Хроники Мианора - Екатерина Николаичева

Смерть? Ну нет, я не согласен!

Придурок, а кто тебя спросит?

Стоп! Когда я стал разговаривать сам с собой? Может, это тот, кто мне нужен, просто он не показывается?

Тишина.

Эй, а кто мне раны вылечит?

Тишина.

Кошмар. Значит, я умру.

А может, самому?

Что — самому? Эй! Эй!

Тишина. Тишина…

Во дворце был объявлен траур. Но продолжалась подготовка к балу — теперь, по обычаю Мианора, траурного бала в честь погибшего принца. Вся пятерка друзей — Мэй, Шамир, Лед, Риг и Лика — превратилась в плохо себя контролирующие существа. Даже Риг и тот мог поджарить особо раздражающего его человека.

Похороны уже состоялись. Тело Ила торжественно поместили в гроб, а гроб в мавзолей, в котором издревле хоронили членов императорской семьи.

Правда, случилось это не в тот же день. Лед не давал. Какие только обряды не проводил юный некромант! Дворец буквально пропитался темной магией, магией смерти, но даже поднять обычного зомби Леду не удалось. Магия смерти отскакивала от Ила.

Из жизнерадостного, постоянно улыбающегося парня Лед превратился в настоящий айсберг. Холодные глаза, холодная улыбка… Порой вслед за ним тянулся впечатляющий след из инея и льда, оседающий на окружающих людях и вещах.

Его стали бояться.

Когда вампиресса улыбалась, все любовались нехилыми клыками и чувствовали: сейчас загрызет. И только присутствие рядом отца кое-как усмиряло Лику.

Ее стали бояться.

Риг теперь постоянно молчал. В руках у него то и дело появлялись огненные шары, и было ясно видно, что они неконтролируемые.

Его стали бояться.

Мэй внезапно вспомнила, что она в общем-то наемная убийца. Она не доставала оружия, не смотрела коршуном, не делала каких-либо резких движений.

Но все чувствовали, что смерть — рядом.

Шамир… Шамир просто достал свой меч и ушел из дворца, клятвенно пообещав прийти на бал. Говорят, его видели в одной из самых опасных частей города, да еще ночью.

Все погрузилось в траур. И только герцог Сарграр не терял отличного расположения духа, сверкая белозубой усмешкой направо и налево.

Судьба в шоке взирала на происходящее. А она-то думала, что все закончилось. Зима лениво обнимала мир холодом…

Глава 2

НА ПОЛПУТИ К ЛЕТУ

Близился день бала.

— Эт-т-то что? — уставился Эвариан на бумагу.

— Отказ от трона Мианора в пользу тебя, — поджала губы Анадель.

— Что?

Императрица, бывшая императрица повторила.

— Ты сошла с ума! — схватился за голову Эвариан. — И что дальше?

— Отправлюсь в Каролу…

— Понятно.

— На балу я буду.

— Понятно.

— И на свадьбе Леда и Лики тоже.

— Какая свадьба! Ее же на лето перенесли!

— Ну вот тогда и буду.

Император с обреченностью посмотрел на документ. Затем на старшую сестру. Затем на документ. Дель ободряюще улыбнулась и ушла из кабинета брата. Тот продолжал тупо смотреть в окно…

— И все из-за какого-то…

В груди нового императора защемило. Он мало знал принца Александра, но до сих пор не мог забыть ехидной усмешки того при встрече: «Какая встреча, ваше высочество! А мне любопытно, зачем вам понадобился тот артефакт из Варгарда?» А стоило видеть лица остальных…

Он устало склонился над столом, закрыл лицо руками. Вздрогнул, резко обернувшись — показалось…

Лед никогда не увлекался стихами. Никогда. А тут…

Чьи слова и чья усмешка разодрали душу в кровь?Почему сжимает сердце, отчего бушует боль?Разве был он лучшим другом, был душой навеки свой?Почему же так хотелось с ним поспорить с той судьбой?Отчего и как сумел он стать тем, кем он стал теперь?Отчего открыл нам душу и захлопнул тут же дверь?Разве это было важно? Это все уйдет назад,Но как хочется обратно — вновь увидеть этот взгляд!Те слова и ту усмешку, словно он не принц, а вор,И увидеть снова жизни тот бушующий костер…

Лед смотрел на вышедшие строки. И внезапно понял: нельзя так жить. Его нет. Обретенный друг исчез, и нужно начать жить дальше. Убиваться по нему — бессмысленно. Жизнь должна продолжаться. Разве Ил оценил бы такое поведение его друзей? Ну нет, этот даже перед смертью пошутил бы… если б успел. Лед окинул взглядом комнату Ила, в которой находился. Вон лежит его гитара. А там — там, если он хорошо разбирается в характере брата, пара стыренных из залов артефактов. И когда успел?

