Цвет волшебства (сборник) - Терри Пратчетт

Флайер, подняв тучу брызг, остановился в нескольких ярдах от острова и, медленно вращаясь, завис над водой. У короткого столбика, который торчал точно в центре линзы, маячила зловещая фигура, чье лицо было скрыто под капюшоном. Завидев Ринсвинда и Двацветка, фигура сделала им знак приблизиться.

— Вам лучше идти, — сказал тролль. — Негоже заставлять хозяев ждать. Было очень приятно познакомиться.

Он обменялся с ними мокрым рукопожатием и проводил до берега. Двое ближайших отвращателей отшатнулись от тролля с выражением крайнего омерзения на лице.

Фигура в капюшоне опустила руку и сбросила вниз верёвочную лестницу. В другой руке она сжимала серебристый жезл, в котором безошибочно угадывалось оружие, предназначенное для убийства людей. Первое впечатление оказалось правильным. Фигура подняла жезл и небрежно махнула им в сторону берега. Часть скалы исчезла, оставив после себя легкую серую дымку небытия.

— И не думай, что я побоюсь пустить своё оружие в ход, — объявила фигура.

— Так это ты здесь боишься? — с удивлением переспросил Ринсвинд.

Фигура в капюшоне фыркнула.

— Нам всё о тебе известно, волшебник Ринсвинд. Ты человек, наделённый величайшей хитростью и изобретательностью. Ты смеёшься в лицо Смерти. Твое наигранное малодушие и трусость меня не обманут.

Ринсвинда они обманули.

— Я… — начал он и побледнел, увидев, что смертоносный жезл поворачивается в его сторону. — Вижу, вы всё обо мне знаете, — слабым голосом закончил он и тяжело уселся на скользкую поверхность линзы.

Следуя указаниям мрачного командира, он и Двацветок пристегнулись ремнями к кольцам, закреплённым на прозрачном диске.

— Если я хоть на секунду заподозрю, что ты творишь заклинание, — предупредила темнота из-под капюшона, — ты умрёшь на месте. Третьему сектору — примириться, девятому сектору — удвоить, всем — вперёд!

За спиной Ринсвинда взметнулась в воздух стена воды, и линза резко стронулась с места. Ужасающее присутствие морского тролля лишь способствовало концентрации отвращения гидрофобов — флайер почти отвесно взмыл вверх и перешел в горизонтальный полет, только когда поднялся над водой на высоту дюжины фатомов. Ринсвинд глянул сквозь прозрачную поверхность вниз и сразу пожалел об этом опрометчивом поступке.

— Что ж, значит, снова в путь, — бодро сказал Двацветок и, повернувшись, помахал троллю, который уже превратился в крошечное пятнышко на Краю света.

Ринсвинд свирепо уставился на маленького туриста.

— Неужели тебя ничего не берёт? — спросил он.

— Мы ведь живы, а это главное, — ответил Двацветок. — Да и ты сам сказал, что они не стали бы так утруждаться, если бы нас просто-напросто собирались обратить в рабство. Полагаю, Тефис преувеличивал. Наверное, произошло какое-то недоразумение, и, скорее всего, нас отошлют домой. Разумеется, после того как мы посетим Крулл. Должен отметить, мне будет интересно там побывать.

— О да, — глухим голосом отозвался Ринсвинд. — Мне тоже.

«Я видел интересную жизнь, и я видел скуку. Скука была лучше», — подумал он.

Если бы ему или Двацветку в этот момент пришло в голову опустить глаза, то они заметили бы странную клинообразную волну, которая рассекала воду далеко внизу, нацеливаясь вершиной прямо на остров Тефиса. Но им не пришло в голову посмотреть туда. Двадцать четыре мага-гидрофоба смотрели туда, но для них волна была лишь ещё одной частицей кошмара, ничем не отличающейся от окружающего жидкого ужаса. Возможно, они были правы.

За некоторое время до описанных событий пылающий пиратский корабль с шипением ушёл под воду и начал долгое, медленное погружение к далекому илистому дну. Глубина здесь была больше обычного, поскольку непосредственно под злополучным дау находилась Горуннская впадина — расселина в поверхности Диска, настолько чёрная, настолько глубокая и известная своей зловещей репутацией, что даже морские чудовища-кракены заплывали туда с опаской и исключительно парами. В провалах, которые пользовались менее дурной славой, рыбы разгуливали с естественными огнями на головах, и в целом дела у них шли неплохо. В Горунне они оставляли огни незажженными и старались передвигаться ползком — насколько это возможно для существ, не имеющих ног. И всё равно они натыкались на разных тварей. На жутких тварей.

