Последний полёт "Баклана" - Сергей Калашников

Потом разведчики с экипажами были выведены из зоны риска, и заменены аппаратами с автоматическим управлением. Те же эсминцы и эскорты, но без людей. Просто системы автоматики на них, скажем так, прошли соответствующую подготовку. Убедившись, что момент катастрофы они не пропустят и, разместив вдали от зоны, подвергающейся первоочередной угрозе станции непрерывного слежения, Вир вернулся к супруге.

За пару недель, что он отсутствовал, в империи произошли некоторые изменения. Орбитальные заводы в обитаемых системах получили крупные заказы на корпуса межзвёздных транспортов и активно нанимали новых работников. Также о наборе учащихся объявили многие учебные заведения — от инженерных факультетов ВУЗов, до курсов наладчиков самых разных заводов и фабрик. Менеджеры верхнего и среднего звена почему-то бузили в городах при единодушном одобрении СМИ, но полиция им не мешала, резко увеличив активность в угнетении деятельности криминальных группировок. В результате под ногами на улицах городов шуршали листовки с гневными воззваниями, но, ни разбитых витрин, ни, даже опрокинутых урн Вир не приметил, пока шёл от станции подземки к официальной столичной резиденции — императорскому дворцу.

Супругу он отыскал в прелестном саду, где заблудился бы, если бы его не проводил секретарь. Раомина заметно постарела, как будто годы, которые раньше не торопились отложить свой отпечаток не её облике, вдруг все разом рассчитались по порядку номеров, осмыслили весомость полученного значения и разом навалились на любимую женщину.

Глава 21 Недальняя дорога

Обнялись. Постояли молча. Умная и сильная женщина, тем не менее, испытывает потребность в простой тактильной поддержке. Ей нужен верный друг, защитник и, Вир смеет надеяться, опора.

— Переехала в официальную резиденцию, — он даже не спросил, просто произнёс первые пришедшие на ум слова, чтобы услышать её голос.

— Да. Время игр закончилось, — в её ответе тоже нет эмоций. Простая повествовательная интонация.

— Как я понял из новостей, крупные финансисты выводят свои капиталы в другие государства.

Императрица улыбнулась. Даже сверкнула озорным глазом. Интересно, что так подняло её настроение?

— Ра, а это не грозит нам никакими неприятностями?

— Как же не грозит. Хлопот полон рот. Знаешь, если бы не реальная угроза взрыва сверхновой, я, пожалуй, была бы просто счастлива, — жена оживилась, ей явно требовалося кто-то, кому можно выговориться. А тут благоверный, очень кстати. — Деньги по большей части, это всего лишь символы. Цифры в памяти банковских процессоров и вычислителей. И мне глубоко безразлично, какие их значения в каких местах фигурируют.

Лишь символы, — повторила она, и продолжила, — символы хитрости и изворотливости. Ты знаешь, денежное обращение — это азартная игра, которую человечество ведёт с опытными шулерами, выдумавшими её правила в незапамятные времена.

— Ты назвала эту игру азартной, — он давно привык к тому, что в речи любимой не встречается лишних слов. Она ему сама чем-то неуловимо напоминает процессорную программу, написанию которых посвятила значительную часть своей жизни.

— Азартной, то есть построенной на знании одного из фундаментальных свойств живых организмов — жадности. Влекомые алчностью люди выполняют стандартный набор действий, приводящий их в зависимость от тех, кто направляет денежные потоки, и действуют так, как нужно этим умникам. Про то, что сами деньги не еда, не одежда и даже не топливо, ты знаешь не хуже меня. Их привлекательность в тех возможностях, которые они дают. Грубо говоря, в том, что на них можно купить товар или услугу. И это так лишь до тех пор, пока другие люди тоже вожделеют обладания деньгами.

Вот это-то всеобщее вожделение и позволяет богатым управлять остальными. Воротилы от международных финансовых кругов, владея значительными мощностями промышленности империи, заметно ограничивали нам свободу маневра. Конечно, при наших внешнеторговых объёмах особых препятствий к тому, чтобы совсем с ними покончить не было, но и сильно на этот счёт напрягаться, не имело смысла — получилась бы изоляция, которая испортила бы отношения с соседями и лишила нас возможности обмениваться с другими государственными формированиями информацией об открытиях, изобретениях, технологиях. Да и некоторые товары из других мест нам бывают необходимы.

