Арина Великая - Владимир Александрович Бердников

– Арина Сергеевна, вы уже здесь? – Илья весь светился от радости. – Извините, что не встретил вас в аэропорту. Мне было сказано, вы прибудете лишь завтра.

Илья произносил эти дежурные слова, а в голове его проносилось совершенно иное: «Боже! Насколько же реальность ярче картин, творимых воображением! Сколько раз я пытался забыть её, убеждая себя, что ещё встречу девушку не хуже, но вот жена босса снова передо мной, и я вижу, что она изумительна и бесподобна в самом прямом смысле этого слова. Боюсь, я обречён до конца дней своих любить эту невероятную и – увы! – абсолютно недоступную женщину».

– Чудак-человек! Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? – прервала Арина слегка затянувшуюся паузу. – Ведь время, как известно, не ждёт.

Через пару минут они уже пили чай в крошечном кабинете, формально представляющим лабораторию Поползнева.

– Арина Сергеевна, – заговорил Илья тоном заговорщика, – мне велено доставить вас в целости и сохранности в северный филиал нашей лаборатории. Как вы догадываетесь, находится он неблизко, и к тому же, его местоположение строго засекречено. Посему не обессудьте, но вам надобно сейчас же подписать документ о неразглашении.

Норильск встретил их теменью полярной ночи. В чёрном небе колыхалось, переливаясь неземными оттенками зелёного и красного, гигантское пламя северного сияния.

– Какая прекрасная жуть! – ахнула Арина.

– Опять солнечный ветер разгулялся, видимо, так бог ближайшей звезды салютует прибытие в наши приполярные края русской Снежной королевы, – неожиданно патетично изрёк Илья.

– Весьма сомнительный комплимент, если учесть бездушие и авторитаризм Снежной королевы Андерсена. Но в целом ты правильно уловил особенность моего характера.

– С комплиментом я, пожалуй, пролетел, но в ваше бездушие не верю. А теперь на вертолёт. Не отставайте, мадам Никифорова!

Через час Ми-8 опустился на толстый лёд озера Лама.

Они шли в сплошной темноте, с трудом находя едва заметные признаки протоптанной в снегу тропинки. Илья с фонариком шёл впереди, Арина старалась ступать в его следы. Повернули вправо, обходя утёс, и увидели яркий свет от мощной ртутной лампы, освещавшей будку охранника и крутой горный склон, облепленный сверкающим инеем. Из будки вышел охранник, одетый в тулуп и меховую шапку. Проверил документы и указал на чёрный полукруг, хорошо различимый на фоне сверкающего склона, – это был вход в пещеру.

Через пару минут они уже стояли в уютном помещении, залитом ярким светом люминесцентных ламп.

– Здравствуйте, товарищи студенты! – весело приветствовал их Поползнев. Взглянув на Арину, расплылся в улыбке: – Вы госпожа Никифорова, не так ли? Очень рад, что вы решили помочь нам. Мы испытываем острый дефицит в способных сотрудниках! О дипломе не беспокойтесь, но учтите, в него войдёт лишь ничтожная часть того, что вам предстоит здесь выполнить.

Арина с любопытством всмотрелась в Поползнева. Он выглядел много старше своего возраста: впалые щёки, тёмные мешки под глазами, редкие совершенно седые волосы, сгорбленная спина, только глаза – весёлые и ярко-голубые – не укладывались в общую картину изношенности и тлена.

– Здравствуйте, Фёдор Яковлевич! – Арина с готовностью протянула руку для пожатия. – Я в курсе о характере моей будущей работы.

Увидев Арину, Фёдор Яковлевич смешался: два чувства вспыхнули и переплелись в его душе – восторг от красоты Арины и изумление от узнавания. «Боже! Женщина с этим лицом уже сидела здесь, в этом предбаннике, когда я в девяностом принимал первых доноров клеточного материала. И вот теперь, через двадцать два года та же прекрасная женщина снова в этом же предбаннике! Правда, теперь она явилась в образе молоденькой жены миллиардера. Мир воистину полон чудес», – Фёдор Яковлевич безнадёжно потерял нить разговора. Но он должен был говорить.

– Сейчас вы находитесь в комнате, которую мы называем приёмным покоем или просто предбанником. Отсюда вглубь пещеры ведут три двери. Поползнев открыл самую широкую, среднюю дверь и с нескрываемой гордостью объявил: «Прошу вас в сердце нашей лаборатории, в её Центральный зал, хотя мне больше нравится называть это помещение клонарием».

Это была просторная комната (много больше предбанника), залитая ярким светом множества ламп дневного света. У левой стены стоял массивный дубовый стол с приборами, у стены напротив входа – мощный современный холодильник, а справа высились три аппарата, внешне похожие на огромные холодильники.

Поползнев неожиданно легко подбежал к странным аппаратам:

– Вот они, мои родные клонотрончики! Теперь от прекрасных дам нам нужны лишь их яйцеклетки, всё остальное исполнят эти машины. Один клонотрон уже полностью готов к эксплуатации, на днях я закончу монтаж второго, но над третьим нам с Ильёй ещё придётся поработать. А здесь, – Поползнев указал на дубовый стол слева, – вы будете пересаживать клеточные ядра. Кстати, ткани, из которых мы берём ядра, хранятся при температуре жидкого азота.

Поползнев гордо улыбнулся, и Арина невольно отметила его ослепительно белые зубы, весело сверкнувшие на желтоватом фоне морщинистого лица. «Эти зубы моложе лица, или наоборот, лицо старше зубов. Боже! А ведь именно этот старикан, скорее всего, и был моей повитухой, – Арина окинула глазами зал. – И этот воздух я вдохнула весной 91-го, и, возможно, на этом дубовом столе была зачата летом 90-го, – она стиснула зубы: – Что за ерунда элементарная в голову прёт!»

Поползнев выжидательно молчал, остановив глаза на молодой женщине. Арина перехватила его понимающий взгляд и возмутилась. «Ты создал моё тело, но не мою душу! Моё Я, моё ЭГО, создано мною!» – хотелось ей выкрикнуть, но произнесла она иное:

– Неужели вы сами сжижаете азот?

– Нет, конечно. Просто раз в неделю нам доставляют свежий дьюар на вертолёте.

– Дороговатое удовольствие, – наигранно засмеялась Арина.

– Ваш супруг не жалеет денег на наше предприятие.

– Да, он у меня такой! – продемонстрировала она перед Ильёй свою преданность мужу.

Затем они вернулись в предбанник, и Поползнев подвёл гостей к левой двери.

– За этой дверью находится наш жилой отсек. Там расположено несколько так называемых кают, нечто вроде скромных гостиничных номеров, а в конце коридора – общая кухня и кают-компания. В кают-компании мы будем обсуждать наши текущие дела и решать наши проблемы. Кстати, Арина Сергеевна, – Поползнев снова сверкнул своей улыбкой, – каюта №2 предназначена лично для вас. В каюте №3 будет обитать Илья.

– А что скрывается там? – Арина указала на правую дверь.

– Там располагается наше обслуживающее хозяйство: инструменты, склад деталей для монтажа клонотронов, мощный электрогенератор, пара холодильных установок, и… – Поползнев наморщил лоб, – и, конечно же, аппаратура для подачи и нагрева озёрной воды.

– И это всё?! – почти вскрикнула Арины. – И больше тут ничего нет?!

От таинственной пещерной лаборатории она ожидала чего-то более грандиозного, и