Вода вокруг корабля превратилась из зелёной в пурпурную, из пурпурной в чёрную, а из чёрной — в абсолютно непроницаемую темноту, по сравнению с которой даже чёрный цвет выглядит серым. Большая часть корпуса была раздавлена в щепки непомерным давлением.

Корабль, кружась, опускался мимо зарослей кошмарных полипов, мимо плавучего леса морских водорослей, которые светились слабыми, нездоровыми красками. Какие-то твари, бросаясь в леденящем молчании прочь, на мгновение касались его мягкими, холодными щупальцами.

Что-то поднялось из темноты и пожрало дау одним глотком.

Некоторое время спустя жители небольшого атолла, расположенного неподалеку от Края, с изумлением обнаружили в своей крошечной лагуне принесённую морем и качающуюся на волнах тушу жуткого морского чудовища — сплошь клювы, глаза и щупальца. Ещё больше людей поразили его размеры, поскольку оно было больше, чем вся их деревня. Однако их удивление было каплей в море по сравнению с выражением крайнего потрясения, застывшим на морде дохлого чудища, которое, похоже, было зажёвано кем-то до смерти.

Немного ближе к Краю пара лодчонок, охотившихся с сетью на свирепых плавучих устриц, которыми изобилуют эти моря, поймала какую-то штуковину, которая тащила оба суденышка несколько миль, пока один из капитанов не собрался с духом и не перерезал линь.

Однако нечто куда более ужасное пришлось пережить обитателям последнего атолла архипелага. Посреди ночи они проснулись от ужасающего грохота и треска, доносящихся из их миниатюрных джунглей. Несколько смельчаков, отправившихся утром исследовать причину шума, обнаружили широкую полосу поваленных деревьев, которая начиналась на пупстороннем берегу атолла. Просека указывала точно на Край и была усыпана обрывками лиан, сломанными ветками кустов и некоторым количеством сбитых с толку и очень рассерженных устриц.

Они поднялись в вышину и увидели пологую дугу Края. Она уходила вдаль, окутанная пушистыми облаками, которые большую часть времени милосердно закрывали собой водопад. Сверху тёмно-синее и покрытое пятнышками облачных теней море выглядело почти привлекательно. Ринсвинд вздрогнул.

— Э-э, прошу прощения, — сказал он.

Фигура в капюшоне оторвалась от созерцания далёкой дымки и угрожающе подняла жезл.

— Не заставляй меня пускать в ход эту штуку, — предупредила она.

— А я тебя заставляю? — переспросил Ринсвинд.

— Кстати, что это такое? — поинтересовался Двацветок.

— Жезл Абсолютной Отрицательности Айандуры, — сообщил Ринсвинд. — И пожалуйста, перестань им размахивать. Он может случайно сработать, — добавил он, кивая на сверкающий прут. — Всё это, конечно, очень лестно, вся эта магия, которую вы на нас тратите, но зачем заходить так далеко? И…

— Заткнись!

Фигура подняла руки, стащила капюшон и оказалась девушкой с очень необычным цветом кожи. Её кожа была чёрной. Не тёмно-коричневой, как у уроженцев Урабеве, не лоснящейся синевато-чёрной, как у жителей продуваемого муссонами Клатча. Это была глубокая чёрнота полуночи на дне колодца. Волосы и брови девушки были белыми, как лунный свет, и такое же бледное сияние окружало её губы. Она выглядела лет на пятнадцать и была очень напугана.

Ринсвинд не мог не отметить, что сжимающая жезл рука дрожит. Трудно проглядеть источник внезапной смерти, неуверенно покачивающийся в каких-нибудь пяти футах от вашего носа. Очень медленно, потому что это было совершенно новое для него ощущение, до Ринсвинда дошло, что кто-то его боится. С ним так часто случалось абсолютно противоположное, что он уже начал относиться к своему страху, как к некоему закону природы.

— Как тебя зовут? — спросил он самым ободряющим тоном, на какой только был способен.

«Может, она и напугана, но у неё в руках жезл, — подумал он. — Будь у меня такая штуковина, я бы ничего не боялся. Интересно, каких действий она от меня ожидает?»

— Мое имя несущественно, — отрезала она.

— Очень красивое имя, — похвалил Ринсвинд. — А куда ты нас везёшь и зачем? Не вижу ничего плохого в том, что ты нам это расскажешь.

— Вас везут в Крулл, — ответила девушка. — И не смей насмехаться надо мной, пупземелец. А не то я пущу в ход свой жезл. Я должна доставить вас живыми, но никто ничего не говорил о том, что я обязана привезти вас целыми и невредимыми. Меня зовут Маркеза, и я волшебница пятого уровня. Ты понял?