Врата жизни - Брэм Стокер

Леонард понял, что за видимой мягкостью мисс Роули кроется железная решимость, и отступил. Он сел за стол, взял перо и придвинул лист бумаги. Затем с усилием проговорил:

– Что мне писать?

Мисс Роули достала из корзинки с рукоделием сложенный листок бумаги, надела очки и зачитала написанное заранее:

– Полагаю, текст должен быть примерно таким. «Я, Леонард Эверард из Бриндехоу, округ Норманстенд, графство Норчестер, настоящим подтверждаю, что принял от мисс Летиции Роули девятьсот фунтов, данных мне в долг по моей просьбе с целью оплатить имеющиеся у меня неотложные долги».

Когда он закончил писать, мисс Роули внимательно прочитала документ и вернула его Леонарду со словами:

– Теперь надо поставить подпись и дату.

Леонард сделал это с плохо скрываемым раздражением.

Мисс Роули аккуратно сложила расписку и спрятала в карман. Затем она достала из сумочки на поясе пачку банкнот и тщательно пересчитала: ровно девять сотен фунтов. Закончив подсчет, она заметила:

– Мисс Норманн просила меня передать, что добавила сто фунтов к той сумме, которую вы у нее попросили, так как предполагает, что кредиторы могут потребовать проценты из-за задержки с платежом, а также вам придется покрыть их расходы при обращении к юристам. Она сказала: они наверняка захотят «прищемить вам хвост». Простите, это не мое выражение, я всего лишь повторяю ее слова.

Леонард взял деньги, положил их в портмоне и пошел прочь. Он не считал нужным выражать благодарность после унизительного, с его точки зрения, составления расписки. Уже у двери он вдруг обернулся – ему в голову пришла внезапная мысль.

– Могу я поинтересоваться: Стивен не просила забрать у меня некий документ?

– Прошу прощения, кого вы имеете в виду? – ледяным голосом ответила пожилая дама, шокированная его фамильярностью.

– Я говорю про мисс Норманн! – голос Леонарда задрожал от бессильной злости и досады.

– О, нет! Мисс Норманн ничего такого не говорила. Она лишь поручила мне передать вам деньги. Все остальное – моя личная инициатива. Я должна действовать в интересах своей племянницы. Я могу не показывать ей вашу расписку, если у меня не появятся для этого какие-либо особые причины.

Глаза Леонарда яростно сверкнули. Он испытывал чувство, близкое к восхищению! Кто бы мог ожидать от этой тихой дамочки такого спокойствия, безжалостности и дальновидности? Да и Стивен хороша! Он направился к выходу, пробормотав сквозь зубы:

– Придет еще мой черед отплатить! Зуб за зуб! Норманстенд не настолько велик, чтобы тут хватило места для нас двоих!

Глава XVIII. И снова дела

Когда Леонард выложил восемьсот фунтов в качестве платежа по долгу в пятьсот, мистер Кавендиш сперва даже отказался принимать деньги. Но когда молодой человек спокойно и решительно объяснил, что намерен рассчитаться и за сам долг, и за набежавшие на него проценты, и все полагающиеся дополнительные суммы сразу, ростовщик с недоумением согласился. Он прекрасно знал юношей такого рода, а потому не сомневался, что вскоре Леонард снова появится на его пороге с просьбой о кредите. Когда это произойдет, надо не забыть включить в договор еще один пункт: фирма может устанавливать штраф по своему усмотрению в случае малейшей просрочки выплат.

В последнее время Леонард не так уж часто посещал город, в основном из-за стесненных финансовых обстоятельств. Теперь он решил, что заслуживает небольшого праздника, так что в Бриндехоу он появился лишь на третий день после отъезда. Отец не уделил особого внимания его отсутствию, заметив лишь:

– Вернулся? Какие новости в городе?

Интонация его была подчеркнуто учтивой, и это заставило Леонарда насторожиться. Молодой человек прошел к себе и занялся счетами, которые еще не были оплачены. Предстояло составить график выплат. Полученная общая сумма поразила и испугала его. Он с ужасом подумал, что скажет Стивен, когда он покажет ей эти документы. Она и так уже высказалась по этому поводу весьма неблагоприятным образом. А вдруг она откажется дать еще одну сумму? Надо как-то умиротворить ее. Что же сделать для этого? Мысли его естественным образом обратились к ее письму. Если он сохранит его, в дальнейшем у него останется орудие воздействия на Стивен. С другой стороны, если вернуть письмо, она обрадуется и точно не откажет ему в деньгах. Но он упустит возможность «привести ее в чувство» и поставить на место. Леонард никак не мог решиться.

В середине дня он вновь явился в Норманстенд, настроившись на сдержанность и дружелюбие. Его явно ждали, так как слуга без задержки провел гостя в кабинет. Там к нему вышли мисс Роули и Стивен. Обе были весьма любезны. После формальных приветствий и общих слов Стивен деловито спросила:

– Вы захватили с собой бумаги?

Леонард достал из кармана пакет и передал его Стивен. С учетом прежнего опыта он не был уверен, что сможет поговорить с ней наедине, и опасался вмешательства пожилой дамы. После некоторого колебания он сказал:

– Боюсь, вы сочтете эту сумму слишком большой. Но здесь действительно все!

На самом деле указанная им сумма была даже больше, чем требовалось на покрытие долгов. В последний момент он подумал, что стоит немного накинуть сверху, раз уж он берет столько денег. В таком случае у него останется запас. Леонард приписал к счету несколько «долгов чести», не подтвержденных документами. Ему показалось, что на женщину это должно произвести должное впечатление. Стивен не стала сразу разбираться с его бумагами. Она встала и обратилась к мисс Роули:

– Прошу, составьте компанию мистеру Эверарду, пока я спокойно прочитаю все документы у себя. Как только я буду готова и пойму ситуацию, я вернусь, и мы посмотрим, что можно сделать.

С этими словами Стивен грациозно развернулась и покинула комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь. Как часто бывает у женщин, она руководствовалась не единственным названным мотивом, оставляя гостя с тетушкой. Прежде всего, она хотела прочитать документы без свидетелей и спокойно посчитать долги Леонарда и прикинуть график выплат. Она опасалась, что это занятие вызовет у нее гнев, и она не сможет скрыть эмоций, что при сложившейся ситуации было неразумно. Он не должен видеть ни ее раздражения, ни сочувствия, ни колебаний, только уверенность и спокойствие и подчеркнутое безразличие. Во вторых, она надеялась, что он передал ей не только финансовые документы, но и ее письмо, и Стивен не хотела, чтобы его увидела тетушка. В будуаре, с замирающим сердцем, она развязала ленту, скреплявшую пакет, и торопливо пролистала бумаги.

Ее письма среди них не было.

Несколько секунд она стояла неподвижно, нахмурившись и обдумывая дальнейшие шаги. Затем Стивен вздохнула и взялась за чтение списка долгов, сверяя пункты с приложенными долговыми расписками и счетами. По мере знакомства со списком ее удивление и возмущение нарастало, пока девушку не охватил настоящий ужас. Человек, которого она так опрометчиво едва не получила в мужья, был не просто беззаботным. Он был бездумным эгоистом. Стивен знала, что отец его обладает весьма умеренным состоянием, которому не по силам такое финансовое бремя, которое создает его сын. Если Леонард так мало думает о собственном отце, как же он способен поступить по отношению к ней? Прежде она не думала о том, что случится, если у него появится шанс показать ей свое истинное лицо. Теперь перед ней словно бездна разверзлась.