Прах человеческий - Кристофер Руоккио

громадные корабли-миры были гораздо быстрее наших крейсеров. Могучие двигатели, благодаря которым они одолевали световые годы, разгонялись до варпенной скорости дольше наших, но их мощность позволяла искривлять пространство гораздо быстрее.

– Скоро появятся, – сказал я. – Дораяике нужно было подкрепить свою власть над кланами.

Я посмотрел на облака, как будто мог разглядеть за ними Дхаран-Тун и тысячи других сьельсинских кораблей-планет, слепыми глазами глядящих сквозь пелену.

– Бассандер, сейчас затишье перед бурей, – пояснил я и остановился, пропуская пару схоластов, подхвативших полы своих зеленых мантий, чтобы не испачкать в грязи. – Как прежде уже не будет. Теперь они организованны. Следует ждать координированных атак по всей Империи. Не только здесь. Они будут наносить массированные удары. По верфям, по базам снабжения. Может, даже на Несс пойдут.

– И про Содружество не стоит забывать, – вставил Лориан. – Раздробить провинции – первоочередная задача. Если получится, то пойдут дальше, в Стрельца и до Шпоры. Атакуют Форум, Авалон, Ренессанс – все старые планеты…

– Землю, – едва слышно прошептала Валка.

– Почему они сразу не ударят в центр? – недоверчиво покачал головой Лин.

– Даже зная координаты, Дораяика понимает, что те системы хорошо защищены, – ответил я.

– А также знает, что император сейчас здесь, – добавила Валка.

Мы снова были вынуждены остановиться, пропуская шестиногий танк. Эта массивная, похожая на жука-скарабея махина покачивалась, утрамбовывая широкими ступнями мягкую землю.

– А также знает, что император сейчас здесь, – повторил я слова Валки, прислушиваясь к гулу и топоту могучей машины и дотронувшись до шрама на виске.

«Перфугиум. Ванахейм. Баланрот».

– Мы будем готовы к нападению, – сказал Бассандер и неровным шагом приблизился ко мне. – Думаете, победим?

Я оглянулся и увидел в его темных глазах благоговейный трепет – и ужас, – который видел еще на «Демиурге». Этот вопрос задавал не трибун Лин, а Бассандер-фанатик.

– Не знаю, – ответил я, и это была чистая правда. – Бассандер, я не ясновидящий.

Тихий показывал мне будущее, но целиком, включая все эпизоды прошлого и настоящего и все вероятные состояния будущего. Я видел слишком много, чтобы дать точный ответ на этот вопрос и ему подобные.

– Но вы здесь неспроста, – сказал Лин. – Вы снова спаслись, когда не смогли другие. Это наверняка не случайность.

– Все может быть, – кивнул я, положив руку ему на плечо.

Признаться, что самые четкие мои видения были не о будущем, я не мог. Я тысячу раз видел, как погибал в Актеруму. Видел я и другие сцены – например, как взрывал солнце, – но тогда я был еще молод. Все сцены заканчивались куполом и резней на Эуэ. Ничего, что могло случиться после, я не видел.

«Делай, что должен».

– Что вы намерены делать дальше? – спросил Бассандер, на лицо которого вернулась прежняя маска солдата. – Сражаться бок о бок со всеми?

Я открыл было рот, но не смог произнести ни звука. Повернувшись, я увидел, как Валка наблюдает за мной золотыми глазами. Я не мог прочесть ее мысли, но заметил, как она улыбнулась.

Нет.

Слово прокатилось по языку, но не сорвалось с него. Я не отважился произнести его вслух. Но это было правдой. Я не хотел больше сражаться, не знал, есть ли у меня на это силы. Дюран, Корво, Паллино и Бандит погибли, спасая меня, но не проходило ни дня, чтобы я не слышал их криков, не чуял запах крови на черном пиру и не ежился под взглядом одинокой пустой глазницы Миуданара.

У меня задрожали руки, пришлось спрятать их в карманы шинели. Мне хотелось убраться отсюда, уединиться на «Ашкелоне», подальше от Бассандера, имперского двора, императора, войны – от всего.

Оскалившись сьельсинской улыбкой, я повторил свой ответ, данный императору:

– Я солдат Империи.

Глава 15

Принц

В небе двигались огромные силуэты.

На четвертый день нашего пребывания на Картее облачная пелена, нависавшая, словно дым, над лагерем императора, наконец рассеялась. В бледном небе мы увидели смутные очертания кораблей на низкой орбите: серые фигуры массивных дредноутов и стрелоподобных линкоров.

Но даже крупнейшие из них меркли на фоне грузового корабля консорциума. Не потому, что тот был больше – хотя с его пятидесятимильным фюзеляжем мог потягаться разве что единственный во флотилии сверхдредноут, – а потому что он завис ниже, полагаясь на репульсоры и адамантовый шпангоут, благодаря которым не разваливался под воздействием силы притяжения в верхних слоях картеянской атмосферы. Он был похож на причудливую рыбу с широкими плавниками солнечных батарей, раскинутых словно паруса. Зев его трюма был широко разинут, изрыгая груз прямо в процессе снижения.

Небо расчертили белые инверсионные следы, но вспышек не было видно. Не было слышно ни гула, ни сверхзвукового грохота. Груз должен был опускаться плавно. Домам ведь не положено летать.

– Невероятно. До чего дошел прогресс! – произнес Бассандер Лин.

Я повернулся направо и увидел, что он наблюдает за выгрузкой, облокотившись на железные перила смотровой площадки.

Император заказал для народа Картеи целый новый город. На его возведение должны были уйти годы, но фундамент закладывался в тот день.

Я ничего не ответил старине Лину, лишь прислушался к трубам корниценов, приветственно загудевшим при приближении зданий, башен и залов, складов, школ и многоквартирных домов. Многие постройки уже были собраны, земля расчищена, подготовлены канализация и электросеть.

«Рим не в один день строился», – сказал кто-то из древних.

Но мы не римляне.

Целый город опускался с небес, несомый репульсорами и поддерживаемый водородными аэростатами размером с космические корабли. Тянулись усы наноуглеродных кабелей. Целый город… с неба.

Рядом с нами собрались разодетые имперские придворные, потягивающие вино под аккомпанемент духового военного оркестра, также приглашенного императором. Мы с Лином держались особняком, и мне было удивительно видеть, что никто из высшего света не решался к нам подойти. Я помнил времена, когда от них отбоя не было.

– Сколько в вашем послужном списке? – спросил я, взирая на площадку, где должен был раскинуться новый город барона Брандта, на снежные поля и насыщенно коричневую вспаханную землю.

– Сколько чего? – не понял Лин.

– Таких планет. Сколько сражений?

– Здесь мы не сражались. Картея была потеряна еще до нашего прибытия, – ответил Лин, постукивая тростью по платформе.

Он оглянулся через плечо на крытые террасы, оборудованные обогревателями и защитным силовым полем, из-за которого лорды и леди наблюдали за спуском.

– Если посчитать… кажется, двадцать девять или тридцать? – Он снова стукнул тростью. – Все были восстановлены.

– Но можем ли мы… – приподняв воротник от ветра, начал я, не зная, отражает ли мое мнение состояние Империи или является домыслом, – можем ли мы вечно все восстанавливать?

Лин указал направо, на