Двойня для босса. Стерильные чувства (СИ) - Лесневская Вероника

— Хм, спасибо, — теряюсь я, не понимая, откуда такие выводы.

— В архиве, что вы нам прислали, вместе с материалами по турмаршрутам оказались ваши семейные фотографии, — продолжает переводчик. — Мы совершенно случайно их увидели. Не сочтите за наглость.

Не спешу отвечать. Киваю и, пока Вейдж Ли надиктовывает что-то по-китайски, открываю корпоративную почту в соседнем окне, параллельно с видеозвонком. Ищу исходящие, по названию выбираю письмо, которое Алиса отослала китайцам…

— Ваши дети очень милые. Сколько им? Вейдж Ли предполагает, что они одного возраста с его младшим сыном, — трещит китаец на русском, и меня даже его акцент сейчас раздражает.

Что он несет?

Пару щелчков мышью проводят невидимую черту под тем, во что я верил буквально пару минут назад. Еще один — наносит воображаемую линию поперек, дорисовывая крест.

Крест на не вовремя возродившихся надеждах. Крест на моем отношении к Алисе. Крест на доверии.

Она врала мне все эти дни. С того самого момента, как перешагнула порог компании.

Ведь на экране сейчас — фотография Алисы с детьми.

Ее детьми.

В этом нет сомнений. Такие же очаровательные, как их хитрая мать. Девчонка — вообще ее точная копия. Мальчишка непонятно, в кого пошел. В отца? Я плохо помню рожу бывшего мужа Алисы…

Оба малыша жизнерадостные, счастливые. Настолько, что внутри все переворачивается. В душе больно и тепло одновременно.

— Получается, вы с женой и работаете вместе? Похвально. Дети на вас похожи, особенно мальчик, такой же черноволосый, — не затыкается переводчик, транслируя вопросы активизировавшегося Вейджа Ли.

Тяжело выдыхаю. Похожи? Конечно! Для них мы все на одно лицо! По цвету волос только и различают…

— Королевская двойня? — глаза Вейджа Ли становятся еще уже, превращаясь в щелочки, а все лицо занимает улыбка чеширского кота.

Двойняшки… Цепляюсь за это слово. Да, скорее всего. Довольно частое явление при гормональной стимуляции и… ЭКО.

Значит, Алиса все же добилась своего. Мужа использовала в качестве донора. И развелась. Хорошо хоть не убила, как черная вдова.

Так вот на какие «два обстоятельства» намекал Дима. Теперь ясно, кого делили Алиса с мужем при разводе.

Прибью и не посмотрю, что друг! Сказал бы Щукин сразу правду, и сейчас я бы не выглядел дураком.

— Это ошибка, — только и могу выдавить из себя я. Тихо и с хрипотцой.

При этом не свожу взгляда с детей. Ради таких маленьких человечков действительно можно пойти на все. Даже на ЭКО, использовав один шанс из тысячи. Если он есть…

Но это не оправдывает Алису. Зачем было так нагло лгать мне и прятать малышей все это время? Лицемерная Лиса.

— Не беспокойтесь, все в порядке! Всем свойственно ошибаться, — мгновенно отзываются китайцы, неверно истолковав мою фразу. — Мы к концу недели просмотрим документы, что вы нам прислали. И обязательно выйдем на связь. Кроме того, у Вейджа Ли появилась идея. Ваши детки вдохновили. Оформим ее и отправим вам.

Соглашаюсь машинально, прощаюсь на автомате, словно не человек я, а бездушный автоответчик.

Видеозвонок обрывается, но я продолжаю листать фотографии Алисы и ее двойняшек. И размышлять, с какой целью она проникла в мою компанию? Знала ведь об условиях и намеренно скрыла сведения о детях.

Черт, надо было сразу проверить ее! Вместо того, чтобы «плыть» под взглядом обманчиво чистых и невинных изумрудных глаз.

Звоню одному из своих заместителей и, не объясняя причин, даю поручение уволить сотрудника отдела кадров, который принимал у Алисы документы и передавал мне. А заодно и начальника. За то, что хреново за подчиненными следит.

Смотрю на часы: половина девятого. Алиса лишь оттягивает неизбежное своим опозданием.

В моей голове звучит траурный марш. Все громче и надрывнее. До острой боли в висках. По венам разливается ярость.

В затуманенное гневом сознание пробивается слабый стук в дверь. Следом на пороге появляется шпионка тестя. Вот ее мне только и не хватает сейчас!