Легким шагом, каким не ходил почти неделю, Лед вышел из комнаты. Прошел по коридору и наткнулся на Лику. Рывком, не дав той опомниться, обнял.

— Все будет, Лика… все. — Вампиресса уткнулась ему лицом в грудь. Из-за угла вынырнул Риг, с зажженным огнем в руках. Оценил обстановку и погасил шар.

— Я вам не помешал? — смутился он под укоризненными взглядами. Но тут же нашелся: — Пошли искать Шамира и Мэй!

Такой грандиозной пьянки дворец еще не видел…

— Ик… Чет я все равно не понял: где Ил? Он что, ик!.. нас не уважает? — в очередной раз в умственном усилии сдвинул брови Шэм.

— Ну-у… та-ак о-он же-э э-это того-о… — Вампиресса чиркнула отращенным когтем по горлу. Выглядело впечатляюще: бутылки она открывала этим же когтем.

— Так давайте выпьем за его здоровье! — подпрыгнул Риг, как ни странно сохранивший способность ясно говорить, но не ясно мыслить.

— Балда! — отвесила ему подзатыльник Мэй. — Какое здоровье у мертвеца!

— Вы хотите об этом поговорить? — встрепенулся Лед.

— Спи уже! — хором взвыли остальные. Армии призванных духов им на сегодня хватило. Всю водку, гады, выпили.

— Долой абсолютизм! Ратуем за демократию! — не сдался Лед.

Все в шоке уставились на принца. Подумали…

— А ведь он прав! — внезапно поддержали его друзья. — Где тут местный царь?

Качаясь на нетвердых ногах, пятерка пошла искать хоронившихся после набега зомби приверженцев абсолютистской монархии…

«Новому императору Мианора, Эвариану.

Приветствую Вас, Император. Признаться, новость о Вашем возведении на трон, пусть пока и неофициальном, меня удивила. Я, как Ваш старый друг, не мог не узнать причины столь резкого поворота дел… Невероятные новости! Искренне выражаю Вам свое сочувствие. Увы, на балу в честь принца Александра я быть не смогу. Слишком много дел. Надеюсь, править Вы будете не хуже Вашей сестры.

Причина моего обращения к Вам весьма серьезна. Всем хорошо известно о нашем с Вами заключенном союзе. Так вот, мне тревожно это признать, но кто-то среди Ваших подданных, а вполне возможно, и моих, задался целью разрушить этот союз. Происходят нехорошие вещи, инициатор которых упорно пытается спихнуть вину на Мианор. Я все еще не верю, что это Вы, но настоятельно прошу разобраться во всем этом, хоть и понимаю, что Вам сейчас не до этого…

… Вот так и спиваются, думал Лед, глядя на пляшущий флаг Мианора и обнимая шпиль башни. Он уже протрезвел, как и вся остальная компания. Лика обреталась прямо над ним, а ниже, оглядывая столицу сверху, уперев руки в бока, стояла Мэйрона. Стояла она на черепице крыши башни, и даже смотреть на нее было страшно. Но приходилось — там же, цепляясь за край крыши и вися над пропастью, находился Шамир. Риг… Рига с ними не было. Хотя бы потому, что его унесло на втором витке подъема. Куда? На башню, на башню! Витке чего? Ветра! Ага! А кто у них воздухом заправляет? Догадались?

— Лика, я тебя убью! — прохрипел Шэм. — Мэй, подай руку!

— Пить меньше надо, — в который раз флегматично повторила наемница.

— Да? А кто говорил: телепортируйте еще, мне Анадель разрешила?! — возмутился Лед, чувствуя, что сползает.

— Молчи уж, защитник демократии! — огрызнулась рыжая.

Лед собрал мозги в кучку, пытаясь вспомнить, что же он там говорил про демократию.

— Ты ратовал против абсолютистской монархии и решил устроить революцию, позвав нас с собой, — сжалилась Лика, наклоняясь вниз. Зря. Руки девушки соскользнули, и она с диким воплем рухнула на Леда. Затем вместе с ним на Мэй, а с той, в свою очередь, на Шэма…

— А-а-а-а! — разнесся дружный вопль над дворцом. Но вместо того чтобы размазаться по каменным плитам, четверка резко затормозила у самой земли, а сжавшийся воздух ясно дал понять, кто спаситель бедолаг.

— Лика, я тебя люблю! — радостно улыбнулся Лед. Затем резко позеленел, переглянулся с Мэй и Шамиром и улепетнул в кусты…

Хрясь!

— Смотри, куда прешься! — возмутился сонным голосом Риг, переворачиваясь на другой бок.