А сейчас на волне тщательно скрываемой паники мы просто скупаем их имущество за те самые цифры, которые даже пишем такие, какие они хотят. Ну нечем нас будет пронять, если удастся обеспечить ситуацию, когда всё ихнее имущество станет нашим. Потому что грядёт форс-мажор. Даже при наилучшем для нас варианте развития событий юристы сумеют легко обосновать списание любых долгов, сделанных в этот период. Поэтому дети и внуки, которые теоретически вообще по гроб жизни верные рабы иностранных банкиров — на самом деле окажутся никому ничего не должны, — супруга ухмыльнулась. — Так что они сейчас перепишут с наших счетов на свои полную заявленную стоимость расположенных в империи предприятий и теперь эти деньги станут давить уже на экономику и рынки других.

— С финансистами более-менее понятно. Они хранят тайну грядущей катастрофы, чтобы поживиться в период, когда об этом никто не знает. А богема? Они же верещат, как резаные. Паника ширится, — Вир подвёл супругу к деревянному диванчику, на который они и уселись.

— К их воплям отношение у людей, как ты понимаешь, специфическое. Эта братия всегда шумит. К предсказаниям конца света население, можно сказать, уже привыкло. Смена причины, по которой всех ожидает конец, осуществляется регулярно. Крики со стороны служителей муз, прорицателей, проповедников и прочей публичной братии скорее признак стабильности, чем тревожный симптом. Так что никто не мешает им увозить отсюда подальше и свои безразмерные таланты, и нетленные творения, и даже неповторимые индивидуальности, — Ра снова лукаво улыбнулась. — Как ты полагаешь, когда придёт время превращать население от младенцев до инвалидов в армию, кто более всего станет мешать? Правильно. Исключительные личности, считающие, что важнее их самобытности ничего на свете нет.

— А почему возмущаются управляющие? — Вир решил узнать всё сразу.

— Предприятия практически национализируются, и лизоблюды из верхних руководящих эшелонов сильно потеряли в зарплате. Они ведь, по большей части, были нужны не для реальной работы — с их обязанностями любая уборщица справится — а ради поддержания статуса босса. Экстерьер, надувание щёк и правильное поведение — вот, пожалуй, основные занятия для представителей этого слоя. Нет — один из сотни необходим, но обычно, это "рабочие лошадки", в просторечии именуемые исполнителями. Эти сейчас из-за столов не встают, протирая штаны на своих рабочих местах. Ну, ты же помнишь, что на этом уровне контроль автоматики над каналами прохождения распоряжений и отчётов у нас абсолютный. Так что те, кто реально "готовит" решения, давно уже взяты на карандаш. Они нам понадобятся, потому что разбираются в сути решаемых ими проблем.

— Это что, выходит, пока начальники демонстрируют возмущение, их рабочие места уже заняты?

— Какой же ты, Вир, всё-таки впечатлительный и непосредственный. Пошумят наши директора и референты, а потом вернутся в свои кабинеты, продолжат развлекаться с секретаршами и перемывать косточки друг другу и новой администрации. Всё вернётся на круги своя, и никаких проблем с тысячами новых амбициозных безработных у нас не возникнет. Реального-то толку от этих людей как не было, так и не будет. Пока сержант их не построит и не объяснит, откуда и докогда копать.

— Как я понимаю, уже складывается опредёлённый план?

— Наполовину определённый. Понятно как делать, но непонятно что. То есть, начинаем готовиться к переезду, а вот адрес хотелось бы уточнить, — императрица снова помрачнела.

— То есть, куда отправлять багаж, мы пока не сообразили, — констатирует парень. Ему хочется снова увидеть улыбку на губах любимой, отсюда и попытка пошутить. Ра обозначила лёгкое движение уголками губ — попытка пошутить засчитана. Но сама при этом заметно напряглась. Неужели почуяла? Вообще-то, супруга знает его как облупленного, так что — неудивительно.

— Рассказывай, — то ли это мольба слабой женщины, то ли приказ властной императрицы, в этой дилемме Вир разберётся позднее. А сейчас его самого распирает от нетерпения поделиться возникшей у него идеей.

— Тыква в системе Келли.

— Да, муженёк, у тебя губа не дура. Вариант действительно идеальный. Но как быть с восемью пропавшими экспедициями, пять из которых были подготовлены и оснащены так, что больше походили на организованную колониальную высадку? Ведь в один прекрасный момент, со всеми с ними просто пропала связь. И со спасательными отрядами, направленными на поиски — тоже.