— Ирина Леонидовна, какого… — раздраженно выплевываю.

— Извините, Станислав Сергеевич, что отвлекаю, — подобострастно поет птицей, но не канарейкой, а кукабарой, что смеется, как злодеи из фильмов ужасов. — Это очень важно и касается вашего переводчика.

Ее фраза заставляет меня напрячься. Что еще успела натворить Алиса?

Ирина передает мне флешку и, когда я вопросительно изгибаю бровь, спешит объяснить:

— Антипьева была замечена с детьми и каким-то мужчиной в холле, — тараторит она. — Я подумала, вам следует знать об этом. И попросила охранника дать записи с камер видеонаблюдения.

Принимаю флешку и вставляю ее в слот ноутбука. Ирина тем временем стоит, сложив руки на груди, искусственно накачанной, скорее всего, за деньги тестя. Довольная, гордая собой.

— Свободны, — небрежным жестом указываю ей на дверь.

Слушается не сразу. Видимо, хочет проследить за моей реакцией, когда я видео начну смотреть. Однако обойдется.

Зыркаю на нее исподлобья, выжидая, когда она, наконец, исчезнет. Вздохнув, Ирина разворачивается и степенно направляется к выходу.

Надо бы все-таки уволить ее за что-нибудь. Всего полгода у меня работает, а бесит неимоверно. Особенно после того, как я узнал о ее «теплых отношениях» с тестем. Пора бы ей к Алексу в филиал «перевестись», как и всем предыдущим «грелкам» Врагова-старшего, рассекреченным мною. Пусть с сыном своих баб там коллекционируют. Но не у меня!

— Ирина Леонидовна, — холодно бросаю ей вслед. — Предоставьте мне полный отчет о выполненной вами работе за этот месяц, — слышу ее недоуменный вздох. — И еще, вам будет объявлен выговор, — поднимаю взгляд и наблюдаю, как Ирина беззвучно открывает и закрывает рот. — За то, что занимались посторонними делами в рабочее время. Я плачу вам не за шпионаж, — возвращаюсь к монитору.

Дверь шумно захлопывается, а я запускаю видео.

Наблюдаю, как в холле компании появляется Алиса, встречает детей и… мужа. Подозреваю, что это именно он, несмотря на хреновое качество съемки. Потом «счастливая семья» отходит в сторону, удачно попадая в слепую зону камер. И я останавливаю ролик.

Значит, они до сих пор общаются. И я не ошибся, когда увидел, как Алиса села в серое рено. Автомобиль мужа. Тот самый, который три года назад увез ее из клиники…

Какую игру она затеяла?

Возвращаюсь к фотографиям, чтобы еще раз взглянуть на детей рыжей лгуньи. Честно говоря, они… успокаивают меня. Слишком приятные и умильные. И она рядом с ними смеется так искренне…

Из коридора доносится частое цоканье каблуков, а через пару секунд в кабинет врывается Алиса. Нагло и без стука.

Растерянная и заплаканная, замирает напротив моего стола. Заставляет сердце болезненно екнуть. Против моей воли.

Что-то случилось? Или играет ради достижения какой-то, только ей ведомой, цели? В свете последних событий я склоняюсь ко второму варианту…

Не позволяя Алисе рта раскрыть, поворачиваю к ней ноутбук, на экране которого развернута одна из фотографий малышей. Лицемерка обреченно скользит по ней взглядом и становится грустнее.

Не знаю, чего жду. Объяснений? Извинений? Оправданий? Ни один из вариантов не сработает. Я принял решение.

Но Алиса вдруг всхлипывает и произносит то, чего я никак не предполагал услышать:

— Стас, помоги нам…

Глава 19

Накануне…

Алиса

Уставшие, но довольные, мы с Лилей и двойняшками возвращаемся домой.

«Хватит пахать и страдать, — отчитала меня сегодня подруга. — Ладно, тебе себя не жалко. А малышне гулять нужно и отдыхать!»

Я понимала, что она права. Устроившись на работу к Стасу, я стала уделять мало времени детям. А ведь именно ради них я переехала в столицу. Чтобы обеспечить маленьким сокровищам всестороннее развитие и богатый досуг. Кружки, развлечения, зоопарки, кинотеатры, в конце концов, которых нет в моем богом забытом родном городке.

Но вместо этого я целыми днями пропадала в компании Загорского, а кнопочки видели только детсад и квартиру.