал участием в этом беззаконии. Виноватым здесь был не один Сталин, – одной из главных причин репрессий был низкий уровень сознания и образования в после феодальной стране, – и населения, и руководства страны, трагические последствия Гражданской войны, жестокая борьба за власть в руководстве страны и сложнейшее международное положение. В сознании людей было ещё много пережитков старого феодального строя. Революция и Гражданская война разрушили старую социальную структуру страны, а новая только создавалась, и серьёзные социальные перемены имели не только позитивные, но и негативные проявления. Например, как и в древнем Китае, обретение массовой грамотности населением, способствовало и распространению анонимных доносов. Поэтому неверно приписывать негативные проявления начала советской эпохи только «недостатками советского строя», – они были следствием и пережитков старой системы и особенностями исторического развития в годы после революции.

Проблемы выживания страны в тяжелейших условиях, проблемы выбора верного пути, проблемы становления новых отношений тоже были не «последними причинами» террора и беззакония. Условия развития не давали выбора между формами капитализма, – данный этап требовал жёстко-централизованного управления экономикой на базе монопольной государственной собственности на средства производства и предметов потребления. «Монополия» государственной собственности и «монополия власти» были не чьим-то «злодейством» с нелёгкими «издержками», а историческим законом развития общества на определённом этапе. По-другому было просто не выжить! Распределение весьма ограниченных ресурсов продовольствия, промышленных товаров и жилья требовало жёсткого государственного регулирования, чтобы ресурсов хватило на всех, и чтобы эти ресурсы не пропали или стали предметом спекуляций, предметом обретения нетрудовых доходов и ухудшения материального положения людей. Ту безудержную расточительность материальных ценностей, которые позволяли себе развитые метрополии колониальных империй, Советский Союз себе позволить не мог. А «расточительность» СССР в плане прямого уничтожения людей из-за политических репрессий стоила СССР слишком дорого, – оправдать её ничем нельзя. Но объективные причины её надо видеть не только в личностях «советских руководителей». Надо понимать, что высших руководителей во многом делает их «свита», которой поручено выполнение важнейших государственных задач. Личность Сталина была трагическим и триумфальным противоречием эпохи. А в «свите» Сталина были и великие люди, и насквозь «гнилые людишки» вроде Ягоды, Ежова, Лысенко или «маршала Кулика» (когда погибли такие, умницы как Артузов, Н. Вавилов и И. Якир). Но время и история показали, чего стоили эти «люди», и какова была разрушительная «цена» «деятельности» манипуляторов для всей страны и народа.