Многоценная жемчужина - Сергей Сергеевич Аверинцев

Владыка мой царь, вовеки живи! Об этом деле не пекись и не печалуйся; я пойду в Египет, и я дам ответ, и я представлю всем недругам твоим загадку и ее решение, и я принесу подать с Египта за три года.

И при словах таковых царь возрадовался весьма и устроил день веселия, и оставила печаль лицо его, и принес он в жертву быков и овец, и дал мне дары великие.

И поставил он Набусемака надо всеми, и дал ему чин высокий.

ГЛАВА 25

И написал я письмо Эшфагни, жене моей:

— О супруга моя, когда письмо это придет к тебе, прикажи, чтобы ловчие изловили для меня двух орлов юных; и повели, чтобы слуги мои принесли для меня нити льняной и сделали из нее для меня две веревки в палец толщиною и в тысячу локтей длиною; и скажи, чтобы кузнецы сковали для меня две клетки. И отдай Набухаила и Тевшалома, слуг моих, семи кормилицам первородившим, чтобы те питали их млеком своим, пока они не вырастут; и помести с ними орлов юных, чтобы они возрастали вместе, и давай орлам в корм по две овцы на каждый день. И пусть мальчики выучатся говорить:

— Принесите глины и кирпичей! Зодчие, гости царя, не имеют себе дела.

Жена моя была весьма сметлива и сделала всё, что я велел ей; и получил я приказ от царя отправляться в Египет.

ГЛАВА 26

При вести этой ассирияне и ниневитяне[186] обрадовались весьма и удалились восвояси.

И ответил я царю:

— Владыка мой царь, дозволь мне отправляться в Египет!

И когда повелел он мне отправляться, я взял с собою отряд многочисленный и выступил в путь.

И когда прибыл я к вечернему роздыху, я прежде всего отпустил воинство, после взял из клеток орлов юных, привязал веревки к ногам их и велел мальчикам моим влезть на веревки, а после отпустил орлов, и поднялись они в воздух; а мальчики кричали, как были научены:

— Принесите кирпичей, глины и строительного раствора! Это нужно для гостей и зодчих царя!

И после этого я вернул их к себе на землю.

ГЛАВА 27

И когда прибыл я в Египет, слуги царя доложили обо мне, и царь повелел, чтобы я пришел к нему.

Я вошел к царю и приветствовал его, и после он спросил меня:

— Каково твое имя?

И ответил я:

— Абикам,[187] один из муравьев царя Ниневитского.

И когда Фараон услыхал это, он был недоволен и сказал:

— Ужели владыка твой настолько презирает меня,[188] что он отрядил ко мне муравья, чтобы отвечать мне?

И после он сказал мне:

— Ступай, Абикам, в отведенное тебе место, а поутру вставай и приходи ко мне.

И повелел царь, чтобы вельможи его заутра облачились в одежды цвета красного, а сам он облачился с утра в одежды из виссона и пурпура; и воссел он на престоле своем, а вельможи его заняли места окрест него и перед ним. И я был введен в присутствие царя, и затем он спросил меня:

— С кем можно сравнить меня, о Абикам, и с кем можно сравнить вельмож моих?

И ответил я ему:

— Тебя можно сравнить с Белом,[189] о владыка мой царь, а вельмож твоих — со жрецами его.

И сказал мне царь:

— Ступай, Абикам, и поутру приходи.

И повелел царь вельможам своим сменить одежды свои и облечься в одежды из льна белого, и сам он также облекся в белое, а после воссел на престоле своем, и вельможи его заняли места перед ним и окрест него.

И ввели меня пред очи его, и спросил он меня:

— С кем можно сравнить меня, о Абикам, и с кем можно сравнить вельмож моих?

И ответил я ему, и сказал ему:

— Тебя можно сравнить с Солнцем, а вельмож твоих — с лучами его.

И снова сказал мне царь:

— Ступай, Абикам, а поутру возвращайся ко мне.

И повелел он вельможам своим заутра переоблачиться в одежды черные; врата дворца были покрыты черным и алым; царь же облекся в одежды алые. После Фараон велел меня ввести; я вошел, и он спросил меня:

— С кем можно сравнить меня, о Абикам, и с кем можно сравнить вельмож моих?

И сказал я ему:

— Тебя можно сравнить с Месяцем, о царь, а вельмож твоих — со звездами.

И сказал он мне:

— Ступай, Абикам, а поутру приходи ко мне.

И повелел Фараон вельможам своим облечься заутра в другие одежды разных цветов; и врата дворца были затянуты красным разных оттенков; и царь облачился в одежды разноцветные. После Фараон велел меня ввести; я вошел, и он спросил меня:

— С кем можно сравнить меня и с кем можно сравнить вельмож моих?

И ответил я ему:

— Тебя можно сравнить с нисаном,[190] а вельмож твоих — с цветами его.

Когда царь услыхал это, он возрадовался весьма и был исполнен веселия. Он сказал мне:

— Абикам, ты сравнил меня один раз с Белом, а вельмож моих — со жрецами его, другой раз ты сравнил меня с Солнцем, а вельмож моих — с лучами его, в третий раз ты сравнил меня с Месяцем, а вельмож моих — со звездами, в четвертый раз ты сравнил меня с нисаном, а вельмож моих — с цветами его; с кем же ты сравнишь Сархедома, владыку твоего?

ГЛАВА 28

И ответил я, и сказал ему:

— Сохрани меня Бог, о царь, говорить о владыке моем Сархедоме, когда ты сидишь, ибо владыка мой царь Сархедом подобен Владыке небес,[191] а вельможи его подобны молниям; стоит ему пожелать, и он обращает росу и дождь в твердый град, он заставляет дымы восходить к небесам владычества своего, он издает гром и рыкание и возбраняет Солнцу вставать и лучам его показываться; он возбраняет Белу и жрецам его уходить и приходить местами людными; он возбраняет Месяцу восходить и звездам блистать. И если он захочет повелеть ветру северному, ветер соделает дождь и град, и побьет нисан, и погубит цветы его.

И возмутился царь, слыша это.

ГЛАВА 29

И спросил Фараон:

— Заклинаю тебя жизнью владыки твоего Сархедома,